Призрак - Кэт Блэкторн

Мое собственничество росло. Блайт мучила меня, как медленно наступающее обморожение. Маска, которую я создал, чтобы скрыть свою истинную форму от мира, треснула. Кусок за куском, она падала к ее ногам, как кровавое подношение. Она заметила? Заметила ли она, что я не мог оторвать взгляд от изгиба ее шеи? Чувствовала ли какая-то ее часть, что прошлой ночью я ни разу не закрыл глаза из страха снова пропустить преследующего ее? То, как ее губы сомкнулись вокруг виноградины, наколотой на вилку… Как она сосала сок перед тем, как взять ее в рот… Мне было находиться тяжело в кабинке рядом с ней. Ее золотисто-каштановые волосы были заплетены в сексуальную взлохмаченную косу, а рваные джинсы обтягивали задницу как нельзя лучше. Я назвал ее красивой, держал за руку, и все это было даже близко недостаточно. Даже наш танец бледнел по сравнению с тем, чего я хотел. Чувства к ней становились сильнее в моем сердце. Я боролся с этим все время, пока она находилась в городе, и должен дальше продолжать бороться. Если продержусь еще немного, ее отчим будет мертв, а она передумает и захочет уйти. В безопасности и с возможностями впереди — зачем ей оставаться? Мне нужно было очистить свой разум. Мы с Парнями Хэллоуина со временем уже были не в форме и потеряли бдительность. Возможно, сверхъестественные способности сделали нас медлительными и самоуверенными. И это стало проблемой с самого начала. Раздражающий вызов. И у нас все еще не было реальных зацепок. Если бы я не упустил этого ублюдка из виду, если бы он, каким-то образом, снова не проскользнул мимо нас, если бы он не прикоснулся к ней… Потеря этой цели означала потерю ее. И этого, блядь, не могло случиться. Возможно, я оступился и влюбился в нее, но я должен держать себя в руках. Мне приходилось держаться на некотором расстоянии, чтобы мыслить ясно.

В противном случае, я боялся зайти слишком далеко. Да и к чему мы вообще могли прийти? Я бы не стал тащить Блайт за собой в ад. Она не могла бродить по кладбищам и жаждать грязной крови, как это делало зло внутри меня. Отношения со мной омрачат ее. Ей только кажется, что она грешнее. Все на Празднике Даров знали. Все боялись нас, как и следовало, но они также знали, что мы, блядь, были самыми несчастными из всех. Причина, по которой город стал таким, каким был. Мы — источник страданий. Они были правы. Знаю, что отчим Блайт заслужил каждую каплю наказания, которую я собирался обрушить на него. Я знал, потому что тоже заслужил это. Если бы мы отмечали свои грехи зарубками на стене, мои грехи превышали бы его на мили. Но это не меняло того факта, что в тот момент, когда я найду его, он будет умирать медленно и мучительно.

Мой Маленький Призрак, выйдя на улицу, раскрыл широко глаза в удивлении, когда я натянул шлем и завел двигатель. Я не полный идиот. Знал, что девушкам нравились мотоциклы. Моя езда была опасной на черном Дукати Мультистрада V4. Резкий, мощный и чертовски быстрый.

— Эти придурки могут ехать на твоей машине за нами. Мы с тобой поедем живописным маршрутом в библиотеку.

— Грязно играешь, чувак, — пожаловался Оникс, когда Блайт достала свои ключи и протянула ему.

Волк покачал головой.

— Должен был знать, что ты скоро его вытащишь. Чувак, я уже много лет не видел, как ты катаешься.

— Почему? — спросила Блайт, схватив меня за плечи и перекинув ногу через заднюю часть мотоцикла. Ее идеальные, мягкие бедра прижались ко мне, а грудь касалась моей спины. Трахни меня. О чем же был ее вопрос?

— До сегодняшнего дня не хотелось кататься. — Я пожал плечами, хотя мы с Вольфом знали причину. Мы оба знали, что это она. Она заставила меня прокатиться. Даже в такой пасмурный день, когда ливень мог застать нас в любой момент. Это не имело значения. Но еще сегодня прекрасный октябрьский день. Оранжевые и красные оттенки пестрели ярче после утренней грозы. Она надела шлем и, наклонившись вперед, прошептала мне на ухо, посылая покалывание электрическим током прямо в мой уже твердый член:

— Быстрее, пожалуйста. Я могу принять это.

Я собирался поторопиться, бросить парней и забрать ее домой, в свою постель. Но Оникс был прав в плане, который мы разрабатывали прошлой ночью. Я должен был понять, что, во всяком случае, парень был умен. Ей нужно знать о нас. И самый щадящий способ сделать это — подвести ее к самостоятельному поиску истины. Ей нужно найти подсказки и собрать все воедино. Если она поймет все сама, то, может быть, не сбежит в ужасе. Но, черт возьми, как бы она отреагировала, если бы мы усадили ее и просто рассказали — именно это Оникс и предложил делать. Вольф думал, что мы обезопасим ее, держа в неведении. Если бы отчим Блайт был обычным преступником, я бы согласился с Вольфом.

Хотя это было частью моих талантов. Оникс называл их дарами, Иуда проклятиями, а я оказался где-то посередине со своей оценкой наших уникальных способностей, даже если мои собственные способности по какой-то причине слабели. Возможно, я действительно достиг статуса Древнего, как сказал Блайт. Даже старики в этом городе казались мне детьми. Впрочем, этого я ей не сказал. Она многого не знала и лучше бы так и оставалось. Я был бы доволен, если бы так все и осталось. Я, черт возьми, никогда ничего не рассказывал о своей истинной природе ни одной женщине, с которыми был на протяжении многих лет. Хотя эти встречи начинались и заканчивались в постели. Но Блайт была другой во многих отношениях. Мало того, что она звала меня, как сирена, и я чувствовал глубокое и бесконечное желание защитить ее, но у нее на хвосте висел еще один Демон. Еще один Демон. Звала ли она его, как меня? Этот вопрос заставил меня сжать руль, когда мы вошли в поворот на шоссе. Почему он преследовал ее? Из всех людей в мире, почему именно она? Может быть, у нее была подсказка, но она даже не знала об этом. Я хочу, чтобы она знала. Часть меня в восторге от этой идеи. Другая часть хочет держать ее в неведении. Я мог бы жить в этом мире, где был бы ее другом, который менял масло в ее машине на заправочной станции с привидениями, и с которым она танцует