Мой друг – домовой - Гектор Шульц

– Добрых снов, – я похлопал домовенка по спине, а тот в ответ покрутил пальцем у виска и, заявив, что де барин с ума сошел однозначно, потопал в комнату. А я взял в руки телефон и отправил смс моей девушке. Теперь это не вызывало сомнений.

Я долго сидел на кухне, потягивал чай, улыбался и смаковал прекрасное свидание. И испортить настроение не мог даже паранормальный храп спящего домового.

Глава двадцать четвертая. Безумное чаепитие.

Из магнитофона на подоконнике рычала новая песня «Удавки», а я заваривал себе крепкий кофе, собираясь на работу. Как и любой кофеман, без чашки горячего кофе я толком не проснусь и весь день буду квелым и пресным.

Нафаня, позевывая и ежась от холодного ветерка, дующего из открытой форточки, болтал ногами и следил за тем, как я намазываю на хлеб масло. Домовенок всегда просыпался раньше меня, если не был в запое, конечно. Тогда даже штурм Зимнего не смог бы пробудить мохнатого обалдуя.

– Ты чего такой счастливый, барин? – ехидно улыбаясь, спросил домовой. – Обычно ты ноешь, что работа – великое зло и ты несчастная душа, обязанная тащиться на заработки крох, чтобы содержать красивого и упитанного Нафанюшку.

– Просто настроение хорошее, – улыбнулся я в ответ. – И после работы меня пригласили в гости. На чай со сладостями.

– Ого! – привстал с табуретки Нафаня. – Это не барыня твоя часом порадовать решила?

– Она самая, – кивнул я.

– А как же я? – надул толстые губы дух. – Меня, значит, оставишь тут одного? Сиди, Нафанюшка, и помирай от скуки. Видите ли, барин даму себе завел. А пушистый комочек брошен на погибель…

– Кончай нудить! – буркнул я, делая глоток кофе. – Поиграй в гонки, гитару помучай, уберись в конце концов. Можно подумать, что ты живешь в каменном веке и тебе вообще заняться нечем, окромя охоты на саблезубых тигров.

– Вот так всегда, – не сдавался домовенок. – Друзей меняешь на девиц. Нет тебе прощения, аспид.

– Так! Ты мне Алину сам нашел. Это раз. И она тебе нравится. Это два. Я недолго, Нафань. Это три. А потом приду и сделаю тебе любимую яичницу или пельменей нажарю целый тазик. Ешь, пока не лопнешь! Добро?

– Ой, сладким медом ты заливаешься, барин, – довольно хмыкнул Нафаня. – Отпускаю тебя с чистой совестью, а ежели не сдержишь обещания, то устроит Нафанюшка тебе адовую побудку.

Я кивнул и, не дослушав угроз домового, пошел одеваться. Вперед рабочий день, но мысли мои были только о том, что ждет меня вечером.

Правда рабочий день знатно подпортил настроение. Тут был виноват и я сам, пропустивший дедлайн очередного проекта, который нужно было срочно сдать. И орущий клиент, который вопя и угрожая судами, потребовал солидной скидки на пустом месте.

Но наконец-то рабочий будильник протяжно затрещал, ознаменовав окончание рабочего дня. Я шустро схватил свои вещи и выскочил из офиса, стараясь не попасться кому-нибудь на глаза. С босса станется нагрузить еще каким-нибудь проектом.

Доехав до дома, где жила Алина, я поставил машину напротив подъезда. Затем, напевая под нос очередную песню, поднялся по ступенькам и позвонил в домофон.

– Да? Кто там? – раздался голос Алины из динамика.

– Алин, это я. Я подъехал, – домофон пискнул, я потянул дверь на себя и вошел в подъезд.

Алина жила на четвертом этаже семиэтажного дома. Тяжелая железная дверь в квартиру была открыта и на пороге переминалась с ноги на ногу хозяйка в зеленой майке и невероятно милых штанишках с героями мультфильма «Симпсоны».

– Привет, проходи, – девушка поцеловала меня и, пропустив внутрь квартиры, прижалась к моей груди.

– Привет. А я соскучился, – улыбнулся я. – И у меня тут целый пакет вкуснятины, надеюсь, ты не против?

– Здорово, конечно не против. Раздевайся и проходи в комнату.

Квартирка Алины была очень милой. Обои в желтых цветах, современная мебель и большая стеклянная перегородка, разделяющая комнату и кухню. За размытым стеклом виднелся силуэт девушки, которая ставила чайник и насвистывала Имперский марш.

В ожидании Алины я присел на небольшой диванчик. На нем уже лежал бежевый плед, подушка и раскрытая книга. С любопытством я взял книгу в руки. «Сетевой роман»: гласила надпись на обложке. Я хмыкнул. Очередная любовная история, которые так любят романтичные девушки.

– Хорошая книга, – улыбнулась Алина, возвращаясь в комнату и неся в руках поднос с чаем. – Читаю запоем второй день. Вроде обычная романтичная проза, но на деле очень добрая и милая. Советую. Да, кстати. Твой чай. Сахар на твое усмотрение.

– Спасибо, – я взял кружку с горячим чаем. – Ой, с бергамотом! Мой любимый!

– Я тоже люблю его, – рассмеялась Алина. – Ну, как прошел день?

Я рассказал, что случилось на работе, и каким суматошным был рабочий день. Алина тоже поделилась своими рабочими злоключениями, но говорить о работе скучно, поэтому мы быстро свернули на интересные нам темы. Обсудили новинки фильмов, решив сходить вместе на очередной силиконовый блокбастер, да и майский концерт «Зеленого дня» оказался интересен обоим. Алина включила фоном джаз, а потом побледнела, когда в коридоре хлопнула дверь.

Девушка, вскочив с диванчика, помчалась в коридор, а растерянно огляделся, пытаясь найти следы соседки, которая вернулась раньше времени. Следов не нашлось, поэтому я прислушался. Алина что-то тихо выговаривала кому-то. Голос у нее был недовольный, правда спустя минуту она вернулась обратно в гостиную.

– Забыла дверь закрыть, и забрел соседский кот. Он иногда забирается в квартиру, – смущаясь, протянула Алина.

– Это точно. Порой питомцы удивляют, – поддакнул я, вспомнив своего буйного соседа. Однако тут же осекся, когда на кухне что-то загремело. Вздохнув, Алина виновато улыбнулась и, извинившись, убежала на шум. Я не успел подивиться, как девушка подала голос.

– Андрюш! Я должна тебе кое в чем признаться, – Алина стояла у входа на кухню и вид имела весьма растрепанный. – Я живу не одна.

– Соседка? – улыбнулся я. – Ничего страшного…

– Ты только не пугайся, – протянула Алина и отошла в сторонку. Я же побледнел и вжался спиной в диван, увидев стоящего посередине комнаты домового. Такой же мохнатый, как Нафаня, но с более редкой шерсткой и одетый в платьице с желтыми цветочками. В отличие от Нафани, губы домового были не толстыми, а довольно тонкими, к тому же на голове торчала одинокая косичка с пушистым бантом.

– Ох, ты… – прошептал я, когда домовой навел на меня палец, а потом перед глазами поплыли черные круги…

– Вот видишь, Алинушка. Малахольный твой хиленьким оказался, – пропищал знакомый голосок и кто-то хихикнул. – Сразу в обморок.

– Перестань. Думаешь, люди каждый