Утро Судного Дня - Александр Мазин

Грива потратил несколько драгоценных секунд, чтобы избавить покойника от уже не нужного имущества, прихватил брошенную кем-то связку ремней, недожаренный (сойдет с голодухи) окорок и припустил по единственной ведущей вниз тропке. Прятаться в горных джунглях от аборигенов – бессмысленно. Найдут на счет «раз». Так что скорость и только скорость.

Разумеется, тропа вела прямо в поселок. И там Гриву встретили. К счастью, всего трое. Надо полагать, основная часть каннибальской популяции – на пещерном празднике. Трое – это легко. Это пустяки. Особенно если они трясутся от страха. Артём даже не стал их убивать. Так, пришиб немного. И – дальше. Эх, свобода! Даже жара казалась родной. Ноги не бежали, летели, едва касаясь земли. Восхитительное чувство!

Глава двадцать седьмая

Беглец

Следующее утро Грива встретил уже в саванне.

Еще через день вышел к реке.

А еще через сутки с вершины очередного холма увидел преследователей. Их было десятка четыре, и расстояние между ними и Артёмом было весьма солидным, так что пока опасаться нечего. Если Грива доберется до соплеменников Буйвола, то с их помощью быстренько наладит черных «мистиков» в «страну доброй охоты» или как там она у них называется. Вот только шаман… Впрочем, шамана среди преследователей могло и не быть. На таком расстоянии люди казались крохотными муравьишками.

Однако вскоре выяснилось, что Грива существенно недооценил мобильность противника. За световой день они ухитрились выиграть у него километра четыре.

Артём прибавил. Насколько мог. Но этого оказалось недостаточно. Черные были проворнее. Они догоняли. Грива пытался путать следы. Затеряться среди пасущихся антилоп. Без толку. Только потратил силы и время. Его настигали.

«Скорость, – подумал Грива, глядя на цепочку бегущих по саванне охотников. – Вот что решает. Они проворней – и мне от них не уйти».

Даже если бы Артём не потерял форму во время своего заточения, если бы опять не заболела нога…

Как он ни старался, но за следующий день преследователи выиграли еще пару километров. Еще два-три дня – и его настигнут. Скорость… Эх, сейчас бы джип! Или хотя бы лошадь… Лошадь. А ведь это идея!

Грива привстал, огляделся – и моментально обнаружил стадо пасущихся зебр. Поймать одну из них… Нет, это чистая фантастика. Во-первых, не подпустит, во-вторых, даже если оседлаешь – это будет еще то родео. Артём считал себя неплохим наездником, но зебра – не домашняя лошадь. Не факт, что ее вообще можно объездить. Тем более – без упряжи, без седла… Хотя попробовать можно. Правда, сначала ее надо поймать… И на все про все у него около часа.

Изготовить боло оказалось достаточно простым делом: связать ремни, отыскать подходящие камни, закрепить их на «хвостах» – и инструмент готов. Но как подобраться к табуну хотя бы метров на тридцать?

Артём решил действовать нагло. Двинулся к табуну не прячась, во весь рост, вдобавок раскручивая над собой боло.

Сработало. Зебры – животные любопытные. К тому же Грива приближался с подветренной стороны.

Первым, естественно, отреагировал вожак. Порысил навстречу.

Грива остановился. Вожак – тоже. Некоторое время они разглядывали друг друга. Камни с гудением рассекали воздух. Вожак всхрапнул, ударил копытом… И вернулся к табуну. Какое-то время Грива опасался, что сейчас он уведет своих, но вожак спокойно принялся за травку. Непонятное существо было признано условно безопасным. Двуногий без копья.

А Грива двинулся дальше. Он не спешил. Периодически останавливался. Бросать боло он не мастер. Гаучо из него еще тот. Так что дистанцию надо свести к минимуму. Но так, чтобы не спугнуть. Если зебры бросятся наутек, их не догнать. Однако они ведь любопытные твари. Если подождать, какая-нибудь наверняка…

Точно, и нескольких минут не прошло, как группа любопытных кобылок подтянулась поближе.

Вожак их перемещение зафиксировал, но мер не принял.

Вот и славненько. А то уже рука устала…

Артём наметил кобылку покрупнее, выждал, когда дистанция сократилась метров до двадцати, и метнул свой снаряд.

По цели он промахнулся. Камни лишь задели бок мишени. Животные мгновенно бросились наутек… Как так вышло, что одна из кобылок запуталась в ремнях, Грива и сам не понял. Но когда увидел, что зебра грохнулась на землю, стремглав бросился к добыче…

А с другой стороны к кобылке уже мчался жеребец.

Вожак был дальше, зато бегал намного быстрее, потому рядом с бьющейся на земле и пытающейся встать кобылкой они оказались почти одновременно.

