Глупцы и Герои. Дилогия в одном томе - Алексей Жидков

— Для меня лучше чтоб ты сдох, — стиснув зубы, ответил Сергей. — Ты и вся твоя раса полоумных фонариков.

— Боюсь, что твоему желанию не суждено исполнится. Максимум, что меня ожидает это заточение в твоей мертвой оболочке.

— Ха! — усмехнулся Сергей. — То есть если я помру, то ты окажешься в плену. Это меня радует. Может, мне уже самому себя прикончить.

— Не стоит, — слишком быстро поспешил ответить Меняло. — Думаю можно и так все решить.

— Как ТАК? У нас с тобой уже был уговор, который ты нарушил при ближайшем удобном случае.

— Ничего я не нарушал! — гневно возразил Меняло. — Я обещал, что оставлю твоих людей в покое и оставил. Я подготовил для твоих собратьев великую цель. Очень мало рас удостоилось такой чести. Большинство были просто истреблены. С существующими тенденциями развития наших технологий, твоя раса будет востребована, а, следовательно, будет жива и в почете еще несколько десятков, а то и сотен миллионов Земных лет. Да на такой период существования, без нашего вмешательства, вы и рассчитывать не могли. Ваша планета станет непригодной для жизни меньше чем через шестьдесят миллионов лет. А человечество, без нашего вмешательства, погибнет еще раньше. Я даю твоей расе возможность выжить и служить величайшей цели во вселенной.

— Да что у вас за цель-то такая, ВЕЛИЧАЙШАЯ? — возмутился Сергей. — Сколько прожил с вами так и не понял.

— Тебе и не понять, — огрызнулся Меняло.

— И в чем заключается почет быть убитым? И жить только ради этого? Быть сырьем для жутких созданий?

— Эти создания — будущая основная мощь Конклава, благодаря которой мы еще ближе продвинемся к великой цели, — ответил Меняло. — И быть частью этих созданий большая честь. Тебе, похоже, этого никогда не понять. Ты слишком глуп и примитивен.

— Так если мне не понять, то и другие не поймут. Ты думаешь, что люди вот так спокойно пойдут на смерть ради цели, которую не могут понять?

— А почему нет? В вашей истории множество аналогичных примеров. Вы довольно часто приносили людей в жертву ради весьма сомнительных целей, выдуманным богам или просто потехи ради. Вы отошли от такой жизни всего каких-то лет пятьсот назад. И то, не отошли, а просто перестали это афишировать.

— Мы, — продолжал Меняло, — можем создать вам идеальные условия для жизни и для размножения.

— Хочешь сказать, можем разводить вас как скот, — съехидничал Сергей.

— Почему как скот? — возразил Меняло. — Вы можете просто жить. Причем жить в достатке, и ни в чем не нуждаться. Я думаю, через несколько поколений, с активной демографической политикой, вы сможете жить лет до тридцати, может даже сорока. И только после этого отдавать свои тела нам. У вас сейчас, далеко не все, доживают до такого возраста. А лет через пятьсот-шестьсот создадите обширную базу особей и сможете жить лет до пятидесяти, может даже шестидесяти. Больше, навряд-ли получится. Качество материала уже не то. Хотя, если мы всерьез за вас возьмемся, то возможно все.

— И поверь мне, — продолжил после небольшой паузы Меняло. — Качество вашего существования значительно повысится. Ну как вы жили до нашего прихода? Треть, или даже больше, вашего населения жила за чертой бедности. Это даже по вашим меркам. А по нашим, так вы все не жили, а существовали. Самой главной вашей целью было просто выжить. Было, правда, множество второстепенных целей, некоторые из которых приводили к вашему взаимному истреблению, но скажи мне — ради чего вы жили? Кем вы были? Мелкой песчинкой в просторах вселенной. А кем вы можете стать???

— Мы были свободны! И делали, что хотели. А самое главное нам никто не указывал когда надо умирать и ради чего.

— Свободны они были. Ха! — усмехнулся Меняло. — Да у Вас рабство официально отменено-то меньше двухсот лет назад. А реально, вы даже после этого остались рабами. Каждый день своего существования большая часть вашего населения просыпалась с утра и шла отрабатывать свою трудовую повинность. За это вы получали возможность иметь одежду, еду, жилье. И то не всегда. Мы можем дать вам все это и гораздо больше абсолютно бесплатно. Вам не надо будет отрабатывать трудовые повинности. Все свое время сможете тратить на самопознание и саморазвитие. Кто еще вам сделает такое заманчивое предложение?

— Была у нас такая пословица раньше, — сказал Сергей. — Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Так что, пожалуй, я, все-таки, откажусь от твоего предложения.

