Дворец со съехавшей крышей - Дарья Донцова

Сомневаюсь, однако, что Белка услышала меня. Она явно впала в эйфорию и тарахтела без умолку:

– Платье мне сошьет модельер Ника Безрукина, сегодня поеду смотреть эскизы. Дима хочет кринолин, белый шелк, длинный шлейф. Он считает, что его должны нести дети, наряженные пажами. Дима решил, что нас привезут в карете. Дима предполагает украсить лошадей лентами и флердоранжем. Дима снимет зал «Ренессанс»…

Дима, Дима, Дима… От бесконечного повторения имени режиссера меня затошнило.

– А ты будешь моей свидетельницей-подружкой. Степашка, почему ты молчишь? Эй, Степа! – повысила голос Белка.

– Да, – очнулась я.

– Ни секунды не сомневалась в твоем согласии, – сказала бабуля, – ради проформы поинтересовалась. Дима даст тебе адрес Ники и расписание репетиций.

– Кого? Что? – не поняла я.

– Степашка, похоже, ты спишь! – возмутилась Белка.

Верное предположение. Как правило, я люблю подремать, пока не настанет пора собираться на службу.

– Тебе сошьет наряд та же модельер, что и мне, – неслась дальше бабуся. – Длинное платье на корсете, нежно-розовое, на голове шляпка с натуральными незабудками, сумочка, туфельки. Ты будешь очаровательна. Второй подружкой станет Ёлка в таком же обличье…

Перед моими глазами возникла ель со шляпкой на верхушке, наряженная в розовый шелковый ужас, сшитый дамой с говорящей фамилией Безрукина. Кто она такая? Про Карла Лагерфельда я знаю, про Марка Джейкобса, Стефано Пилати и Стеллу Маккартни[3] – тоже. А вот о Нике Безрукиной я никогда не слышала.

– Дима придумал такое! – задыхалась от восторга бабуля. – Обещает незабываемую церемонию! Ну? Неужели у тебя нет вопросов?

Их у меня полно, но задавать их Белке я не могу, спрошу о чем-то нейтральном.

– А кто такая Ёлка?

– Мама Димы, Софья Николаевна. Мы с ней сразу нашли общий язык, очаровательная, прекраснейшая женщина. Домашние ее зовут Ёлкой. Расписание репетиций свадьбы Дима тебе пришлет. Целую, Степашка, мне пора бежать, – на одном дыхании выпалила бабуля, и трубка разразилась частыми гудками.

Я решила не впадать в истерику и вовремя вспомнила совет Франсуа Арни, данный мне в тот момент, когда я за десять минут до начала демонстрации нового макияжа фирмы «Бак» шлепнулась, споткнувшись о какой-то шнур, протянутый по полу приехавшими снимать действие телевизионщиками. На беду я угодила носом прямо в паркет и поняла, что мой орган обоняния стремительно распухает. Из глаз мигом полились слезы, причем не от боли, хотя мне в первую секунду показалось, что кто-то вставил в мою левую ноздрю перфоратор и включил его на всю мощь. Я поняла, что срываю показ, подвожу Арни, и запаниковала.

Франсуа быстро поднял меня, усадил в кресло, схватился за кисти и начал ремонтировать осыпавшуюся красоту, одновременно наставляя:

– Истерика не продуктивна. С неприятностью нужно справляться двумя способами. Первый: расскажи о ней десяти людям. Тебя бросил мужчина? Не рыдай дома, иди к знакомым и изливай душу. Подробно, нудно, долго объясняй каждому, почему вы разошлись, описывай детали со смаком. Одному поплачься в жилетку, другому, третьему, четвертому. На пятом человеке тебе надоест, но прекращать нельзя. На шестом ситуация покажется смешной, на седьмом поймешь, что ты дура, которая занимается ерундой, на восьмом ты подумаешь: господи, как мне этот мужик надоел. На девятом тебя затошнит при одной мысли о парне, а на десятом ты обрадуешься: фу, наконец-то я избавилась от идиота. Да, забыл предупредить! Поделиться горем со всеми знакомыми надо за один день. Попробуй, это срабатывает безотказно. Есть второй способ, и в нашем случае лучше применить его. Постоянно задаем себе вопрос: «И что?» Показываю, как это действует. Я упала. Ну и что? Разбила нос. Ну и что? Размазала макияж. Ну и что? Неприятность уже произошла, назад время не повернуть. Теперь махнем рукой, шумно выдохнем и скажем: «Ну и что? Фиг с ним!» Сразу отпускает, и ты успокаиваешься.

Самое интересное, что дурацкие, на первый взгляд, советы оказались действенными. Я пару раз пользовалась ими и убедилась, что они срабатывают безотказно.

Вот и сейчас я выпрямила спину и начала проводить сеанс аутотренинга. Белка собралась замуж за идиота. Ну и что? Она решила нарядиться в белое платье со шлейфом. Ну и что? Меня втиснут в наряд, сшитый неизвестно кем. Ну и что? Второй подружкой невесты будет тетушка лет восьмидесяти. Ну и что? Старуха натянет розовое платье, возьмет букетик, и нас с ней сфотографируют гости. Ну и что?

