Попаданец в тело матери роя пожирателей вселенной. Том lll (СИ) - Кита Никита

Окрестности основной базы очистились от посторонних. После утреннего народного собрания и гарантий от главаря Белого Древа, селяне похоже подуспокоились и не стали совершать вторую крупную вылазку. Во всяком случае, об этом говорили разведанные.

Что же творилось в головах у жителей ближайших поселений Фёдор не знал. Он лишь предполагал, что они, наверняка, дико жаждут возмездия. На их месте он бы испытывал то же самое.

Наконец Рой мог в полной мере эксплуатировать все сборочные лазы Шестой Кольцевой. Осы наблюдали за чащей внизу и небом вверху, охраняя работяг от возможного нападения хищников: ежей, хамелеоновых лисов, льволков, кабанов и орлов. Уязвимые головастики аккуратно отщипывали листья с кустарников и деревьев, подрезали траву и цветы, бережно переставляли когтистые лапки, стараясь оставлять минимум следов. Всё добытое они спрессовывали в брикеты и сносили в подземелье. По завершению работ на одном участке, проход в туннель закапывался и тщательно маскировался, чтобы ни у кого проходящего мимо не возникло подозрений, что здесь когда-либо орудовала семья огромных насекомых.

Отработанная схема приносила плоды. Матка регулярно получала поставки питательных веществ, а злые гуманоиды, не понимающие тонкостей жучьей души, не могли отыскать колонию Вархата и-и обитающую у них под носом. Десятки ос и головастиков слаженно трудились, как один организм, на общее благо.

«Давайте-давайте, ребята, не жалейте сил. Нам надо наверстать упущенное.» — мысленно подбадривала детишек королева — «У нас уже есть чертежи нового братца-жука — эксперта по подводной жизни — но ещё нет ни одного кокона с этими сорванцами. К тому же, на весь Рой, всего три бронерога! Как я буду смотреть в глаза другим королевам, имея такую мизерную армию? На вечеринке королев, я буду самой большой лохушкой!»

Наблюдая за своими мыслями со стороны, Фёдор подумал:

«Ну вот, кажется, я и сошёл с ума.»

К проходу под оврагом, ведущему из таинственной пещеры в Шестую Кольцевую, пришла разведгруппа кузнечика и головастика, побывавшая в затопленном северном рукаве. Стрелец пальнул биоболтом, чтобы отогнать большого тритона, а гусень непрерывно освещал дорогу, поэтому оба слуги затратили на экспедицию много энергии. В кольцевом туннеле им передали свежесобранной еды с поверхности. Работяга сожрал один брикет, а его прыгучий напарник два с половиной.

«Извините, дорогие, но долго отдыхать, увы не получиться.» — подумала мать Роя — «С вашими коллегами, отправившимся в южный рукав, сегодня утром была утрачена связь. Предположительно, их уничтожил взрыв или что-то похожее на взрыв. Мы ничего не можем знать наверняка, пока повторно не посетим тайную комнату с киборгом. Вам нужно спуститься в подземелье расположенное за разломом и разузнать, что приключилось с первой группой. Также не помешало бы осмотреть состояние помещения вырезанного в скале. Может в нём что-то уцелело.»

Едва доев свои пайки, парочка отважных жуков вернулась в естественную пещеру и поползла по следам покойных сородичей, на юг. Первопроходцы ориентировались по человеческому голосу, доносящемуся из глубин. Второпроходцам придётся идти по памяти.

К слову, нужную точку в трехмерном пространстве материнский разум почти не помнил. После прочтения уведомительной пластинки, повлиявшей сразу на весь Рой, он вообще ненадолго выпал из реальности.

Как и их коллеги, насекомые сперва наткнулись на невысокий обрыв с тупыми сталагмитами на дне. Спрыгивая в него, кузнечик опять ударился о противоположную стену, но на этот раз сумел затормозить падение коготками. Вместо кувырка в воздухе он приземлился на все шесть лап и спружинил. В итоге, светящийся гусень не сорвался с его головы и не поцарапал свой эпителий.

Трупы двух несъедобных слепней всё ещё были здесь. Тонкие сухие туловища, крупные уши блюдца и длинные лапы с огромными когтищями, вызывали у человеческой половины сильную неприязнь.

