На шипах - Алексей Александрович Нескородов

не поднималась этого сделать. Отдавать Андрея без боя ни я, никто другой в комнате не собирался. Стало совсем тесно, за спиной Кривоножко стоял Чичикин. Обострившаяся ситуация как никогда приближалась к драке. Хохол не думал отступать и лишь дипломатия Чичи хоть как-то сгладила острые углы.

– Да ладно тебе, Слав. Чего ты завелся? – Сказал он, держа друга за руку. – Ну хочешь, я сам все постираю, если тебе так принципиально.

– Ты тут не причем. – Ответил Кривоножко, тыча пальцем в Суворова. – Стирать должен он.

Я снова ощутил затылком дыхание драконов. Суббота и Аршак встали с места, готовые уронить на пол приезжую футбольную звезду. В воздухе веяло дракой, сжатые кулаки трещали от напряжения. Кривоножко был крепок и довольно высок. Вряд ли я смогу уложить его одной левой, скорее наоборот, он заставит меня клюнуть носом. Но разве это повод пасовать перед несправедливостью? Отступать некуда. Что будет, то будет.

– Шел бы ты отсюда. – Загремел голос Субботы.

– Ладно. – Ухмыльнулся хохол. – Ухожу. Но с тобой, старичок, мы еще не закончили и с сопляком тоже.

Он вышел. Чичикин с недоумением смотрел ему в след, решив остаться с нами. Сложно было отказаться от партии в покер в компании веселых ребят, готовых постоять за справедливость.

Долгожданный день настал и теперь, после долгих недель тренировок и сборов Пегас получил шанс проявить себя в первом официальном матче. Центральный городской стадион украшен, как новогодняя елка. Неожиданно ударившая снежная буря, ставила под угрозу проведение матча, но снегоуборочные машины героически разгоняли сугробы. Соскучившийся по зрелищу народ, не боясь морозов, ломился на арену, заполняя трибуны. Чтобы не дать болельщикам замерзнуть на стадионе в пластиковых стаканах разливались согревающие напитки от завода-изготовителя. На одной из трибун растянулся внушительный транспарант с белым крылатым конем. Занявшие целый сектор казаки выделялись шерстяными папахами. Дружным хором распевали они: «Ойся, ты ойся, ты меня не бойся». Их соратники, оставшиеся за пределами арены, верхом на конях и с саблей на пояснице помогали милиции следить за порядком.

Вьющийся змейкой высыпались мы из клубного автобуса.Стройным шагом приближались к бушующему стадиону, обступая редких репортеров. Яркие вспышки фотоаппаратов впечатывали наши лица в новейшую историю клуба. Украшенный колоннами фасад стадиона напоминал Колизей, готовый принять гладиаторов.

В просторной раздевалке царило веселое настроение, игроки дружно подбадривали друг друга, делая вид, что все под контролем, но напряженные взгляды выдавали волнение, спрятанное за маской спокойствия.

Я надел на плечи белоснежную футболку с номером десять на спине. Запах стиранной свежести напомнил о Кривоножко, который, засунув поглубже свою важность, сделал то, что от него требовалось. «Ну и молодец» – подумал я, натягивая синие гетры поверх плотных щитков.

Растираясь мазями и водкой, игроки готовились к первому бою, поражение или даже ничья в котором расценивалась как провал. Шумные споры и громкий смех сменяли друг друга, но все стихло, как только на порог ступил начищенный кожаный сапог. Мы встали. Алексей Александрович Сафонов, одетый в усыпанный медалями казачий мундир медленно вошел внутрь. Подобно истинному джентльмену, он снял фуражку и, сделав почетный круг, сердечно пожал руку каждому. Отец Тихон мельтешил следом и, размахивая кропилом, разбрызгивал капли святой воды. Козлов и Майер стояли поблизости, одобрительно помалкивая.

– Ну что братцы! Любо! – Воскликнул президент. – Настало время для священного крестового похода! Родной край ждет побед от своих героев и мы не посрамим честь уральского казачества. Жители нашего города с нетерпением ждали этого момента и, наконец, он настал. Зима, гадиной лютою, заставляла людей прятаться по домам, скрываясь от беспощадных морозов и непробудной темени. Ужасающая безнадега превращает жизнь в ад и только светлые воины могут подарить им счастье. С большой надеждой смотрели люди на возрождения футбола в нашем крае и вы не должны посрамить их надежд. Только на производствах нашего завода работают десятки тысяч людей, для которых эта команда станет настоящей отдушиной, способной отвлечь от забот и рутины. Божья искра послала вас им, чтобы украсить тяжелую жизнь. Вы – не просто сборище игроков, вы команда. Команда по имени «Пегас». Настало время расправить крылья и вознести великого скакуна до небывалых высот!

Пылкая речь, несмотря на кажущуюся нелепость, пробуждала в нас воинственный настрой.

– Кто не с нами тот против нас! – Сказал он, вознеся саблю к потолку.

– ЗА РОССИЮ, УРАЛ И ПЕГАС! – воскликнули мы, предвкушая, как играючи разорвем соперника на потеху любимым болельщикам.

Проводив аплодисментами президента, мы продолжали подготовку к матчу. Майер давал последние инструкции, называя основной состав. Я не расстроился, не услышав своей фамилии. Так как Козлов дал понять, что рассчитывает на меня во втором тайме.

Завязанный на левой ноге шнурок плотно зафиксировал бутсу. В раздевалке становилось просторно. Игроки постепенно выходили на поле. Я нервно водил руками по полу, пытаясь найти вторую бутсу, но ее нигде не было. Нелепая ситуация вызвала легкую дрожь. Хлопая дверьми шкафчиков, я пытался найти ботинок, без которого выход на поле не представлялся возможным. Но ее нигде не было. Паника одолевала и без того взволнованное воображение. Я встал на четвереньки и начал высматривать под скамейками, надеясь найти искомый предмет. Я спрашивал других, но те лишь разводили руками. Бутса пропала и даже в вывернутых мусорных ведрах не было ничего кроме пустых пластиковых бутылок, бинтов и фантиков. Первый же матч сулил персональным провалом. Как я выйду на поле без бутсы?

– Что такое? – Спросил Суворов.

– Да бутсу потерял. – Ответил я.

Он попытался помочь, присоединившись к ползаниям по полу. Но и эти попытки не увенчались успехом.

– А ты ее точно видел? – Спросил он.

– Не помню. – Ответил я и посмотрел на Кривоножко. Он сидел напротив, с самодовольной рожей, наблюдая за моими стенаниями.

– Да уж, старичок! – Сказал он. – Совсем, поди, из ума выжил. Уже и не помнишь куда свой ботинок дел. Ладно, пойду я, мне еще в футбол играть.

«Ну ты и сука» – подумал я, глядя ему вслед. Это же его рук дело. Утроил подлянку во время стирки одежды и оставил меня в дураках. Потеря даже одной бутсы сулила настоящей катастрофой. Оставшись без обуви, я не мог принять участия в матче. И автоматически терял не только гипотетические бонусы, но и доверие тренера.

Раздевалка почти опустела, я продолжал метаться по ней, обутый лишь наполовину. Одной левой я пнул стоящее рядом ведро, отправив его прямиком в стену.

– Да что такое с тобой случилось? – Спросил Аршак, выйдя из туалета.

– Бутсу потерял. Похоже Кривоножко ее куда-то спрятал.

– Вот гад! Ладно, бери мои. Я все равно сегодня на