Лайла. Сквозь галактику за счастьем (СИ) - Макушева Магда

Глаза Шрея Лукиса фанатично горели, а меня он рассматривал сейчас так, словно я являлась его личным объектом для исследований.

— Но как такое возможно? — я вскочила и шокировано уставилась на своего собеседника.

Док не имел права без моего согласия проверять мой биоматериал, что могло в случае моей жалобы на его действия командованию даже наложить на него разные карательные меры, но я думала об этом сейчас в последнюю очередь.

— Хотел бы я знать... — вздохнул мужчина. По его лицу было заметно, что он сам пребывает в полном раздрае от полученной информации.

А я... Я просто совершенно растерялась и впала в ступор от подобных новостей.

И находилась в прострации до сих пор, запутавшись в себе окончательно от количества возникших в голове вопросов, тревог и предположений.

Док Лукис заверил меня, что о своих выводах будет молчать даже под пытками. То, что он провел проверку моего материала, а также разгласил мне, судя по всему, кое-какие конфиденциальные данные о закрытых расах - фактически преступление, за которое он может поплатиться очень многим, в первую очередь своей лицензией на практику, а может быть даже свободой.

Мы с ним решили между собой, что сохраним тайны друг друга, и расстались озадаченные, так и не придя к какому-то единому мнению о расе, к которой я генетически могу наполовину принадлежать.

Я же по-прежнему хотела быть только сигойной, человеком, женщиной-землянкой. И считала себя таковой, пусть доводы дока звучали убедительно и были подтверждены анализом.

— О чем задумалась, Лайла? — вырвал меня из размышлений хриплый голос де Сильвы.

“О том, кто я теперь? И кем был мой неизвестный, чтоб его, папаша?”

— Да так, — отмахнулась я. Датчики запищали, оповещая о запуске процесса полива в “Оазисах” 1 и 3. — Поправляйся скорее, Талис. Я очень за тебя переживаю.

— Постараюсь сделать все возможное, — попытался ободряюще улыбнуться мне бледный напарник, а потом снова закашлялся и отключился от гало-сеанса.

Глава 15: Нападение

Неделю спустя. Торгово-исследовательский транспортный фрегат “Невус-3034”

Лайла Боянова

Мы зависли посреди необитаемой части космического сектора галактики Андромеды на целую земную неделю. Настрой у экипажа был, прямо скажем, подавленным, хотя многие заболевшие новой “верданской лихорадкой” либо почти выздоровели, либо шли на поправку, пусть и были еще слабы.

Трудоспособных разумных все равно не хватало. А физические ресурсы тех, кто мог работать и за себя, и за “того парня” таяли, поэтому многие держались и выполняли служебные задачи на чистом упрямстве и энергетических концентратах.

Я тоже ощущала себя выжатой, как брианский цитрон. Де Сильва сутки назад вышел на свою первую после вынужденного больничного смену, дав мне возможность выспаться за все те дни, когда я почти без перерыва контролировала агроотсек за нас обоих. Хотя даже после суток беспробудного сна я по-прежнему чувствовала себя так, словно мной, как насадкой на бортовой клинер, протерли полы всех коридоров фрегата.

Дафна до сих пор безвылазно сидела в каюте, только пару суток назад очнувшись от нескончаемой горячки. Я смогла навестить ее лишь перед первым выходным, и посочувствовать тому, насколько сильно рыжеволосая переводчица похудела и осунулась.

Госпожа Маас вдоволь поплакала у меня на плече, кляня последними словами Гуру Цун, де Сильву, лихорадку и экспедицию и вообще все, что привело к ее выматывающей и довольно тяжелой болезни.

— Милая, плохо так говорить, но я тебе завидую. Как так получилось, что ты одна из немногих не заболела совсем? — уточнила у меня переводчица неожиданно, поднимая с моего плеча свои заплаканные глаза.

— В детстве я много чем болела. Док Лукис считает, что меня могли “залечить”, укрепив врожденный иммунитет и пичкая всякими экспериментальными медикаментами, — уже не в первый раз выдала я заготовленную версию.