Эхо страшного вопля долетело из продолжения пещеры, напоминая, что такие твари в подземелье ещё не кончились.

Радовало, что на пути к тайной комнате слепни не встречались. Ведь перелезть здоровенный разлом им явно не по силам.

Дальше, за поворотом открывался знакомый участок с широкой, но невысокой галереей, заполненной толстыми колоннами. Тут слепни доставали из ложбинок скрученных мокриц. В конце галереи располагалась развилка, на которой первопроходцы повернули на право, то есть на северо-запад.

«Пока что заблудиться сложно.» — подумал Фёдор — «Но это пока…»

Узкий виляющий проход вывел жуков-спелеологов на каменный балкончик свисающий над гигантской пропастью. Мыслительный центр уже знал, как можно спуститься вниз. Опыт прыжков кузнечиком по выступам на отвесной скале хранился в голове матки. Другой слуга, такого же вида, мог воспользоваться этими знаниями, дабы сходу приноровиться к опасному трюку. Иными словами, если первый прыгун в процессе спуска не сорвался, то второй может повторить за ним и гарантировано, тоже не сорвётся.

Фёдор не был до конца уверен, считать ли это ещё одной суперспособностью королевы. Ведь данное явление обусловлено использованием общего сознания для бесчисленного количества организмов, и ничем более.

Гусень покрепче обхватил рогатую башку длинноногого приятеля. Он будет вторым экстремалом в семье среди своих круглоголовых братьев. Первый уже погиб, но об этом лучше не вспоминать.

Катапультирование, раскрытие крыльев для скольжения по воздуху, жёсткое приземление с торможением шипами о твёрдую породу — переправка с уступа на уступ прошла штатно.

Стрелец повторил манёвр ещё раз двадцать и очутился рядом с дном подземного разлома. Управляющее сознание взялось осматривать окружающие стены, освещённые тусклым сиянием работяги. Оно пыталось вспомнить, где же располагается дырка, из которой доносился голос другого Фёдора. Когда речь исходящая от артефакта помогала сориентироваться, было гораздо проще.

На исследование косых скал ушло полчаса. Насекомые успели дважды пропрыгать по платформам, от одного до другого края провала. Наконец, отверстие диаметром в пятьдесят сантиметров было найдено. На всякий случай, Фёдор отметил в голове его координаты, чтобы следующий раз, коль он будет, больше не блуждать.

Забравшись в узкий лаз, разведчики проползли по длинному извилистому туннелю до первой развилки. Дальше начались проблемы.

«Откуда я знаю, куда поворачивать?» — подумал Фёдор. — «Я дорогу не запомнил.»

«Ну, нам спешить некуда.» — мысленно сказала королева — «Возьмём и исследуем всю систему пещер. Просто делай зарисовки карты на каком-нибудь клочке ткани.»

«И как я, по твоему, должен нарисовать на тряпке трёхмерную карту? Я не художник и, тем более, не дизайнер игровых уровней.»

«Значит отмечай в памяти точки каждые полметра, пока у нас в сознании не вырисуется три дэ модель подземелья.»

«Я тебе не компьютер с программой для три дэ моделирования. Я просто тупое животное, которое хочет много жрать!»

«Ну сам тогда что-нибудь придумай, не будь таким беспомощным.»

Фёдор немного поразмыслил и вспомнил, что любой лабиринт можно пройти, если всегда поворачивать в одну сторону. В случае с многокилометровой ветвистой пещерой, на это может уйти несколько дней. Но он ведь и правда никуда не спешит.

Насекомые поползли вперёд, на развилках поворачивая исключительно влево. Если жуки натыкались на непроходимый рукав (слишком узкий или перекрытый наростами), это считалось тупиком, и тогда они поворачивали обратно.

Вскоре перерожденец узнал, что, оказывается, в трёхмерном лабиринте выбор стоит не только между «вправо» и «влево», но ещё и, порой, между «вверх» и «вниз». Данный факт внёс путаницу в схему движения слуг, вынуждая разум Роя испытывать сомнения в верности выбранной стратегии. Но, в конце концов, кузнечик и головастик уже были в самой гуще хитросплетений каменных коридоров и им ничего не оставалось, кроме как блуждать. Блуждать и надеяться на память главенствующего сознания плюс удачу.