В объятиях тьмы - Александра Айви

Как и следовало ожидать, повисшая в воздухе угроза не произвела на беса никакого впечатления. Дамокл не торопясь прошествовал мимо Стикса к прорицающему озеру.

— Должен заметить, я удивлен, что ты сам вызвался исполнить это поручение, — насмешливо протянул он.

Стикс бросил на него взгляд, исполненный ярости.

— Почему?

— Уверен, что хозяин сказал тебе, у кого сейчас Шалотт.

— Если тебе есть что сказать, бес, тогда говори.

— Просто мне кажется странным, что ты, который так надоел всем своим блеяньем насчет братства вампиров, сейчас хочешь пролить кровь одного из них. — Дамокл взмахнул тонкой рукой над озерком и сделал Стиксу знак. — Иди сюда.

Холодная рука страха сжала горло Стикса, когда он подошел, чтобы всмотреться в темную глубину воды.

Сначала он видел только нежное смуглое лицо Шалотт Она была поразительно похожа на отца! Тряхнув головой, он быстро взял себя в руки. Нечего сожалеть об уготованной ей участи. Только ее кровь удержит мир от сползания в пучину хаоса.

Вода подернулась рябью, и он увидел того, кто стоял рядом с Шалотт. Его охватил настоящий ужас. Знакомые серебряные волосы, надменные черты лица.

— Вайпер, — хрипло прошептал он, пораженный до глубины души.

— Твой приятель?

— Где они?

Язвительно улыбнувшись, Дамокл снова взмахнул рукой, и картинка сменилась другой. Элегантный дом, который Стикс тотчас же узнал.

Каждый вампир знал дом Данте и Эбби.

Ни один демон не осмелился бы нарушить покой богини.

— Я бы сказал, Шалотт умеет выбирать друзей. — Бес бросил на него испытующий взгляд. — Два вампира, горгулья-маломерок да Феникс в придачу.

Стикс выпрямился.

— Что слышно про тролля Эвора?

— Боюсь, мои скромные попытки выяснить его местонахождение не увенчались успехом, — тихо захихикал Дамокл. — Не иначе, растворился в воздухе.

— Ты находишь это забавным?

— Я нахожу в этом некую иронию.

Стикс сощурил глаза:

— Смотри, как бы подобная ироничная участь не постигла тебя самого.

— Уж я постараюсь.

Терпению Стикса пришел конец. Что ж, он узнал, где скрывается Шалотт. Насмешливый негодяй ему больше не нужен.

— Собирай вещички, Дамокл. Когда я вернусь, уж позабочусь, чтобы тебя выставили из поместья.

Убедившись, что вампир ушел, Дамокл тихо рассмеялся и направился в обход озерка в дальний угол пещеры. Взмах рукой — и скала вдруг задрожала, открывая потайной ход.

Дамокл ужом скользнул внутрь и осторожно двинулся вниз по вырубленной в скале узкой лесенке. Сморщил нос — здесь стояла омерзительная вонь. Спертый воздух наполняли запахи немытого тела и испражнений.

Держать пленника всегда грязное занятие.

Но оно приносит плоды.

На нижней ступеньке он остановился. В углу на корточках сидел толстый тролль и с ненавистью смотрел на него красными глазами-бусинками.

— Отлично, Эвор. Вижу, заточение не испортило тебе аппетита. — Дамокл осмотрел разбросанные вокруг многочисленные кости, обглоданные добела.

Тучный тролль зазвенел тяжелыми цепями, которыми был прикован к стене.

— А чем еще заняться в этом свинарнике?

Дамокл тихо рассмеялся.

Красные глаза хитро сощурились.

— Что ты хочешь от меня? Денег? Рабов?

— Ничего столь ценного. — Дамокл пригладил золотые кудри. — Все, что мне нужно от тебя, дражайший Эвор, так это твоя жизнь.

Глава 13

Вайпер не скрывал нетерпения.

Его изощренный слух уловил звуки отдаленных шагов задолго до того, как появились Данте с Эбби, а за ними и Шей. Бросившись вперед, он дождался, пока она не окажется на нижней ступеньке, подхватил ее на руки и запечатлел сочный поцелуй на ее полураскрытых губах.

Отпрянув, она взглянула на него испуганными глазами:

— Вайпер!

Она могла вырываться сколько угодно, но он лишь крепче прижал ее к груди.

— Что такое?

— Мы не одни.

— Это можно исправить, если хочешь, — прошептал он ей на ухо.

— Нет, — зло прошипела Шей.

— Ты уверена? — Он крепче сжал ее в объятиях. — Я мог бы объяснить, как сильно по тебе соскучился.

— Тебя не было всего лишь час.

— Что тут скажешь? Ты меня околдовала.

Она бросила быстрый взгляд поверх его плеча, и ее щеки заалели.

— Что касается колдовства, то мне кажется — ты забыл про свою подружку.

Вайпер с неохотой поставил Шей на ноги и безразлично пожал плечами:

— Наташа никогда не была моей подружкой.

— Но хочет?

Он улыбнулся в ответ на ее колкость:

— Она намекнула, что не прочь разделить со мной ложе. Ты ревнуешь?

— А тебе бы этого хотелось, не так ли? — Шей обхватила себя руками, ее глаза метали молнии. — Приятно видеть, как из-за тебя дерутся две женщины?

— Мне никогда не нравились злобные фурии, но мне бы хотелось видеть, как ты ревнуешь из-за того, что другая хочет стать моей любовницей.

Она прикусила нижнюю губу, словно догадавшись, что выдала себя с головой.

— Зачем она тут?

Вайпер оглянулся. В дверях стояла молодая женщина, довольно красивая, с длинными черными волосами и бледной кожей.

— Наташа обещала, что сумеет навести чары на твое клеймо и мы сможем узнать, кто это сделал.

— Ты смеешься?

Вайпер пожал плечами:

— Стоит попытаться. Иди сюда, Наташа тебе объяснит.

Он подвел упирающуюся Шей к ведьме.

— Дай мне взглянуть на клеймо, — потребовала Наташа.

Как всегда, Шей заупрямилась, глядя на нее подозрительно:

— Зачем?

— Шей!

Вайпер взял ее за руку, и она обреченно вздохнула:

— Ладно. — Повернувшись, она потянула вниз ворот свитера, открывая клеймо на спине. — Смотри.

Детская обида ведьмы исчезла без следа, уступив место профессиональному интересу. Держа ладонь над клеймом. Наташа начала что-то тихо бормотать.

Прошла не одна долгая минута, прежде чем ведьма, содрогнувшись всем телом, не отняла руку.

— Мощное колдовство, но не злое. Скорее заговор на привязывание, чем настоящее проклятие.

— Его можно снять?

— Только при участии того, кто владеет проклятием. Чтобы его уничтожить, они должны сойтись вместе.

Вайпер нахмурился:

— Но ты хотя бы поможешь найти того, кто наложил проклятие?

После некоторого раздумья Наташа пожала плечами:

— Могу наложить чары, которые выведут на след ведьмы. По крайней мере пока она не воспользуется экранирующим заклинанием.

Встревоженная Шей медленно повернулась:

— О каком следе ты толкуешь?

— Ты когда-нибудь играла в «холодно-горячо»? — спросила ведьма.