Вестники - Маргарет Петерсон Хэддикс

не смешило это слово. Он следил за движением толпы на мониторах. Обратно в здание, мимо стола охраны, по коридору в столовую…

Все сорок или пятьдесят человек, которые до того находились в столовой телецентра, сели на прежние места, повернулись к висящему на стене телевизору и молча уставились на пустой чёрный экран.

– Ничего не получилось! – воскликнул Финн. – Я выступил по телевизору… ну и что?!

– Хватит, – сказала Лана. – Пошли отсюда, пока нас не поймали. Скорей! – Она потащила Финна за руку. Тот потянулся к Чезу и Эмме, потому что не собирался их бросать.

Но Эмма отстранилась. Она положила на пол чехол с рычагом и шагнула к экрану:

– Нет, подождите. Можно как-то отмотать запись? Кажется, я видела… видела…

– Что? – спросила Кона, нажимая на кнопки. – Куда отмотать?

– Вот оно! – воскликнул Рокки. – Я тоже вижу!

И вновь на экране люди, выйдя из столовой, уставились на небо.

– Что там? – спросил Финн, внимательно разглядывая застывшую картинку.

– Этот человек! – ответила Эмма, указав на размытую фигуру сбоку. – Кажется, он бросает на землю монетки! Наверняка он на нашей стороне. Мы нашли союзника!

Глава 38

Эмма

Эмма бегом бросилась к столовой.

«Это наш друг! – думала она. – Мы нашли ещё одного друга!»

Человек, у которого есть монетки, должен быть на их стороне. Ведь логично?

Остальные бежали за ней.

– Эмма, осторожно! – крикнул Чез. – Давай сначала всё обдумаем…

Но Эмма не замедляла шага. Никто не схватил их по пути к телебашне – даже когда Финн вышел в прямой эфир, – поэтому она уже ничего не боялась. Особенно теперь, когда у них появился шанс обрести союзника.

Тяжело дыша, Эмма влетела в столовую. Ей показалось, что в тишине её дыхание слышно ужасно громко. Но никто даже не взглянул на неё, пока она не встала между людьми и телевизором и все недовольно забормотали:

– Нет-нет, сядь…

– Сядь с нами…

– Сядь и смотри… скоро будут новые инструкции…

– Кто сказал, что скоро будут новые инструкции? – спросила Эмма, рассматривая толпу в поисках человека с монетками. Она даже во сне могла задавать вопросы: спрашивать и одновременно искать было совсем не сложно.

На сей раз ей ответили разные голоса:

– Телевизор…

– По телевизору всегда дают инструкции…

– Мы делаем то, что говорят по телевизору…

– Это официальные сведения…

– Правда только то, что говорят по телевизору…

– Телевизор передает сообщения правительства. Телевизор единственное, чему можно верить…

Слушать это было просто нестерпимо.

– Экстренные новости: телевизор больше ничего не скажет! – крикнула Эмма, продолжая высматривать незнакомца. Куда же он делся?!

Жаль, что она не видела его лица – только затылок и что на нём были джинсы и непримечательная синяя куртка с капюшоном.

Многие мужчины здесь, в столовой, носили джинсы и синие куртки.

«Вьющиеся тёмные волосы. Найди человека с вьющимися тёмными волосами и небольшой лысиной».

Она двинулась в обход столовой, высматривая лысеющего мужчину. Но тут толпа испустила дружный вздох облегчения. Эмма обернулась и увидела, что телевизор включился. Он напоминал зомби в фильме ужасов – чудовище, которое нельзя убить. Эмма прищурилась, пытаясь понять, как эта штука вообще работает.

На экране люди жались друг к другу среди развалин, в то время как вокруг всё вспыхивало.

«Что происходит? – подумала Эмма. – Да какая разница, как работает телевизор? Хорошо, что работает. Мы предупреждены. Очевидно, все действия начались после того, как мы добрались до телебашни. И после того, как все вернулись в столовую. Наверное, на нас напали из другого мира. Хорошо, что телевизор обо всём рассказывает, и мы знаем, что нужно оставаться здесь, в безопасном месте. Нужно просто сидеть и смотреть…»

– Эмма! – Чез крикнул это прямо ей в ухо, а потом схватил сестру за руку и потянул к двери.

Эмма как будто приросла к полу.

– Мы ещё раз посмотрели запись с камеры наблюдения, кажется, тот человек не заходил внутрь! – крикнул Чез.

– А-а… – проговорила Эмма.

Её мозг боролся с влиянием телевизора. Чтобы успокоиться, она сосредоточилась на лице Чеза – таком знакомом и привычном. Одна ноздря чуть больше другой, над правым глазом крошечный шрамик (однажды Финн случайно стукнул брата клюшкой). Эмма всё это хорошо помнила: Финну было так стыдно, что он целый месяц извинялся перед Чезом. Эмма хорошо знала Чеза. Она знала, что он любит её и желает ей только лучшего.

А телевизор её не любит. И никому не желает лучшего.

«Я могу мыслить сама, – подумала Эмма. – Мозг у меня работает, даже когда телевизор включен. И это только потому, что я смотрю на Чеза».

Чез потянул Эмму к двери. Ноги у неё продолжали сопротивляться – да и тело Чеза тоже не сразу слушалось, – но наконец они вышли из столовой в коридор и Чез захлопнул дверь, заглушив звук телевизора.

– Ты меня спас, – сказала Эмма. – Если бы не ты, я бы так и стояла там со всеми своими монетками. Почему я такая… внушаемая?

– Мы все такие, Эмма, не ты одна, – Чез улыбнулся – почти радостно. В любом случае, так ей показалось. – Ты столько раз помогала нам во время прошлых наших путешествий, когда советовала нам быть храбрее и не оставлять загадки без ответа. Мы отличная команда. Мы все дополняем друг друга.

– Чез, Эмма, пошли! – крикнул из коридора Финн.

Он, Рокки и Кона уже стояли у выхода – но смотрели почему-то не на мониторы на столе охранника, а в окно.

– Там снаружи какой-то человек. Пойдём к нему!

– А это не опасно? – крикнул Чез, и Эмма чуть не рассмеялась: брат был в своём репертуаре. Хотя если бы не Чез, она бы так и стояла перед телевизором в столовой.

– Давайте минутку подождём, – сказала она, чтобы поддержать Чеза. – Понаблюдаем за ним, пока не поймём, чего ему нужно.

Эмма и Чез подошли к остальным. Лана снова надела на плечо сумку с монетками. Финн подобрал чехол с рычагом – как Эмма вообще могла его оставить?! Рокки и Кона передавали друг другу Кафи, словно только так можно было уберечь её от беды.

А мужчина снаружи медленно двигался к зданию.

– Ещё секунда – и мы его увидим, – тихо сказала Эмма. – Может быть, мы знакомы…

– Ещё секунда – и он увидит нас, – пробормотала в ответ Лана.

Она спряталась за горшком с пальмой и жестом велела остальным найти укрытие.

Эмма присела за кушеткой.

И вот она увидела ухо незнакомца. Его брови. Нос…

А потом с криком выскочил Рокки:

– Я знаю, кто это!