Загадка графа Сторна (СИ) - Садов Сергей Александрович

— У меня сложилось впечатление, что ваше мнение он бы учел.

— Скорее всего. Но портить отношения с императором на пустом месте… Пусть даже я не его подданая.

— О… Значит в этом деле заинтересован сам император? И чего он хочет?

— В данном случае он хочет надежного тыла в важных провинциях империи. И он сказал, что мое мнение примут все стороны каким бы оно ни было.

— Разумно.

— До сих пор не понимаю вашего пиетета перед Призванными… но ладно… — В этот момент отворилась дверь с подносом вошел Арольд. Недоверчиво оглядев присутствующих в пыточной, он сноровисто расставил чашки, разлил чай, поставил тарелку с печеньем и поспешил удалиться под пристальным взглядом наблюдавшего за ним Дарком Вромом. Убедившись, что слуга ушел, Дарк кивнул Наташе и закрыл дверь с той стороны.

Наташа отхлебнула немного чая и отставила чашку.

— Что ж, раз с прелюдией закончили, давайте приступим. Не возражаете?

Граф важно кивнул, словно от его мнения тут что-то зависело… впрочем он мог отказаться говорить вообще.

— Тогда скажите, это вы убили графа Сторна?

Такого вопроса граф явно не ожидал. Даже закашлялся.

— И какого ответа вы ожидаете?

— Ну мало ли… — пожала плечами Наташа и усмехнулась. — Тут все такие дифирамбы поют Призванным, я подумала вдруг вы испугаетесь и признаетесь. Дело закрыто, я могу ехать домой.

Теперь граф усмехнулся, но тут же помрачнел.

— Нет. И я дорого бы дал, чтобы узнать кто это сделал. Граф Сторн был мне как брат.

— Понятно… — Наташа побарабанила пальцами по столу, после чего выложила из сумки две небольшие стопки бумаг. — Тут не все, только то, что я посчитала важным. Вот это, — она положила руку на одну стопку, — то, что нарыл первый дознаватель по вашему делу. Это, — она переложила руку на вторую стопку, — результат работы второго. Причем первый весьма активно пытался вас… выражаясь по-простому, отмазать, переведя стрелки на каких-то мифических шпионов. Причем делал это настолько неумело, что на основании всех его оправданий можно вас казнить прямо на месте.

Граф поморщился.

— Дайрон… круглый идиот. Сколько я не пытался ему вдолбить, что не делал этого, все обещал что-то там сделать и что меня не сильно пожурят… А вот Лейнор был поумнее…

— Но он твердо был уверен в вашей вине. И даже не пытался рассматривать иную версию.

— А вы? Что думаете вы, госпожа Призванная?

Наташа поморщилась.

— Пожалуйста, не называйте меня так. Госпожа Наташа, мне нравится обращение, как это принято у вас. Что же касается вашего дела, то у меня пока нет информации, на основании которой можно было делать какой-то вывод. Более того… Эти ваши деятели, извините, но оба они немного дилетанты даже на мой дилетантский взгляд, понаписали много чего кроме того, что действительно важно. Ни тут, ни тут, — девочка по очереди указала на стопки бумаг, — нет ни одного описания того, что случилось в комнате с ваших слов.

— Неужели? — явно удивился граф. — Я рассказывал.

— Видно они не сочли это важным. Может быть… может вы обманываете и сочиняете, но описать происшествия с ваших слов они оба были обязаны. Давайте с этого и начнем. Расскажите, что там произошло. Как вы вообще оказались у графа?

— Не хочется мне это вспоминать, — нахмурился граф. Чтобы взять паузу, он немного отпил из чашки. Подумал. — Я давно уже собирался к нему в гости. Олелия много писала мне, что пора мол вылезать из скорлупы, что жену не вернешь, что нужно развеяться и что она давно хочет со мной познакомиться и приглашает в гости от имени мужа.

— Олелия? — Наташа оторвалась от конспектирования. — Не граф? Вы были знакомы с его женой?

— От дочери. Она ездила на свадьбу. Потом много рассказывала. И как та советует ей… по мелочам…

— Я поняла, — кивнула Наташа. — Полагали, она пытается заменить Верольде мать? И вам это не нравилось?

— Есть немного. В общем, об этом и писала мне она. Что мол давно хочет познакомиться, да и Орлен скучает.

