Аристократ на отдыхе. Том 5 - Алекс Рудин

— Ты что-то хочешь мне сказать? — предположил я. — Ведь неспроста ты показался. Кстати, как это тебе удалось?

Митрофан Аникеевич нахмурился. Выглядело это забавно — его полупрозрачное серебристое лицо словно подернулось дымкой.

— Александр помог, — неохотно ответил он. — Напитал меня силой. Теперь могу и обычным людям показываться, не только Видящим. Если захочу, конечно.

— Впечатляет, — кивнул я.

— Не надо тебе сюда ходить, — сказал призрак. — По-хорошему тебя прошу.

Было видно, что это вот «по-хорошему» дается ему с большим трудом.

— Почему? — поинтересовался я.

— Здесь моя семья! — не выдержав, крикнул призрак и даже ударил кулаком по столу.

Но прозрачная рука беспрепятственно провалилась сквозь столешницу.

— А ты подвергаешь их опасности! Не смей втягивать их в свои дела!

— Давай не будем горячиться, — предложил я. — Мне нужна только информация.

— Нет, — жестко ответил призрак. — Я ничего тебе не скажу. Потому, что если я сделаю это, ты придешь снова и снова. А за тобой могут прийти твои враги. И попытаются обидеть мой род.

— А ты не думаешь о том, что они и сами могут найти сюда дорогу? — спросил я. — И тогда тебе понадобится помощь.

— Мне?

Митрофан Аникеевич презрительно скривился.

— Что ты знаешь о призраках? — насмешливо спросил он.

— Мало, — признался я. — Но в этом деле замешан не только призрак. Речь идет об опасном демоне.

Я не очень-то поверил в слова сумасшедшего мага из лечебницы, но сейчас использовал их как удобный аргумент.

— Демоны не страшны призракам, — заверил меня Митрофан Аникеевич. — Мертвые всегда сильнее живых.

Я покачал головой.

— Сомневаюсь.

— Я смогу тебя убедить, — заявил призрак, — если не испугаешься. Покажу тебе наш мир — мир Призраков. Я могу увести туда кого угодно.

Он протянул мне руку.

— Ну?

— Идем, — усмехнулся я.

И дотронулся до ладони призрака.

Летняя ночь вокруг мгновенно сменилась зимней тьмой. Вокруг расстилалась ледяная пустыня, жгуче-холодный ветер прохватывал до костей, пронзительно завывая.

Угольно-черное небо без единой искорки света, мертвящий холод и лед — вот каким был мир Призраков.

— Как тебе здесь, человек? — ухмыльнулся Митрофан Аникеевич. — Нравится?

Никто не смог бы здесь выжить. Холод этого мертвого мира очень быстро высасывал жизненную энергию.

Я понял это мгновенно.

И все же, странным образом, я все еще жил. Как будто тонкий непроницаемый барьер отделил меня от мертвого мира. А внутри ожил и замерцал мой собственный источник Жизни. Неугасимая искра магического Дара.

— Почему ты не умоляешь меня о пощаде? — удивился призрак. — Ты же вот-вот умрешь!

Я покачал головой.

— Вряд ли.

— Ты… ты уже мертвый? Ты умирал уже?

А ведь я, и в самом деле, уже умирал. Давным-давно, в пещере демона Смерти. Умер, но остался жив и переместился во времени.

Вот откуда взялся барьер между мной и миром смерти. Этот мир признал меня за своего.

Я ощутил бродившие в непроглядной темноте смутные тени. Это было бы жутко, если бы я давным-давно не разучился бояться.

Я понял, что это призраки. Навсегда заблудившиеся в этом мире мертвецы.

— Как видишь, не все живые умирают в твоем мире, — сказал я призраку. — И у тебя могут найтись враги с такими же способностями. А теперь смотри!

Я поднял руку, и с неба тихо посыпался абсолютно черный снег. Он царапал окружающую нас темноту, оставляя на ней длинные белые черточки.

Как будто стирал мир Призраков вместе со всеми его обитателями.

Магия Смерти. Равнодушная и беспощадная.

— Нет! — в ужасе закричал призрак. — Что ты делаешь?

Я щелкнул пальцами, и черный снег прекратил падать.

— Я тебе не враг, — сказал я призраку. — И не трону твой мир. А вот демон, о котором я говорю, может вас не пожалеть. Впрочем, я все равно его найду, рано или поздно. Даже без твоей помощи. А теперь идем отсюда.

— Ты не можешь выйти сам? — поразился призрак.

— Я не вижу дороги, — признался я. — Но это неважно. Чтобы выйти из неприятного мира, достаточно просто уничтожить его.

— Не надо! — взмолился призрак. — Идем, я выведу тебя!

И снова протянул мне руку.

Мы мгновенно вернулись в августовскую ночь на берегу пруда. Вода поблескивала в свете звезд, особняк Вознесенского возвышался темной громадой.

Призрак без сил опустился на стул.

— Ты и меня мог убить?

Я равнодушно пожал плечами.

— Наверное. Но я тебе не враг. Ладно, если тебе больше нечего сказать, то я пойду. Время позднее.

— Подожди, — хриплым голосом остановил меня Митрофан Аникеевич. — Присядь.

Я сел, терпеливо глядя на него. Ну, и сквозь него заодно.

— Твоя сила ужасает, — искренне сказал призрак.

От его ворчливой задиристости не осталось и следа.

— И ты говоришь, что кто-то еще может разрушить мир Призраков?

— Не знаю, — честно ответил я. — А проверять не хочется.

— И мне не хочется, — кивнул Митрофан Аникеевич. — Я помогу тебе его найти. Постараюсь.

— Как? — спросил я.

— Поговорю с другими призраками, — ответил предок рода Вознесенских. — Правда, на это потребуется время. Многие призраки теряют рассудок, попадая в ледяной мир. С ними бесполезно говорить. Но всегда найдется кто-то, кто что-нибудь знает.

— Хорошо, — кивнул я. — Это будет очень кстати. Я и без того, благодаря тебе, узнал сегодня много нового. Спасибо.

— Я слышал, что вы с Лукой говорили о каком-то обряде, — нахмурился призрак. — Вроде бы того несчастного не просто убили.

— Да, — кивнул я. — Ему перерезали горло и кровью нарисовали на полу какой-то знак, похожий на пентаграмму.

— Я слышал об этом, — медленно кивнул призрак. — Так раньше казнили Одержимых. В старые времена, еще до того, как появился Орден Ликторов.

— Ты настолько старый? — удивился я.

— Да, — гордо ответил Митрофан Аникеевич. — И тот, кого ты ищешь, тоже старый. Чем призрак старше, тем он сильнее. А только сильный призрак может зарезать человека. Поговори с кем-нибудь из священников.

— Зачем? — удивился я.

— Это они боролись с Одержимыми, пока не появились ликторы.

Глава