Парадокс жнеца. Книга вторая - Алексей Котов

которого, как нас уже неоднократно предупреждали, и начнется первое серьезное испытание, финальная часть первичного отбора перед распределением потока.

Глава 12

Погрузка в транспорт, утрамбовка восьми человек в десантную капсулу — все это происходило как-то буднично. Никаких окон, экранов и информационных сообщений — рядом только серые переборки и безликие курсанты с опущенными забралами шлемов.

Страха не было. Тем более неясно, действительно ли мы сейчас полетим вниз на поверхность Альбиона, а не десантируемся на одну из облачных цитаделей, где оборудование капсулы обеспечит комфортное приземление.

Не было страха в начале погрузки и в момент вылета. Страх пришел потом — когда капсула выстрелила из пускового желоба и устремилась к поверхности планеты. Экраны не ожили, информации извне по-прежнему никакой не было, но что происходит за бортом я увидел в окошки иллюминаторов, которые оказывается в капсуле были — просто затемненные до поры до времени.

Когда снаружи загорелась обшивка, я даже почувствовал себя немного Юрием Гагариным — ему, правда, было не в пример труднее. Он был первым спустившимся на Землю с орбиты, и не знал, чем дело закончится — мы же в курсе, что огненный купол вокруг нас сейчас явление штатное. Тем не менее, страху я натерпелся и даже признаться в этом не стыдно.

Не знаю, как спуск должен был проходить по регламенту. Но в том, что все идет по плану, я засомневался в тот момент, когда наша десантная капсула рухнула в землю с такой силой, что меня рвануло до темноты в глазах и вдавило в привязные ремни. Конструкция деформировалась, одну дверь вышибло — к счастью, улетела она куда-то наружу, а не внутрь. Верх и низ несколько раз поменялись местами, и не сразу я понял, что капсула катится по склону. И не сразу я понял, что росчерки темного пятна перед глазами — это кто-то из курсантов сорвался с ремней во время удара.

Вращение катящейся капсулы замедлялось, несколько раз она подпрыгнула. Мелькнул темный бронекостюм, раздался глухой звук удара тела в переборку. Там темная фигура в этот раз и осталась, потому что капсула, наконец, остановилась. Я хлопнул по застежкам ремней, вывалился из кресла. Выбитая после удара и деформации дверь рядом, но капсула легла на нее, там теперь чтобы выйти только подкоп делать. Рядом еще две, ближайшую чуть перекосило, но ударом ноги смог ее открыть, выскакивая на открытый воздух.

Вокруг полумрак сумерек — надо же, отвык совсем. Привык, что всегда и везде светит ярко — или солнце, или лампы в комнате, которые не выключались и не гасли полностью даже после отбоя. Мы же сейчас на темной стороне планеты, и не скажу, что находиться здесь приятно. Да, я в бронекостюме, но он сейчас — лишь улучшенная за тысячелетия версия средневековых доспехов, по сути. Энергетической установки и щита антиматерии у меня нет, а мелкий дождик уже набросал мороси капель на забрало, которое пришлось открыть. В лицо сразу бросило пригоршню капель порывистым ветром.

Да, я же говорил — неприятно. Холодно, склизко и мокро.

Пока из капсулы выбирались остальные, осмотрелся. Голые камни прибрежных скал вокруг, свинцовое море с наросшими глыбами льда по береговой полосе, низкие темные облака. Мы сейчас недалеко от Терминатора, но на темной стороне планеты; побережье здесь, в отличие от светлой стороны, совсем некурортное.

Инструкторов — впервые за долгое время, рядом с нами не было. Мне их, если честно, даже не хватало — вот что сейчас делать? Остальные, кто в этот раз оказался рядом со мной, такие же потерянные. Еще раз осмотревшись, я вернулся обратно в капсулу, чтобы попробовать вытащить наружу вылетевшего из ремней курсанта.

Лежит лицом вниз, не шевелится.

Доспехи у нас учебные — в отличие от боевых сзади, на затылке шлема, выведена вся телеметрия, показывающая состояние брони и здоровья оператора. У лежащего не мигало ни единого огонька. Нехорошее предчувствие кольнуло, но на краткий миг — мы же вне зоны, где работает вся технологическая начинка. Здесь же и не должна вся эта приблуда работать. Присев рядом с курсантом, я его перевернул. Забрало разбито, глаза остекленели. Мертв.

«Выживут на этом пути не все». Предупреждение, озвученное безликим голосом в первый день — как оказалось, не было предупреждением, а лишь констатацией факта. Между тем с улицы я услышал уже привычную лающую речь — вот и инструктор появился. На мое сообщение, что у нас «минус один» он только рукой махнул.

Тест — а для нас определенно начался какой-то тест, погибший не сдал, и на лице инструктора ни капли сожаления. Так, похоже и про «по-настоящему серьезные испытания» тоже не для красного словца сказано. Еще и оружия у нас нет никакого, кроме саперных лопаток — что, надо сказать, спокойствия не добавляет.

Погибшего оставили внутри, сами же двинулись вперед. Десантные капсулы раскидало не сильно, так что совсем скоро выстроилась мы встретились еще с несколькими группами, после чего вместе двинулись прочь от негостеприимного морского побережья. К нам постепенно присоединялись отряды из других десантных капсул, и вскоре больше сотни человек уходили прочь от побережья ледяного моря.

Шли мы долго, судя по времени около суток. Шагали по пересеченной местности сквозь сумерки темной стороны, в сторону полоски света на горизонте. По мере ее увеличения понемногу становилось теплее. Из теплого декабря сначала мы попали как будто в холодный сентябрь, а после вообще пришли в тропический июль сезона дождей.

Над головой уже был хорошо заметен гексагональный купол, но редко — в те моменты, когда ветер разгонял дождевые облака. Лило с неба с постоянной периодичностью, и я уже понемногу начал уставать от этого нескончаемого марша. Не физически — силы еще есть, морально. Куда идет, зачем? Не очень понятно. Один курсант спросил, идет теперь с разбитым лицом, повторять опыт не хочется.

К исходу вторых суток — по ощущениям, опять же, пройдя через влажные джунгли, мы оказались у гряды густо заросших кустарником холмов, на вершину одного из которых наша ведомая опционами процессия и начала подниматься. Здесь, впервые за сорок часов, нам скомандовали готовить лагерь. Шанцевый инструмент был с собой, в комплекте с доспехами, так что сотня курсантов принялась за дело, оборудуя временную стоянку.

В этот момент на нас и напали. Зазвучали выстрелы, в небо поодаль взвились две синие ракеты, одновременно с вершин двух соседних холмов застучали пулеметы. Трассеры прошли над головами, но по броне ощутимо хлестнуло пулями. Не пробило, но приятного