В теле дрища в военной школе аристо 2 - Андрей Борзов

тебя довольно высокий… — Шрам задумался, а потом сказал. — Обычно мы выпускаем пять крыс. Могу десять выпустить? Что скажешь? — заговорщически предложил он.

— Давай десяток.

— Ставку делать будешь?

Я вернулся на диван. В окошке с боями на первом месте красовалась надпись:

«Внимание. Начинающий боец Странник. Двусильный маг седьмого ранга против десяти изменённых крыс пятого ранга»

Выбрал эту позицию и поставил на себя миллион рублей.

— Почему не указана специализация?

— Считай это лотереей. На первый бой всегда так делаем. — Шрам усмехнулся — Маску могу дать, если хочешь. Но после первого боя тебя и так опознают.

— Давай маску.

— На верхней полке бери любую, — Шрам встал с дивана и перед выходом из комнаты пожелал. — Удачи, Глеб. Если будут вопросы — обращайся.

Маски, которые я достал с верхней полки, разнообразием не отличались: простые лица белого, красного и чёрного цвета, и только одна — маска в виде соколиной головы с клафтом могла скрыть не только лицо, но и мои белые волосы. Поэтому её я и выбрал.

Закончив с перевоплощением, я снял браслет-смартфон и отдал Тринадцатому.

Тот, принимая браслет, сказал:

— Господин, я буду следить за вашим поединком.

— Хорошо, Тринадцатый, — кивнул я и пошёл искать, что ещё может пригодится на поединке.

Среди амуниции обнаружил отличную защиту на часть тела, дорогую любому мужчине. Помимо этой защиты разных размеров, имелась стопка чёрных штанов.

Я разделся до трусов и нацепил плотные шорты с бронированной ракушкой, сверху надел чёрные штаны.

Завершив приготовления, я отправился к выходу на арену.

Смотря через монитор бой Васи и Всенагибатора, я не мог оценить размеры арены. Она была огромная. Круглое дно покрывал песок, зрителей защищал куполообразное силовое поле.

Стоило выйти на песок арены, и меня осветили лучи прожекторов, ведущий объявил:

— Итак, позвольте представить: Странник. Он хочет попробовать себя на арене, показать нам свою силу, испытать своё мужество! Его соперниками будут десять свирепых изменённых крыс. Не пять, а десять! Поверьте, они — опасный противник, десять сразу не дадут расслабиться даже магу седьмого ранга!

Зрители за экранированными куполом разглядывали новичка с некоторой долей скептицизма.

— А почему он закрыл лицо?

— Может, стесняется своей внешности?! — воскликнул парень.

— Нет, наверное, он красавчик, — не согласилась с ним девушка.

— Странник! Странник! — редкие крики поддержки заглушили несколько невнятные обсуждения.

Усилив аурный щит, я наполнил мышцы энергией. Сердце заколотилось в предвкушении битвы. На противоположном краю арены открылся зарешеченный проход, оттуда высыпали крысы размером с крупную собаку. Подобных, но менее свирепых внешне, я видел в метро Старой Костромы.

Проход за спинами крыс закрылся, и они повернули ко мне головы.

С помощью телекинеза я шёл по песку, не оставляя следов.

Крысы стояли неподвижно.

Но едва я миновал середину арены, крысы запищали, поджали хвосты и ломанулись к закрытому решёткой выходу.

Я ускорился, крысы бросились разные стороны. Я попробовал догнать их, но они в панике убегали. Одна даже прикинулась мёртвой, но когда я подошёл, она с диким визгом ломанулась прочь и стала отчаянно карабкаться по стене. Падала. И снова карабкалась. Три крысы пытались сделать подкоп, две грызли решётку, оставшиеся четыре просто прижимались к стене в самой дальней от меня части арены.

Стало довольно тихо, только повизгивали крысы.

Я почесал затылок и стал искать взглядом Шрама. Прошла ещё пара минут, прежде чем решётка звериной двери открылась, позволив крысам убежать с арены.