— Орлен — это имя графа Сторна.

— Ну да. Вы не знали?

— Просто уточняю. А что дальше?

— Ну однажды я решил, что хватит горевать. Верольде ведь пришлось, по сути, взвалить на себя мои обязанности. В общем, почувствовал себя… виноватым. Ушел горевать, а детей забросил. Лайла бы точно мне по шее за такое надавала. Ну вот однажды и съездил в гости. Орлен обрадовался, такой пир закатил. Верольда о чем-то там с Олелией говорила. Только Рониальду было скучно.

— Разве у графа нет сына?

— Да. Чарлен. От первой жены. Только ему сейчас пятнадцать, а Рониальду двенадцать, а в этом возрасте разница в три года… Чарлен, признаться, не очень любит Рониальда. Что-то они там не поделили.

— Эта ваша встреча когда была? За сколько дней до трагедии?

— За месяц примерно. С тех пор я раз в два-три дня появлялся там. Олелия, признаться, довольно милой девушкой оказалась.

— Гм… А сколько ей лет? Ведь если от первого брака у графа Сторна был пятнадцатилетний сын, то ему не меньше…

— Тридцать три ему. Он на два года младше меня. Но его жена умерла уже семь лет назад. Орлен мне еще тогда говорил, что повторно женится не раньше, чем сын подрастет, чтобы не было никаких проблем с наследованием. Так что слово свое сдержал. Через несколько месяцев Чарлену исполнится шестнадцать, и он станет совершеннолетним.

— И?

— Ну Орлен при нашей первой встрече признался, что после совершеннолетия сына начнет постепенно передать ему дела графства, а сам он собирался года через три уехать в загородное имение. У него была мечта заняться разведением лошадей и вывести новую породу. Хотел таким образом прославить свое имя, дав его новой породе.

— Достойная цель, — согласилась Наташа.

— Да, я тоже одобрял и поддерживал. Даже готов был вложиться в это предприятие. Орлен заядлым лошадником был, так что если у кого и могло получиться, то только у него. Мне эти встречи нравились. Я стал о грусти постепенно забывать. Да и Орлен постоянно подбадривал меня. Я окончательно стал оживать… и тут в тот проклятый день… — граф стиснул кулаки и замолчал.

Наташа терпеливо ждала.

— Я тогда чуть пораньше приехал. Слуги уже настолько привыкли к таким моим наездам, что даже не останавливали, просто говорили, где их господин. В тот день он почему-то еще из спальни не вышел. Помнится, тогда меня это сильно удивило. Подумал, может заболел. Поспешил наверх, вхожу, а он у кровати лежит, хрипит, кровь изо рта, а в груди нож.

— В груди?

— Да. Я к нему, схватил, перевернул на спину, вытащил нож, чтобы помощь оказать, рану зажал его скомканной рубашкой.

— Граф Сторн был раздетым?

— Одетым. Только в каком-то новом костюме, я его раньше не видел у него. Наверное, жена подарила. Она ему постоянно какие-то наряды дарила. Сам-то он не любил ничего вычурного, предпочитал простого кроя, но из желания угодить жене периодически надевал то, что она ему заказывала.

— Понятно… — Наташа задумчиво повертела в руках карандаш. — Вы ведь воевали?

— Как и любой дворянин служил в легионе. И воевать тоже приходилось. А какое это имеет отношение к убийству?

— Просто вы сказали, что выдернули нож…

— Да.

— Разве вы не знали, что оружие нельзя доставать? Человек может истечь кровью…

— Потому и достал, что навидался таких ран за время службы. Рана была не смертельной.

— О… Вот как…

— Да. И я понятия не имею почему Орлен погиб. Он не должен был умереть.

— Крови много было?

— Ну сразу после ранения много натекло, но она уже должна была останавиться и без моей помощи. Хотя помню, что вроде продолжаа течь, даже когда я зажал рану.

— Очень интересно… Но ладно, я не могу принять ваше утверждение, поскольку вы все-таки не врач и вряд ли способны оценить степень ранения с одного взгляда…

— Да я навидался таких ран…

— Именно ножом? Или все-таки в бою раны наносят другим оружием?

— Да разным оружием их наносят, — буркнул он. — Особенно в рукопашной. Там уже не разбираешься чем бить. А уж в тесной схватке нож самое лучшее оружие. Да и в стык доспехов им легче попасть.