Кровавый закон - Анастасия Вернер

— Нет, — покачал головой Лекс. — Они будут тебя обыскивать и заберут его. Спрячь там, где никто не будет искать.

Олиф недоуменным взглядом обвела свою песочную фигуру. Единственное, в чем она могла что-то спрятать, было платье, но, похоже, в этот раз и оно ее не спасет.

— Если только во рту, — сокрушенно сказала девушка.

— Не только, — ответил Лекс, и его тон очень, очень не понравился Олиф.

— Что ты задумал? — испугалась она.

— Спрячь его там. — С совершенно серьезным лицом он ткнул в нее пальцем, чуть ниже живота.

— Нет! — замотала головой девушка, когда поняла, о чем он говорит.

— У тебя нет выбора.

— Нет! — Олиф даже на шаг отступила. — Это… это мерзко!

Лекс стиснул челюсти. На препирательства у них не было времени.

— Спрячь. Его. Там. Живо! — И видя, что девчонка противится, он злорадно добавил: — Или я сам это сделаю.

— Не надо! — еще больше испугалась Олиф.

Мужчина хмыкнул. Она считает, что он над ней снова издевается, и даже не догадывается, какое одолжение он делает на самом деле. Лекс развернулся, подошел к сумке и вытащил оттуда первую попавшуюся рубашку. С видом настоящего ценителя, принялся разрывать ее на несколько частей, а затем одну из них протянул нахохлившейся девушке.

— Отвернись, — проворчала та.

Лекс не заставил себя ждать.

Олиф все боялась, что он начнет подглядывать, но ему было совершенно не до этого. Ему было прекрасно известно, что Песчаники любят женщин. Очень любят, особенно молодых. И красивых. Но самое главное — невинных. И вот теперь Лекс пытался сделать так, чтобы они не увидели этого в плебейке.

Как только холодный металл коснулся горячей кожи, у Олиф вырвался то ли вскрик, то ли стон, то ли все сразу. Со стороны Лекса послышался смешок. Ей стало отчего-то стыдно. Вопреки словам мужчины, она спрятала нож в складках порванной рубашки, и практически не чувствовала его.

— Все, — буркнула девушка.

Она ожидала, что Лекс начнет задирать ее, но он повернулся с таким лицом, словно неминуемый конец уже наступил. Почему-то в этот момент Олиф окончательно поняла, что шутки кончились. Похоже, вляпались они по самое не могу. Она ведь даже представления о Песчаниках не имела, только все на словах слышала — сперва от Хэнка, теперь от Лекса. Видимо пришло время и самой убедиться в том, что лучше воткнуть себе нож в сердце, чем встретиться с ними.

Лекс подошел к растерянной девушке.

— Если хочешь выжить, слушай и запоминай, — сурово сказал мужчина.

Олиф слабо кивнула. В конце концов, он лучше знает, что делать. Наверное.

— Тебе нужно научиться защищаться.

— Ты же не хотел меня учить, — не без иронии напомнила девушка.

— Очень часто, обстоятельства вынуждают нас идти вразрез с нашими желаниями, — туманно отозвался Лекс.

Он схватил Олиф за локоть и поднял ее руку к верху. Чуть-чуть согнул и еще немного приподнял.

— Если кто-то будет замахиваться на уровне твоей головы, выставляй руку вот так, поняла? Так ты блокируешь удар. Вот этой рукой, — Лекс взял ее за вторую руку и вытянул ее на себя, — бьешь противника в живот. Плебейка, — хмуро обратился к ней мужчина, — запомни раз и навсегда: бить нужно со всей силы. У тебя не будет второго шанса. Если на тебя нападают, закусываешь губу и бьешь. Собираешь в кулак всю злость и ненависть, иначе, поверь мне, с тобой могут сделать такие вещи, что… В общем, ты поняла меня?

Олиф кивнула.

— Отлично, теперь ударь меня.

— Что?! — опешила девушка.

— Что слышала, давай быстрее.

— Я… я не могу!

— Ты ни черта не поняла. — Лицо у Лекса стало таким суровым, что Олиф тут же пожалела о своих словах.

— Я не могу бить тебя в живот! — жалостливо исправилась она.

— Ладно, — вздохнул мужчина и отпустил ее руки.

Он чуть отошел от нее и поднял растопыренные ладошки вверх, на уровне груди.

— Бей меня по рукам.

Олиф устало вздохнула. Она прекрасно понимала, что он в любом случае заставит ее бить, и лучше, если это будет добровольно.

Девушка замахнулась и треснула его небольшим кулачком, стараясь вложить в это движение всю свою силу. У Лекса лицо так и вытянулось от удивления.

— И это по-твоему удар?!

— Я бью со всей силы! — обиделась Олиф.

— Ребенок и то сильнее бьет! Давай еще раз.

Она вздохнула и сосредоточилась. Сфокусировала взгляд на ладошках. Ладно, ей все лишь нужно ударить так, что бы даже Лекс сдвинулся с места. Это же не сложно. Просто нужно представить, что ладошки — это тот самый Перводружинник, из-за которого она попала в пустыню. Но как можно сопоставить эти ладони и сального мужика? А ведь ладони, кстати говоря…

— О Берегини, ты думаешь, разбойник будет ждать, пока ты там намечтаешься?! — Раздраженный голос Лекс вырвал девушку из раздумий.

— Прости, — пролепетала она.

— Прости?! Как ты вообще умудрилась убить Перводружинника, если даже по руке ударить не можешь?!

— Могу! — провокационно воскликнула Олиф.

— Ну так бей!

Она размахнулась, и ее кулак жестко врезался в его пыльную ладонь.

— Сильнее, — неумолимо наступал Лекс.

Девушка стиснула зубы и чуть ли не всем телом полетела на эти чертовы руки.

— Эй-эй-эй, куда? — опешил мужчина и еле успел поймать ее за плечи, пока она не сбила его с ног. — Я сказать ударить, а не задавить.

— Да что за ужас такой? Сначала слишком слабо, теперь слишком сильно! Я вообще не хочу никого бить!

— Плебейка, — устало вздохнул Лекс, — тебя никто не будет спрашивать, чего ты хочешь. Усвой, наконец, одну вещь: тут всем плевать на твое мнение. Если хочешь продержаться еще несколько часов, молчи и делай то, что тебе говорят, поняла? Я спрашиваю: поняла?

— Да, — кивнула Олиф.

Мужчина снова выставил вперед ладони, и девушка, не задумываясь, начала колошматить по ним, что есть мочи. С каждым ударом Лекс поправлял ее, и она пыталась бить сильнее. Под жарким, палящим солнцем, ее тело сдалось быстро. Она и до этого была вся потная, а теперь вообще не чувствовала рук от усталости. Рубаха на голове съехала в сторону, заслоняя обзор, но пока Лекс просил бить — девушка била. Если это единственный способ выжить, его нельзя упускать.

— Ладно, все, хватит, — остановил ее мужчина.

Девушка радостно выдохнула.

— Теперь смотри, — разрушил ее мечты о прохладной воде Лекс, — выстави ладошку.

Олиф подчинилась.

— Прижми пальцы друг к другу. Да, вот так. Если кто-то будет нападать, бей вот такой ладошкой, да-да вот такой, прямой, не разжимай пальцы! Бей по подбородку. Смотри, подставляешь снизу, костяшками к верху, да, и со всей дури бьешь. Поверь, челюсть дернется так, что мама не горюй. Повезет, если разбойник еще и язык прикусит. Как только ударишь — сразу беги. Судя по всему, это единственное, что у тебя действительно хорошо получится. Запомнила?