Тишину нарушили голоса зрителей:

— Что это было?

— Верните мои деньги. Бой не состоялся.

— Странник. Кто он?

— Покажи лицо! Сними маску! — потребовал кто-то довольно громко, и эту просьбу подхватили скандированием:

— Покажи! Покажи лицо! Покажи!

Решётка с моей стороны открылась.

Я направился к выходу, а зрители буквально сходили с ума, умоляя и требуя снять маску.

У меня на пути оказался Шрам.

— Покажи лицо! — доносилось в спину.

Среди выкриков прорывались сердитые угрозы, что меня точно вычислят по применяемым навыкам. Упоминался среди прочих восклицаний и род Разумовских, ведь я использовал телекинез и, вероятнее всего, заклинание «страх». Тут же им возразили, что я не делал пассы руками, характерное для применения этого заклинания.

Я остановился, так и не дойдя до выхода. Причисления меня к Разумовским особенно задело.

Я повернулся к центру арены и стянул маску.

На миг воцарилось полное, звенящее молчание.

— Это же Школьный ужас!

— Глеб Туманов! Ужас!

— Кошмар!

— Он уже седьмого ранга. Я понимаю тех крыс!

— Крысиный тиран!

— Ужас! Тиран!

Под крики зрителей я покинул арену.

— Первый бой не задался, — прокомментировал стоящий в тени перехода Шрам. — Впервые такое вижу.

За спиной Шрама стоял Тринадцатый, кивнул мне.

— А что по выигрышу? — уточнил я у Шрама.

— С выигрышем некоторые сложности: вот если бы ты хоть одну крысу прихлопнул!

— Так называя «прописка» не получилась?

— Можно сказать и так. У меня высокоранговый изменённый медведь есть. Хочешь повторить?

Я задумался.

Шрам уставился на меня единственным глазом, искусственный глаз покрутился во все стороны и тоже остановился на мне:

— Понимаю, медведь — это уже слишком. Тебе нужно хотя бы немного продержаться, если что, охранники помогут. Что скажешь?

Я кивнул Шраму и попросил:

— Деньги, что я ставил, переведи на этот бой.

— Хорошо, — после секундной паузы ответил Шрам и удалился.

Отбросив маску на пол, я вернулся на арену под пристальные взгляды зрителей. Рокот их голосов сотрясал воздух, отдавался вибрацией во всём теле. Они ждали зрелища, жаждали его.

Скрипнул микрофон, и голос ведущего заглушил этот гул:

— Похоже, крысы — это слишком мелко для нашего Странника! Но мы не можем его разочаровать, ведь правда? Для него у нас есть медведь восьмого ранга! Надеюсь, хотя бы этот зверюга докажет, что на нашей арене не шутки шутят, А действительно проверяют навыки бойца!

Он ещё не успел договорить, а арена уже взорвалась криками.

Над зрителями замерцали экраны, показывая одну картинку: одной стороны красовался мой портрет, а с другой — раскрывший зубастую пасть свирепый красноглазый медведь пепельного цвета.

Его рык сотряс арену, заставив зрителей умолкнуть. Рык и топот приближался к противоположной стороне арены. Решётка ещё не поднялась, я не видел противника, но его поступь отдавалась в каждой косточке, и сердце запело в предвкушении настоящей схватки.

Глава 24

Из перегороженного решёткой прохода доносились топот и рёв. Первобытная ярость ощущалась в этих звуках. Песок арены передавал отголоски чудовищной вибрации.

— Это безумие! — крикнула какая-то девица.

— Безумная смелость! — воскликнул ведущий.

На мониторах показали бледные в испарине лица охранников, наводящих винтовки на проход.

Топот прекратился. За решёткой сверкнули красные глаза. Изменённый медведь, увидев меня, больше не спешил, только скалил зубы, постепенно приближаясь к выходу, а решётка стала подниматься. В его взгляде был вызов.

Огромный медведь вышел на песок медленно, по-хозяйски.