К разговору с данарцем я боялась возвращаться даже в мыслях. Вся информация, которую он так щедро вывалил на меня в том приватном разговоре, до сих пор не переварилась моим мозгом и не принималась сердцем.

Я полукровка непонятно кого, имеющая какие-то “энергетические мутации” и неопознанные гены в крови?

Космос, да это даже звучит как бред сумасшедшего!

Как и где моя мать вообще могла найти мужчину, раса которого нашим ученым неизвестна и не изучена?

— Ох, тогда завидовать не буду. Я-то взрослая, а ты столько всего натерпелась совсем крошкой, — всхлипнула Дафна, снова утыкаясь в мое плечо и перемежая плач с натужным кашлем.

Я гладила ее по рыжей макушке и шептала ободряющие слова.

Никто на “Невусе”, кроме дока Лукиса, никогда не узнает, как на самом деле обстоят дела, и почему лихорадка обошла меня стороной.

***

— Внимание, тревога! — раздался по общей внутрикорабельной связи голос полковника Полякова, заставив меня подпрыгнуть от резкого и громкого звука.

Иллюминация в агроотсеке замигала красным. Над головой противно запищала сирена.

— Всем гражданским служащим немедленно пройти в каюты. Через 10 минут будет активирована система экстренной герметизации отсеков, — продолжил раздавать указания капитан.

Мы что, ожидаем нападения? Откуда? Как?

На коммуникаторе активировался обратный отсчет. Голос центрального бортового искусственного интеллекта принялся монотонно отсчитывать отведенное до герметизации время.

Я, стараясь погасить в себе тревогу и почти животный страх, ринулась к рабочей технической панели для включения авторежима “Оазисов”.

К сожалению, система, как назло, работала медленно, поэтому я боялась, что просто не успею попасть в свою каюту вовремя.

Идиотка! Далась мне эта зелень, когда на кону моя собственная безопасность?

“Синдром отличницы” явно сыграл со мной самую злую шутку в моей жизни.

Военные суетились и бегали по техническому отсеку. Их было не очень много, так как некоторые их сослуживцы до сих пор не оправились от болезни.

По дороге я случайно наткнулась на лейтенанта Туто, молодого верданца-безопасника, который когда-то проводил для меня инструктаж перед полетом. Он спешил в ту же сторону, что и я, поэтому я села ему на хвост.

— Что происходит? — закричала я, пытаясь переорать ревущую над головой сирену, параллельно догоняя безопасника.

— К нам движется неизвестный корабль без опознавательных знаков. Скорее всего, это моргианские пираты, — речитативом выдал верданец, а затем выпучил на меня глаза. — Почему вы еще не в каюте? Гражданским лицам...

— Я задержалась в агроотсеке. Уже спешу куда нужно.

— Я провожу и проверю второй уровень. Там как раз проблемы с гало-камерами, — решил паренек и подтолкнул меня на транспортную платформу.

— ”Невус” выдержит атаку? — задала я вопрос, заранее страшась ответа.

— Я не знаю, госпожа Боянова. Часть пилотов катеров-эсминцев не в состоянии вступить в бой. Многие на фрегате еще не оправились от болезни. Вся надежда только на наши энергетические поля. Если бы не эта зараза...

— Я понимаю, — кивнула я.

Сердце упало в живот.

Вот как так все неудачно могло сложиться, что болезнь, причиной которой был, по сути своей, неучтенный, “человеческий”, как говорят земляне, фактор, несмотря на все предпринятые меры случилась именно тогда, когда моргианцы задумали поживиться за наш счет?

Злой рок, перст судьбы, воля Провидения, чреда случайностей?

Снова?

Платформу неожиданно тряхнуло. И еще раз. И еще. Стандартная иллюминация замигала, оставив нас в полутьме, подсвеченной красным.

— Бьют по щитам из энерго-пушек, — выплюнул безопасник, стиснув челюсти. — Пойдемте скорее, иначе вы просто не успеете заблокироваться на жилом уровне.

Обратный отсчет сигнализировал о том, что до герметизации жилых отсеков осталось четыре минуты.

***

Коридор второго, пассажирского яруса был пугающе пуст, и идти туда мне совершенно не хотелось.