Куда она ушла - Гейл Форман

Некоторое время мы лежали в тишине. Миа выключила фонарик и прижалась ко мне еще сильнее.

- Ты охотился, когда был маленьким? — прошептала она. — Никогда не слышала, чтобы ты упоминал это раньше.

- Когда-то ходил с отцом, — прошептал я в ответ. Даже учитывая, что мы были единственными людьми на много миль вокруг, что-то в этой ночи заставляло говорить в приглушенных тонах. — Он всегда говорил, когда мне исполнится двенадцать, он подарит мне винтовку и научит, как стрелять. Но когда мне было девять или около того, я пошел на охоту со своими старшими кузенами, и один из них одолжил мне свое ружье. Наверное, новичкам и правда везет, потому что я подстрелил кролика. Мои кузены словно с ума посходили. Кролики маленькие и быстрые, они даже матерым охотникам даются с трудом, а я подстрелил одного с первого же раза. Они пошли за ним, чтобы забрать его домой и показать всем, и возможно даже сделать из него чучело. Но когда я увидел его всего в крови, я расплакался. Затем я начал кричать и требовать, чтобы мы отвезли его к ветеринару, но, конечно же, уже было поздно, он был мертв. Я не позволил им привезти его домой. Заставил похоронить его в лесу. Когда мой отец услышал об этом, он сказал мне, что смысл охоты состоит в том, чтобы извлечь какую-то пользу из животного, будь то мясо в пищу или шкура, иначе это просто пустая трата жизни зверя. Но я думаю, он понимал, что я не создан для охоты, потому что, когда мне стукнуло двенадцать, я получил на день рождение не винтовку, а гитару.

- Ты никогда не рассказывал мне этого раньше, — сказала Миа.

- Наверное, не хотел, чтобы это подорвало мою репутацию панк-рокера.

- Думаю, это только наоборот укрепило бы ее, — сказала она.

- Неа. Но я ведь играю в жанре эмокор, так что мне это подходит.

В палатке установилась непринужденная тишина. Снаружи раздавалось отдаленное уханье совы. Миа ткнула меня локтем в ребра.

— А ты оказывается слабачек!

- И это говорит девушка, которая боится кемпинга!

Она рассмеялась. Я обнял ее, стараясь не оставить между нашими телами ни сантиметра пространства. Я убрал волосы с ее шеи и потерся об нее носом.

- Теперь ты должна мне смущающую историю из своего детства, — прошептал я ей на ухо.

- Все мои смущающие истории происходят до сих пор, — ответила она.

- Ну, должна же там быть хоть какая-то, которую я не знаю.

Некоторое время она молчала, но затем произнесла:

- Бабочки.

- Бабочки?

- Я до ужаса боялась бабочек.

- Да что за проблемы у тебя с природой?

Она затряслась от беззвучного смеха.

- Я знаю, — сказала она. — И есть ли хоть какое-нибудь менее пугающее существо, чем бабочка? Они живут-то всего около двух недель. Но я приходила в ужас каждый раз, когда видела их. Родители делали все, что было в их силах, чтобы уменьшить мой страх: покупали книжки с бабочками, одежду с бабочками, даже наклеили постеры с бабочками в моей комнате. Ничего не помогало.

- Тебя что, атаковала стая бабочек-данаид? — поинтересовался я.

- Нет. У бабушки была теория по поводу моей фобии. Она говорила, что это было потому, что когда-нибудь я должна буду пройти такую же метаморфозу как гусеницы, которые превращаются в бабочек, и это пугало меня, поэтому бабочки пугали меня.

- Звучит вполне в духе твоей бабушки. Как ты преодолела свой страх?

- Не знаю. Я просто решила однажды больше не бояться их.

- Играй роль, пока роль не станет тобой?

- Да, что-то в этом роде.

- Ты могла бы попробовать это и с кемпингом.

- А я должна?

- Нет, но я рад, что ты согласилась пойти.

Она повернулась лицом ко мне. В палатке стояла тьма кромешная, но я все же видел, как светились ее глаза.

- Я тоже. А нам обязательно спать? Может, просто полежим вот так немного?

- Хоть всю ночь, если захочешь. Посвятим темноту в наши секреты.

- Хорошо.

- Итак, давай послушаем еще про какие-нибудь твои иррациональные страхи.

Миа схватила меня за руки и прижалась к моей груди, словно зарываясь в мое тело.

- Я боюсь потерять тебя, — произнесла она едва различимо.

Я отстранился так, чтобы видеть ее лицо и поцеловал ее в лоб.

- Я же сказал иррациональных страхов. Этого уж точно не произойдет.

- И все же это пугает меня, — прошептала она. Но затем она продолжила перечислять различные вещи, которые до чертиков пугали ее, и я делал тоже самое, и мы продолжали шептаться друг с другом, делясь историями из детства до поздней-поздней ночи, пока Миа не забыла про свой страх и не заснула.

Через несколько недель уже основательно похолодало, и именно той зимой произошел тот роковой несчастный случай с Мией. Поэтому наша вылазка на природу оказалась моим последним походом. Но даже если бы это было не так, я уверен, этот поход все равно был бы лучшим в моей жизни. Каждый раз, когда я вспоминаю его, я представляю нашу палатку, словно маленький кораблик, светящийся в темноте, и отголоски нашего с Мией шепота, словно колыбельная заполняющая тишину, плывущая по залитому лунным светом морю.

Глава шестнадцатая

Бросив меня на берегу, ты упорхнула за океан

Чуть не убив меня, ты смаковала обман

Как безумный террорист, ты взорвала мосты

Посылая поцелуи с нежных рук беды

Я поспешил за тобой, но осознал слишком поздно

Что под ногами моими только лишь воздух

«МОСТ»

ВОЗМЕЩЕНИЕ УЩЕРБА, ТРЕК 4

Любопытные лучи света начинают осторожно показываться на ночном небосклоне. Скоро поднимется солнце, и неизбежно начнется новый день. День, когда я уезжаю в Лондон. А Миа в Токио. Я слышу обратный отсчет часов, тикающих как бомба замедленного действия.

Сейчас мы на Бруклинском мосту, и хотя Миа не сказала этого вслух, я чувствую, что это наша последняя остановка. В смысле, мы покидаем Манхэттен — и это не то, что наша поездка туда и обратно на Стэйтен-Айленд. А еще Миа видимо решила, что, раз она была откровенна, теперь моя очередь. На середине моста она вдруг останавливается и поворачивается ко мне.

- Так что происходит между тобой и группой? — спрашивает она.

Дует теплый ветер, но мне вдруг становится холодно.

— В каком смысле, что происходит?

Миа пожимает плечами.

- Что-то происходит. Я вижу. Ты почти не говорил о них всю ночь. Раньше вы были неразлучны, а теперь ты даже живешь в другом штате. И почему вы не едете в Лондон вместе?

- Я же говорил тебе — организационные вопросы.

- Что такого важного случилось, что они не могли подождать тебя одну ночь?