Мстислав Храбрый - Александр Дмитриевич Майборода

– И ты будь здрава! – ответил он ласково, обняв Аделину.

Садиться в трон не стал. Обнимая Аделину за плечи, он провел ее к лавке у стены. Сел, посадив ее рядом.

– Как живешь, Адель? – участливо поинтересовался. – Не обижают ли? Все ли у тебя есть? В чем нуждаешься?

– Спасибо за заботу, у меня все есть, – ответила нежным голосом Аделина.

– А почему же у тебя такой беспокойный вид? – спросил Владимир.

Аделина слегка покраснела:

– Раз меня так срочно привезли – значит, что-то случилось…

«Неужели она не знает о покушении? – удивленно подумал Владимир. – Лукавит?»

Но ответил сам себе логично: если Аделина уехала в село до покушения, то и не должна не знать.

– Ты ездила к Рогнеде? – спросил Владимир, не ответив на вопрос Аделины.

– Да! Заезжала по пути в деревню, – опустила глаза Аделина.

– А зачем? – вкрадчиво спросил Владимир.

В глазах Аделины метнулся испуг.

– А что – нельзя было заезжать к ней? Мне этого никто не говорил.

– Ну почему же – можно, – сказал Владимир. – Но ты с Рогнедой вроде не дружишь!

– Ах! – вздохнула Аделина. – Не дружу. Но Рогнеда все одна и одна. Мне ее жалко. Вот по пути и навестила бедняжку. Она мне так обрадовалась…

– Хорошо, – проговорил Владимир, улыбаясь, словно кот, увидевший зазевавшуюся мышь. – И о чем вы разговаривали?

– О разном… – проговорила Аделина, слегка краснея.

– Ты ей говорила о моих планах? – спросил Владимир.

– О каких? – с искренним недоумением спросила Аделина. – Мне о твоих планах ничего не известно.

– Тебе разве не известно, что я хочу оставить только одну жену? – спросил Владимир.

– Известно, – печально улыбнулась Аделина. – Юлия говорила.

– И ты об этом говорила Рогнеде? – спросил Владимир.

– Конечно! – сказала Аделина.

– И что ты говорила? – продолжал допрос Владимир.

– Передала все, что нам рассказала Юлия, – проговорила Аделина. – Но я потом пожалела об этом – Рогнеда почему-то сильно рассердилась. Потом мне пришлось ее долго уговаривать, чтобы она смирилась и отказалась от ненависти к тебе. Ты наш муж и государь, и потому нам надлежит твои решения принимать со всем смирением.

Владимир слушал наивные объяснения Аделины и думал, что своими действиями именно она подтолкнула Рогнеду к убийству.

Но ее ответы были так искренни и простодушны, что в голове Владимира крутилась мысль: «Она идиотка? Или хитрая интриганка?»

Он бросал пристальные взгляды на Аделину.

Вывод напрашивался сам – Аделину следовало наказать за подстрекательство Рогнеды к убийству.

Но Аделина глядела такими невинными детскими глазами, что Владимир засомневался – обвинять ее в подстрекательстве Рогнеды было просто невозможно. Нельзя винить женщину в том, что она проявила заботу о муже. Хотя и неуместно влезла со своей заботой о муже.

– А что все-таки случилось? – спросила Аделина.

У Владимира не было желания говорить о покушении, тем не менее подумал, что будет лучше, если Аделина о происшествии узнает от него.

– Этой ночью Рогнеда пыталась убить меня, – проговорил Владимир.

– Ах! – испуганно воскликнула Аделина, приложив руку к губам. – Что же с ней произошло? Неужели у нее произошло помутнение разума? Почему она решилась на такой отчаянный поступок?

– Она разозлилась, что я хочу отказаться от нее, – проговорил Владимир.

Аделина убрала от губ ладонь.

Владимир отметил, что, несмотря на то что она выказала страх и волнение, лицо ее ничуть не побледнело. Однако испуганные люди бледнеют. Или – краснеют.

Владимир заметил это несоответствие, однако отнес это на счет нанесенной на лицо Аделины косметики.

Взяв себя в руки, княгиня Аделина робко спросила:

– Тебе можно задать вопрос?

– Задавай, – сказал Владимир.

– Ты действительно хочешь в женах оставить только Анну? – спросила Аделина.

Владимир ответил уклончиво:

– Я теперь христианин, а христианин может иметь только одну жену.

– А я? – спросила Аделина.

– Наш брак заключен не по христианскому обычаю, а потому перед христианским Богом ты мне не жена, – прямо ответил Владимир.

– И что мне делать? Что со мной будет? – спросила Аделина.

– Я освобожу тебя от супружеских обязанностей, – проговорил Владимир.

– И могу вернуться к отцу? – спросила Аделина.

– Конечно, нет! – сказал Владимир.

– Но если я не жена, то я наложницей, что ли, должна стать? – задала вопрос Аделина. – Я не буду наложницей! Отцу моему это не понравится. Я требую разрешения уехать к отцу.

Владимир удивился – робкая, тихая Аделина вдруг заговорила необычно жестко.

И она была права.

Однако ответил Владимир неопределенно:

– Аделина, живи, как живешь. А придет время, я все решу. Обещаю – ты не будешь наложницей.

Глава 35

По заведенному порядку до обеда князь занимается государственными делами – принимает послов, проводит совет с боярами. Но так как с утра Владимир проводил расследование, то совет задержался. Бояре толкались во дворе около крыльца, ожидая знака войти в парадную палату, где и проводился совет.

Наконец на крыльцо вышел Добрыня.

Тяжелым взглядом он обвел бояр и негромко проговорил:

– Господа бояре, князь вас ожидает.

Несмотря на шум во дворе, его слова расслышали все, и бояре цепочкой потянулись в терем.

В палате они расселись по обычным местам. Когда расселись, из соседней комнаты в палату вышли Владимир и Добрыня.

Владимир занял трон и сразу начал совет с самого волнующего.

– Други мои, хочу с вами посоветоваться по очень важному