Третий виток - Сергей Николаевич Стоян

– Кто «она»? – судорожно сглотнув, переспросила Жанет.

– Инопланетная хрень!

– О Боже!

– У нас остался последний шанс, – жестко произнес Уэйн.

Все с надеждой воззрились на него.

3

Лагерь разбили на высоком берегу реки, неподалеку от новоиспеченного озера. Отсюда было проще контролировать близлежащую местность. Возвращаться в лес и тем более забираться в горы, где обитают падкие на чужие тела аборигены, никому не хотелось. Установили палатки, вернее активировали вакуумные насосы, и из компактных цилиндрических тюков получились три довольно вместительных шатра.

Уэйн связался с кораблем и долго рассказывал Кэрри последние новости, снабжая и без того печальное повествование своими мрачными комментариями. Теперь вся надежда была только на нее. Если верить Джеффу, то получалось, что поисковик «Золотая жила» спрятан на одном из крупных астероидов, коих добрая сотня вращалась вокруг планеты. Вместе с остатками космической пыли они образовывали неплотное кольцо, ориентированное в плоскости экватора. Оно явно было следствием периодического взаимодействия гравитационного поля планеты с пресловутым пылевым облаком. Не исключено, что именно благодаря этому кольцу некоторые свойства облака проявлялись даже в отсутствие непосредственного контакта с ним. Что собственно и позволило узникам поисковика воссоединиться со своими, поднятыми с планеты, телами.

Задача, поставленная перед Кэрри, была проста – найти «Золотую жилу», на которой имелся еще один посадочный модуль, и с его помощью забрать людей с поверхности планеты. Все элементарно, но, учитывая сроки, отведенные на эту операцию, надежды на успех практически не было.

В конце концов, Батт мог обмануть Джеффа и вместо того, чтобы прятать корабль среди астероидов, отправить его в свободный полет, куда глаза глядят. С точки зрения принятой им роли защитника Земли это выглядело гораздо более логично. Хотя, судя по его действиям, если он и повредился умом, то весьма избирательно. Душевная болезнь не помешала ему достичь поставленной цели. Скорее наоборот. Завладевшая его разумом маниакальная идея в сочетании с решительностью и отличным знанием техники оказалась реализована даже после смерти своего носителя. Ведь очевидно, что именно Батт запрограммировал спрятанный им в горах модуль на атаку, закончившуюся уничтожением едва ли не последнего шанса землян на то, чтобы убраться отсюда подобру-поздорову.

Учитывая все факторы, поиск «Золотой жилы» мог занять несколько месяцев, но люди все-таки надеялись на удачу.

Получив столь ответственное задание, Кэрри немедленно приступила к его выполнению. Корабль покинул геостационарную орбиту, связь с ним пропала. Маломощные переносные станции имели маленький радиус действия, и если ретранслятор не висел прямо над головой – превращались в бесполезные игрушки.

Вечером опять пошел дождь. Он уничтожил последние очаги пожара, принес прохладу и свежий воздух, но вместе с тем поселил в душах людей острую, щемящую тоску. Забившись в свои палатки, они мрачно наблюдали, как тяжелые свинцовые капли собираются в бурлящие грязные потоки; как вновь грозно вспучивается река и, яростно подмывая берег, легко поглощает здоровенные глыбы песчаника. Особенно удручало то, что теперь от ютящихся под чужим небом землян ничего не зависело. Можно было молиться, сетовать на судьбу, взывать к справедливости, но реально сами себе они помочь никак не могли. Вязкое холодное болото тупого ожидания с каждой минутой затягивало их все глубже и глубже. Казалось, еще немного – и его вонючая, ледяная жижа хлынет в рот, заморозит сердце, помутит разум, и тогда они в зверином исступлении разорвут друг друга на части. Не от злости, нет, а от жалости к самим себе, от нежелания подвергать свои души новым мучительным испытаниям.

Ночь словно гигантская, бешеная корова смахнула окружающий мир ненасытным шершавым языком. Жизнь представилась бесконечной, монотонной жвачкой, давно потерявшей запах и вкус. Оккупированное низкой облачностью небо не пропускало даже намека на лунный свет. Тьма стала плотной и осязаемой. Она проникала всюду и готова была заполнить собой что угодно, будь то безжизненный корпус поглощенного озером летательного аппарата или еще теплое человеческое тело.