Грива испустил самый страшный вопль, на который был способен, и метнул топор в оскаленную морду жеребца. Попал, ясное дело, не острием, а деревяшкой, но жеребец тем не менее притормозил. И похоже, усомнился в своем желании немедленно втоптать обидчика в землю.

Грива испустил еще один вопль. Кобылка тоже жалобно заржала. Жеребец поглядел на Гриву, потом на кобылку… Колебался он недолго. Инстинкт подсказывал: раз подружка не может встать, значит, дела ее плохи.

Красивый поворот – и гордый зебр галопом полетел к своим. Мгновение – и весь табун снялся и поскакал прочь.

Грива выиграл первый тайм.

Выграть второй оказалось сложнее. Проклятая скотина отбивалась изо всех сил и чуть не откусила Артёму пальцы.

И все же в конце концов ему удалось спутать ее основательнее и нацепить на ее шею что-то вроде импровизированной упряжи. И соорудить из ремней некое подобие стремян.

Осталось самое сложное – объездить. Причем быстро.

Гриве повезло. Зебра не стала кататься по земле. Хотя пляску устроила такую, что, если бы не петли-стремена, Артём уже давно валялся бы на земле. Но Грива не посрамил честь русского дворянства. Выдержал целую минуту неистового родео. И вот кобылка, храпя от ужаса, стрелой, не разбирая дороги, уже скачет по саванне, унося на своей потной спине представителя высшей цивилизации.

Километров двадцать они отмахали за полчаса.

Потом зебра утомилась и сбавила шаг. Еще через полчаса Грива пожалел ее и себя (галопом без седла – никогда не пробовали?) и спешился. Кобылка так устала, что даже не пыталась его лягнуть или укусить. Пыхтела, раздувая бока, глядела мутным глазом на своего мучителя…

Грива спутал зебре передние ноги, привязал ее к акации, спустился к реке. Напился, смыл грязь и едкий зебрячий пот.

Когда он вернулся к полосатой красавице, то обнаружил, что пришел очень вовремя. Зеброй заинтересовалась гиена.

Увидев человека, тварь смылась. А зебра в благодарность едва не откусила Гриве палец. Отдышалась, ласточка.

Артём порадовался, что стреножил зебру, когда та была в худшей форме.

Целый час понадобился на то, чтобы внушить лошадке почтение к человеку. Наконец она более или менее подчинилась. Или, что куда вероятнее, намерение Гривы напоить кобылку совпало с ее собственным желанием.

Утолив жажду, зверушка опять впала в ярость, и Артём решил, что силы ее восстановлены.

Полторы минуты родео – и они двинулись дальше.

До вечера Грива преодолел еще полсотни километров, совсем загнал свою лошадку и добрался до зарослей кустарника, пробраться через которые верхом не было никакой возможности. Так что зебра получила свободу. А Грива выиграл один день. Большего не требовалось. До поселка соплеменников Буйвола оставался один переход.

Поселок был пуст. Явные следы поспешного бегства. И – ни одного живого человека. Зато трое мертвых. Два старика и старуха. Убиты. В хижинах. Причем одинаково – у каждого пробит висок. Трупы объедены, но – мелочью. Падальщики покрупнее в поселок заходить еще не рисковали, следовательно, жители покинули его не так давно. Почему они ушли? Загадка…

Ночь Грива провел под крышей. Утром двинулся дальше. К своим.

Одно хорошо: погоня отстала. Вероятно, своей скачкой на зебре Артём сбил их со следа.

К сожалению, повторить опыт не получилось. Дважды Гриве удавалось изловить кобылку, но на этом этапе все и заканчивалось. Один раз Гриву отогнали от добычи злобные жеребцы, второй раз – львиный прайд. Но это было уже за пределами территории соплеменников Буйвола. Там у Артёма проблем с хищниками не было. Львы и гиены держались от человека подальше. Правда, только днем. Ночью почтение четвероногих охотников к двуногому существенно снижалось. Причем очень быстро выяснилось, что никакого страха перед огнем они не испытывают.

Конечно, если сунуть горящую ветку львице в морду, она шарахнется, но сам костер, скорее, привлекал внимание, чем отпугивал. Так что от ночевок на земле пришлось отказаться. Теперь Грива спал на деревьях, фиксируясь ремнями и привязывая к руке оружие. Такая предусмотрительность спасла ему жизнь, когда в одну из ночей на его дерево забрался леопард, а порядком измотанный Артём проснулся, когда хищник уже обнюхивал его, выбирая кусочек поаппетитнее. К счастью, зверь оказался не из самых храбрых, и, когда Артём кольнул его копьем в бок, леопард перепугался и удрал. А мог бы и сожрать.