— Глупый человечишка, — возмутился Меняло. — А тебе не кажется, что ты берешь на себя сильно много ответственности, решая за всю свою расу?

— Нет! Не кажется! — помотал головой Сергей. — И тем более, я решаю только за себя. Найдешь другого человечишку ему и предлагай служить батарейкой у фонарика. Ах да, я ж забыл, ты же не можешь никого встретить, пока я тебя не отпущу. Вот незадача. Так что, попробуй придумать какое-нибудь другое предложение, подтвержденное гарантиями, чтобы меня заинтересовать. Может тогда, я и решу тебя отпустить.

— Наивный, — усмехнулся Меняло. — Отпустить он меня собрался. А как ты это сделаешь? Неужели ты не видишь, что мы переплелись. Ты не сможешь меня выпустить, даже если захочешь.

Сергея потрясли эти слова. Все это время он старательно вглядывался в темноту, абсолютно ничего не видя, и только теперь понял, что смотрел не туда. Сделав над собой усилие, он опустил свой взгляд вниз и посмотрел на себя. Там, где должно было быть его тело, был яркий, густой свет. Он ослеплял глаза и леденил душу. И лишь присмотревшись к нему, превозмогая боль и отчаяние, можно было увидеть внутри свое родное, человеческое тело.

— Твои действия привели к тому, — услышал он голос Меняло, — что мы стали одним целым. Это был единственный способ удержать меня в себе. Где ты этому научился?

— Нигде, — ошарашено ответил Сергей. — Это случайно получилось. И как нам теперь разделиться?

— Боюсь, что без посторонней помощи это будет трудно сделать, — ответил Меняло. — Это наше проклятие. Проклятие творцов. Если мы испытываем эмоции и чувства нашего вместилища, то мы можем к нему привязаться. А ты, захватив меня, испытал столько чувств, что я не смог сопротивляться. На стадии зарождения вселенной мы потеряли подобным образом много своих собратьев, которые деградировали до необходимости материальной оболочки. Конечно, у них все происходило по-другому. Они сами всегда становились доминантами, а прежних хозяев загоняли на задворки сознания. Ты, наверное, первый кто смог захватить творца и продолжать доминировать. Я думаю, у тебя это получилось, потому что я был слаб. Я сильно много энергии растратил на проведение последнего эксперимента. Через некоторое время она восстановится, и я вновь обрету управление над твоим, вернее уже нашим, телом.

— Ага, размечтался, — возразил Сергей. — Так и будешь сидеть у меня в башке, пока я жив. А когда сдохну, все равно продолжишь там сидеть-посиживать.

— Не исключено. Такой поворот событий тоже возможен. Но маловероятен. А изучение данной способности, впоследствии, может привести меня к вершинам Конклава.

— Ну, ты пока строй свои планы, а я буду строить свои, — сказал Сергей.

— А что ты собираешься делать дальше? — с интересом спросил Меняло. — Ты ведь в курсе, что без постоянного излучения и принятия препаратов у тебя скоро начнется интоксикация, ломка и возможен анафилактический шок?

— Что? — удивился Сергей.

— Ну, да! — обыденно ответил Меняло. — Ты же не думаешь, что тебя видоизменили полностью. Ты просто был накачен определенными химикатами и излучением. Все составлялось в такой пропорции, чтобы довести тебя до определенного уровня, но не убить. Эти препараты уже несколько месяцев сохраняли в тебе жизнь. Без них, я даже прогнозировать боюсь, как поведет себя твое тело. Одно могу сказать точно, без посторонней помощи ты не выживешь. И даже если ты выживешь, то постепенно утратишь большую часть всех приобретенных способностей. Так что начинай действовать. Или возвращайся на базу к погонщикам или ищи людей. А я пока отдохну, восстановлю силы. Они мне потребуются, чтобы вернуть свой облик.

— ИДИ, ДЕЙСТВУЙ, — раздались последние слова Меняло и свет резко заполонил все вокруг.

Открыв глаза, Сергей обнаружил, что лежит в глубоком овраге. Совсем рядом протекал ручей. Ужасно хотелось пить, но сил встать не было. В голове кружилось, и было сложно определиться с направлением. Все тело болело, как будто по нему проехался танк.

С трудом преодолев ползком два метра до ручья, Сергей принялся пить. Он пил, практически не останавливаясь, около часа, с каждым глотком все больше и больше приходя в себя.

За все это время Меняло ни разу не дал о себе знать.

Осознав, что сил прибавилось достаточно, чтобы встать, Сергей поднялся и осмотрелся.