Этой ночью люди почти не спали. Слишком много им выпало волнений и тревог, и слишком мало у них осталось надежды и веры.

Когда забрезжил рассвет и непроглядный мрак превратился в серый тошнотворный кисель, все, с явным облегчением, выползли из палаток. Дождь давно кончился. Река, укутанная туманным покрывалом, исчезла, казалось, навсегда. Сырой, прохладный воздух так и норовил забраться под одежду и расправиться с последними крохами притаившегося там тепла. К сожалению, среди того, что успели прихватить из гибнущего модуля погорельцы, горячительных напитков не оказалось.

Чтобы немного согреться и поднять настроение, решено было разжечь костер и приготовить вкусный горячий завтрак.

Организация импровизированного очага не заняла много времени, и вскоре на белых гранях кубиков сухого горючего жизнерадостно заиграло почти бесцветное языкастое пламя. Ему было абсолютно наплевать на повисшую в воздухе влагу, на хмурые лица людей, на притаившегося где-то поблизости космического монстра. Оно точно знало продолжительность и цель своего существования, возможно, поэтому так беспечен и весел был его зажигательный танец.

Аппетитный запах разогретого мяса никого не оставил равнодушным, даже казалось бы безразличные ко всему «главарь» и Кэрри подошли поближе и бросали на висящие над огнем куски вожделенные взгляды.

Уэйн ненавязчиво приглядывал за Кэрри. Поначалу он еще пытался общаться с ней, но быстро понял, что эта затея лишена всякого смысла. Та субстанция, которая, завладела телом его жены, была слишком далека от проникновения в тонкости человеческих взаимоотношений.

Наконец Шерон объявила, что все готово, и их весьма странная компания расселась вокруг костра. За время долгой бессонной ночи каждый из них успел передумать много чего, и теперь, согревшись и утолив голод, кто-то спешил поделиться нахлынувшими эмоциями, а кто-то восстановить явные провалы в логике событий. Но, в первую очередь, все они, конечно, хотели услышать нечто такое, что дало бы им возможность поверить в будущее. Пусть надежда будет призрачна и эфемерна, но она должна быть, иначе никак, иначе человек постепенно превращается в дикое пугливое животное и его разум теряет единственную опору. Последствия известны…

– Надо просчитать все варианты, – предложил Хенк. – Что мы будем делать, если Кэрри не успеет найти корабль?

– Или его вообще не окажется… – покосившись на аборигена, поддакнул Тед.

– Я сказал правду, – буркнул Джефф.

– Может быть… – задумчиво произнес Макс. – А вот сказал ли тебе правду твой друг и напарник Питер Батт? Как ты сам думаешь? Способен он был уничтожить «Золотую жилу»?.. Боже мой, как звучит…

Джефф отрицательно мотнул головой.

Тед хмыкнул.

– Что-то тут не так, – сказал он. – Ты утверждаешь, что Пит улетел, а потом якобы добровольно вернулся, чтобы пресечь возможные попытки землян колонизировать эту планету. Джефф, скажи откровенно, оказавшись на его месте, ты бы вернулся?

– Я же объяснял, к тому времени он уже был не в себе.

– В каком смысле?

– В смысле – повредился рассудком!

– А-а, – протянул Тед. – Так и говори, а то «не в себе» у нас пока только ты, да вон Кэрри…

Джефф оскалился и явно хотел ответить грубостью.

– Не исключено, что это облако все-таки заставило его вернуться, – быстро перехватил инициативу Хенк. – Вообще, как прогрессировали ваши с ним взаимоотношения?

– С облаком? – переспросил Джефф.

– Ну да.

– Сначала мы общались только через «главаря», то есть через мое тело, – сосредоточенно сказал Джефф. – Позже, через год, во время второго витка мне показалось, что облако стало способно на непосредственный телепатический контакт…

– Правильно показалось, – вмешался Уэйн. – Иначе как бы мы с Кэрри еще на орбите узнали о его существовании?

– Вероятно, оно потихоньку прогрессирует, – резюмировал Макс. – И каковы будут его потребности и возможности теперь, на третьем витке, – остается лишь догадываться…

– Может, оно наконец поумнеет… – мечтательно прошептала Жанет.

Ее реплика осталась без внимания.

– Предлагаю допросить «главаря», – сказал Уэйн. – Хорошенько так допросить, чтоб прочувствовал сука, а то сидит тут,