Дух северного волка - Ксения Викторовна Мирошник

небольшой рисунок, на котором была изображена девушка с распущенными волосами. Она стояла спиной, обхватив себя руками, и смотрела с холма на заходящее солнце. Ее волосы развевались на ветру, и казалось, что можно коснуться мягких локонов и ощутить дуновение на собственном лице. Девушка ждала кого-то, всматриваясь в горизонт и погружаясь в собственную печаль. Рисунок выглядел настолько реалистично, что я смогла прочувствовать ее тоску.

Я отнесла книгу, что лежала первой, записку и рисунок в спальню, легла на кровать, поджав ноги, и завернулась в теплый уютный плед. С того самого дня щемящая тоска и необъяснимая грусть стали моими спутницами. Я не понимала, откуда они взялись и как избавиться от них.

День следовал за днем, я крепла и поправлялась, подолгу гуляла в сопровождении Кая, много времени проводила на конюшне. Потихонечку чистила лошадей и гуляла с ними по очереди. Первое время было очень тяжело, и это занимало почти весь день, но я не могла позволить им стоять без дела. Выезжали на них Маркус или Эш, а иногда и Клай. Ездить верхом я не могла.

Я передвигалась по территории части, как призрак, никто не обращал на меня внимания. Похоже, все решили, что я выбыла из рядов будущих стражей. Никто не знал, что произошло со мной, капитан строго велел своим людям держать языки за зубами. Но я так просто не сдамся. Я все больше ходила и не позволяла мышцам совсем расслабляться.

Вечерами я читала и следовала за героями, которых любил инструктор. Я представляла, как он когда-то читал те же самые строки. Все книги, которые оставил мне капитан, были о приключениях. Я путешествовала по бескрайним морям, летала в небесах и неслась вскачь по прекрасным лугам. Я сражалась в великих битвах и танцевала на королевских балах. Эти книги не давали мне скучать, но временами, я совсем не могла брать их в руки. Я выходила из дома и, закутавшись в плед, смотрела на звезды. В голове мелькали неожиданные мысли: «где он сейчас, жив ли?». Эти мысли пугали меня и я их гнала прочь от себя. Думать об инструкторе, как о мужчине, волновавшем меня, было непозволительно, безнадежно и очень больно.

Через две недели, я начала понемногу заниматься на поляне. Через три – впервые села в седло. Тревога возрастала, скоро истечет срок. Уже известно, что через неделю прибудет правитель Хорн и объявлен бал по этому случаю. От инструктора Норда все еще не было вестей. Я стала нервознее и беспокойнее. Во снах я все чаще видела его раненым и одиноким.

Устав от переживаний и собственных тягостных мыслей, я решила сходить к Мэл. В ее доме, мне уютно и спокойно. Я пришла, как раз вовремя, Мэл вынимала пироги. Элен вышла на рынок за покупками и сейчас меня это вполне устраивало. Так хотелось просто побыть с кем-то, кому я хоть чуть-чуть важна и кто мог бы разделить мои внутренние переживания.

– Здравствуй, девочка моя. Как ты? – ласково, потрепав меня по щеке, спросила Мэл.

– Спасибо, уже гораздо лучше. – Я по-домашнему разместилась за столом, поджав под себя ноги.

– Ох, я так переживала, так ждала вестей от тебя, – вздохнула она. – Я рада, что ты поправляешься. Что слышно от Аарона?

– Пока ничего. – Судя по выражению ее лица, она была в курсе, что инструктор отправился в опасное путешествие. Мое недоумение не укрылось от цепкого взгляда Мэл.

– Аарон мне как сын. Он приходил накануне отъезда и рассказал, что уезжает надолго, не сказал, конечно, куда, но я не глупая. Он просил присмотреть за тобой и помочь с переездом.

– Это так на него не похоже…, – задумчиво сказала я.

– А что, похоже? – Мэл задумчиво улыбнулась, а потом посмотрела на меня и положила ладони на стол, разделяющий нас. – Много ли ты знаешь о нем?

– Знаю, только то, что слышала и то, что вы рассказывали. – Под ее взглядом я смутилась.

– Он был милым мальчиком и хорошим другом моему Грэгу. – Этого имени я прежде не слышала. Лицо Мэл стало задумчиво печальным, и взгляд переместился на пейзаж за окном, позади меня. – Они вместе учились в школе рекрутов и после ее окончания Аарон, часто бывал у нас. Потом они вместе стали стражами, и вместе несли службу. Грэг погиб в стычке с гвардийцами, у границы. Гвардийцы были в большинстве, и наш отряд уносил ноги, но Аарон не бросил моего сына, а принес домой, несмотря на собственные травмы. Это позволило нам проститься с Грэгом. Аарон преданный и верный друг с высоким чувством долга и раненной душой. Этот мальчик многое видел и много потерял. Сейчас, я горжусь, что мой супруг служит с ним вместе.

– Я не знала, что у вас был сын и мне очень жаль, что вы его потеряли, – сказала я, взяв ее за руку.

– Эта горькая потеря подкосила нас, и Аарон скорбел вместе с нами, как член семьи. – Былая боль снова сверкнула слезами в глазах и Мэл небрежно смахнула их. – Аарон Норд один из лучших людей известных мне.

– Я волнуюсь за него Мэл, – вдруг, честно призналась я, не сумев больше тревожиться в одиночестве. – Вот уже три недели, мы не знаем, что с ним и где именно он сейчас.

Я встала и подошла к окну. С Мэл легко было говорить, она не из тех, кто любит бередить душу и тешить свое любопытство. Мне казалось, что она итак все поняла, потому что просто вздохнула и тихо, но твердо произнесла:

– Он вернется, я чувствую. – Больше мы к этому вопросу не возвращались.

Чтобы отвлечься самой и переключить мои мысли Мэл рассказала, что после случая со мной, Маркус больше не приходил к Элен.

– Вот же упрямый! – воскликнула я. – Я десятки раз ему говорила, что в том, что произошло, нет его вины. Но этот твердолобый решил взять всю ответственность на себя одного.

– Ему просто нужно немного времени. Сейчас ты поправишься, и ему станет легче. – Интересно, Мэл сейчас успокаивала меня или пыталась убедить в этом себя?!

– Я сейчас пойду и всыплю ему…,– мое чудовищное негодование угрожало стать причиной поединка между нами.

– Иж как вскипела. Поостынь немного, а то из чайника полью на твою горячую голову, – засмеялась Мэл. – Оставь ты это, детка. В дела влюбленных соваться не стоит, там нет места третьему.

Я вышла от Мэл, когда уже совсем стемнело, и только потому, что собиралась настоящая буря, и я хотела поспеть домой до начала дождя. Гроза застала меня уже