Я вскочила с кровати.

Как это ну и что? А то, что у нас теперь будет большая семья: я, Дима и две бабки, Белка и Ёлка? Просто замечательно! По праздникам мы станем собираться за столом и затягивать: «Бабушка с дедушкой снова жених и невеста, Белка и Ёлка рядышком хором поют свою песню»[4]… Нет, сегодня совет Франсуа мне не помогает. И кто бы пояснил, почему старушку Софью Николаевну прозвали Ёлкой? Может, она ходит, замотавшись в гирлянды?

Я посмотрела на часы и поплелась в ванную.

Глава 24

Машина, нанятая для перевозки Чарлика, оказалась старой таратайкой, в которой могли поместиться только шофер и один пассажир. А вместо заднего сиденья было подобие клетки.

Когда я умостилась на продавленном сиденье, водитель, рыжий и веснушчатый парень, радостно улыбнулся и представился:

– Гарик.

– Степанида, – сказала я в свою очередь.

– Извини, опоздал, машину мыл, – продолжил шофер. – Но все равно пованивает.

– Ерунда, – отозвалась я, пытаясь дышать через раз.

– Жирафа вчера к ветеринару возил, – сообщил водитель. – Испугался он, ну и напрудил.

– Жираф? – поразилась я. – Как он сюда поместился?

– Шею в окно выставил, – совершенно серьезно объяснил Гарик.

Я рассмеялась.

– Врешь.

– Ага, – кивнул шофер, – люблю пошутить. Вчера медведя в клинику сопровождал, а Топтыгин давно не мылся. Мы едем к Настюхе?

– Верно, – подтвердила я.

– Настюха зажигалка, – хихикнул Гарик. – Кого забираем?

– Козлика, – пояснила я.

– Чарлика? – обрадовался парень.

– Ты его знаешь? – удивилась я.

Шофер объяснил.

– Нас всего двое, кто крупных животных перевозит, я и Веня. Чарлика постоянно на мероприятия зовут. Он милый, не вредный, не кусается, не то что Кеша. Тот баран. В прямом смысле слова – муж овцы. Вот с ним намучаешься! Зато хозяйка его, Елена Михайловна, суперская. С Чарликом наоборот: он хороший, а вот Настя…

Гарик, не договорив, засвистел.

– Анастасия проблемный человек? – спросила я.

Водитель резко повернул направо.

– Надеюсь, сегодня все обойдется. Барашков говорит, что с Настюхой ему неохота связываться, но у нее хорошие звери.

– Ты знаешь Дмитрия? – удивилась я.

– А то нет! – хмыкнул Гарик. – Он мой двоюродный дядя, вместе Новый год всегда встречаем. Мама моя вчера из-за него литруху валокордина выхлебала. Понимаешь, решил наш Димка жениться на какой-то, блин, жути сморщенной… Ой, прости, тебе мои семейные дела неинтересны.

– Наоборот, – криво улыбаясь, возразила я. – И большой у вас клан?

Гарик притормозил у светофора и начал загибать пальцы:

– Дядя Коля, Сергей Петрович, Арина, тетя Галя, Светлана Михална, баба Лена, Машка, Ленка, Юрка… Короче, человек сорок родни будет только в Москве, и по разным городам еще много рассеяно.

– Жуть, – прошептала я.

– Почему? – удивился парень. – Большая семья – это здорово. У тебя братья-сестры есть?

– Нет, – ответила я.

– Бедняжка… – посочувствовал водитель. – Одной плохо. У мамы нас семеро. Правда, сначала родители больше рожать не хотели, лет до пяти я единственным рос, потом начал сестренку просить. Смешная история, мамуська ее до сих пор вспоминает. Она грипп подцепила, лежит в кровати, я к ней залез и ною: «Мам, купи сестричку». Наверное, совсем ее достал, вот мамуля и спрашивает: «Зачем она тебе?» А я отвечаю: «Вот ты умрешь, кто мне тогда рубашечку постирает?» Очень я практичным оказался… Правда, смешно? Приехали!

Машина притормозила у ворот зоопарка, мы вылезли наружу, позвонили в домофон. Калитка приоткрылась, и я увидела Настю.

– Здрассти, – с удивлением произнесла владелица зоосада. – Я не ждала гостей.

– Вас не предупредили о нашем приезде? – изумилась я. – Маша сказала, что вчера беседовала по поводу Чарли.

– Маша? – заморгала Анастасия. – Это кто?

– Горская, – уточнила я, – помощница Дмитрия Барашкова.

– Да? – неуверенно протянула хозяйка. – А он кто?

Я подумала, что Анастасия глупо шутит, и сказала:

– Простите, времени нет, выдайте нам Чарлика.

– Кого? – жалобно протянула Настя.

– Вашего козла, – начала терять терпение я.

Настя отступила на пару шагов.

– Я что, замужем?

Прежде чем мне пришли в голову подходящие в данной ситуации слова, Гарик схватил меня за руку и поволок вперед по дорожке, приговаривая: