Тайна «Кукабурры» - Джон Кризи

— Пошли. — Они прыгнули в ожидавшую их полицейскую машину, и Люк приказал шоферу:

— Оушен-Хаус — гони вовсю.

— Есть!

— Красавчик, — сказал Люк, хлопнув рукой Роджера по колену, — мы спасли этот пароход со всеми его потрохами. Честное слово! Я до сих пор не могу поверить, что опасность миновала. О чем ты думал, когда мы там ждали?

— О колоссальном взрыве, — сказал Роджер.

— Огромнейшем! Но он не произошел. — Шоу протянул сигареты, и они закурили. Люк откинулся на спинку сиденья, все еще улыбаясь. Они с трудом пробирались по шоссе, забитому машинами.

— Думаешь, кто-нибудь из Флэгов расколется? — спросил он.

— Грэгори может.

— Я знаю, как заставить их говорить, — сказал Люк.

— А именно?

— Пусть Маркус Барринг только доберется до них. Они тут же все выложат.

— Но мы это и делаем или я неправ?

— Что это?

— Ты еще не приказал своим ребятам установить слежку за Оушен-Хаус?

— Ей-Богу, забыл. — Люк через свободное сиденье потянулся к радиотелефону и снял трубку. Услышав треск, он закричал:

— Чарли, Маркус Барринг, возможно, на пути к Оушен-Хаус. Если он придет, дайте ему возможность подняться наверх. Вест и я будем там через пять минут.

Он положил трубку, сел на место, и улыбка снова заиграла на его лице. — Красавчик, ты никогда не думал уйти в отставку и стать частным детективом?..

— Пока нет, а что?

— Если надумаешь, дай мне знать. Мы на пару откроем сыскную контору. — Шоу загасил сигарету. — Хотя, должен признаться, не так уж плохо, когда за тобой стоит организация.

— Например? — устало спросил Роджер. Трудно было поверить, что нет больше причины для волнений, что опасность потерять корабль с находившимися на борту людьми миновала.

Он клевал носом и почти не слышал, что говорил Шоу.

— Ты можешь поручить другим заняться мелочами, позвонить в Лондон и так далее.

— Позвонить в Лон… — Роджер выпрямился. — Ты это сделал? Сегодня?

— Да. Мы позвонили, чтобы узнать, есть ли какие-нибудь сведения насчет связи с Китаем, и получили очень интересную информацию от Кебла, который сам собирался нам звонить. Смит ни с кем не был связан, но он делал записи — очень своеобразные записи. Кебл нашел старый блокнот в ящике его письменного стола. Вот некоторые из них: «Ожидаю телефонный звонок от мистера Раймонда в десять часов». Затем шла какая-то ерунда, вроде заметок, которые пишут, когда получают поручения от боса. Например: «Возможна попытка захвата красным К».

Роджер очнулся от дремоты.

— Понимаешь, что это может значить? — спросил Люк.

— Еще бы. Все эти слухи об угрозе захвата красным Китаем тянутся из Оушен-Хаус.

— Так считает Кебл. Умный парень Кебл. Если когда-либо ему захочется приехать в страну, где много солнца, я подыщу ему работу в полицейской лавке. Кстати, в другой записи сказано: «Одна тысяча фунтов стерлингов для Б. Б.»

— Б. Б. — братья Барринги! — воскликнул Роджер.

— Кто же еще, как не они! Кстати, в этот день Смит получил в банке тысячу фунтов наличными.

— Флэги почти у нас в руках, — сказал Роджер. — Ты совершенно прав.

Они приближались к Оушен-Хаус, заворачивая на Хантер-стрит.

Что еще ты не успел мне сказать? — спросил Роджер.

— Сегодня утром я разговаривал с Фредом Ходжесом, Ему удалось кое-что выудить из китайца, который чуть было не убил Дорин Моррисон. Ему было велено говорить, что он коммунист и что указания он получал через границу, недалеко от Кантона. Это был приказ Маркуса Барринга. Но он боялся, что его будут считать красным и вышлют из страны, а он предпочитает жить в Гонконгской тюрьме и поэтому признался. Таким образом, Барринги и Флэги распространяли ложные слухи о захвате компании красными.

— Ну и ну, — сказал Роджер. — Хорошенькое же прикрытие они себе выбрали. Очень ловко можно отвести любые подозрения. Значит, Флэги наняли Баррингов. — Он замолчал, когда они приблизились к небоскребу. К машине подбежал человек и открыл дверцу.

— Барринг здесь?

— Несколько минут назад его видели на углу Спринг-стрит и Хантер-стрит, сэр.

— Дайте ему свободно подойти, — приказал Шоу.

— Слушаюсь.

Лифт был внизу, словно его специально подготовили для них. По пути наверх они дважды останавливались. Дверь в приемную кабинетов Флэгов была открыта. Роджер шел впереди. Секретарша Раймонда испуганно улыбнулась, не успев произнести ни слова. — Шоу протянул ей свое удостоверение.

— Вы знаете Маркуса Барринга?

— Да, сэр, я его видела.

— Если он придет, пропустите его прямо в кабинет мистера Раймонда, — сказал Люк.

— Но мистер Раймонд приказал его не беспокоить.

— Он не ожидал полиции, — ответил Шоу. Когда они направились к кабинету, он шепнул Роджеру:

— Она предупредит их, но это не имеет значения.

Он открыл дверь в кабинет председателя в тот момент, когда зазвонил телефон, Раймонд Флэг сидел за столом, и его рука легла на трубку. Справа сидел Грэгори, слева — Мортимер. Они испуганно повернулись к Роджеру, словно их дернули за ниточку. Раймонд колебался и не снимал трубку — телефон продолжал звонить.

— Это звонят по поводу нашего прихода, — сказал Люк Шоу.

Мортимер вскочил.

— Вы не имеете права сюда врываться.

— Да, я знаю, они уже здесь. — Раймонд медленно положил трубку и устроился в кресле поудобнее. Когда он заговорил, он выглядел весьма эффектно.

— Мы все чрезвычайно рады, что «Кукабурра» не только не уничтожена, но даже не пострадала, — сказал он, — Мы рады, что можем поздравить вас.

Грэгори мрачно спросил:

— Вы поймали Барринга?

— Мы знаем, где он, — сказал Шоу.

— Как вы думаете, он покончит жизнь самоубийством, как и его брат в Лондоне? — спросил Роджер.

— Или вы именно на это рассчитываете? — подхватил Люк.

— Если вы немедленно не покинете кабинет, я позвоню верховному комиссару и заявлю ему, что вы постоянно превышаете свои полномочия и грубы с нами, — пригрозил Мортимер. На его бледных щеках появился лихорадочный румянец. — Убирайтесь сейчас же!

Роджера и Люка Шоу это не смутило. После напряженной паузы Мортимер протянул руку к телефону. Почти в тот же миг за дверью раздались тяжелые шаги, послышался возбужденный женский голос и зазвонил телефон, настолько испугавший Мортимера, что тот отдернул руку. Роджер и Шоу отошли к двери. Раймонд протянул руку к телефону, но не успел поднять трубку, как дверь с грохотом распахнулась и на пороге появился Маркус Барринг. Почти в то же мгновение он выхватил из-за пояса нож.

— Значит, вы сообщили полиции, вы не смогли выдержать, — прохрипел он. — Я собираюсь сделать то, что должен был сделать много лет назад: перерезать вам глотки вместо того, чтобы получать от вас ваши грязные деньги.

Он сделал еще шаг вперед. Флэги окаменели и, казалось, забыли о полицейских.

— Первым будешь ты, толстая свинья, это ты все затеял. Ты…

— Что он затеял? — тихо спросил Люк Шоу. Барринг резко повернулся, в его руке блеснул нож.

Роджер шагнул вперед и, схватив Маркуса за руку, вывернул ее с такой силой, что Барринг вскрикнул от боли. Пальцы, державшие нож, ослабли. Не спеша Шоу подошел к нему, взял нож и бросил его на широкий стол. После этого Роджер повернул Барринга лицом к директорам.

— Когда вы будете говорить с верховным комиссаром, мистер Флэг, скажите ему, что мы, кроме всего прочего, спасли вас от смерти, — сказал Шоу, — Вот тогда-то он нам покажет.

— Барринг, — тихо спросил Роджер, — действительно эти люди заплатили вам за то, чтобы вы взорвали «Кукабурру»?

— Абсолютно точно!

— А заплатили ли они вам и вашему брату за гибель «Коалы»?

— Конечно, заплатили. Свиньи.

— Это они приказали вам убить Шелдона и Дэнис в Лондоне?

— Никто мне не приказывал, — прохрипел Барринг. — Шелдон знал о «Коале», ему тоже за это кое-что причиталось. Знал он и о «Кукабурре». Он струсил, попытался помешать нам и…

— Врун проклятый! — завизжал Мортимер. — Я все отрицаю, мы отрицаем каждое слово. Он просто ненавидит нас и готов на все.

— Он собирается уничтожить вас, выступив свидетелем на суде, — уверенно сказал Люк Шоу. Роджер никогда прежде не слышал, чтобы Люк говорил так резко. — Я собираюсь предъявить вам обвинение в умышленном уничтожении судов, находящихся в море. Это сначала. Красавчик, я думаю, что мои ребята поднялись сюда вместе с Баррингом. Пригласи-ка их.

Когда Роджер отпустил Барринга, тот не сделал ни попытки бежать, ни напасть на Флэгов. Он стоял посреди комнаты, и глаза его горели ненавистью и злорадством.

Примерно через два часа после случившегося. Роджер вышел из полицейского управления вместе с Соломоном Баррингом. Они сели в полицейскую машину. Шофер знал, куда ехать, и Соломон понял, что скоро увидит Дорин. Он забился в угол и слушал Роджера, откинувшись на сиденье.