Парадокс жнеца. Книга вторая - Алексей Котов

я конечно же не стал. Сюда действительно ничего с собой брать не нужно, лишнее это — все равно заберут.

Таких как я, без сумок и личных вещей, на плацу собралось немало. Но немало было и тех, кто проигнорировал указанное в пригласительном тексте напоминание, что не следует с собой брать много личных вещей, соблюдая в этом вопросе умеренность.

Одна из таких проигнорировавших, с сумкой через плечо, стояла рядом. Темноволосая девушка с узнаваемыми чертами лица — на меня, на нового меня, похожа. Реально похожа — те же скулы, тот же разрез глаз. Представительница одной из фамилий рода Юлиев — того самого рода, от которого наша фамилия в прошлом, во время войны орла и волчицы, так непредусмотрительно открестилась.

Девушка рода Юлиев посмотрела на меня, едва заметно улыбнулась и кивнула приветственно. Стоит она от меня справа, так что я заметил под ее левым глазом красную отметину, похожую на язык пламени. Как будто часть макияжа, но на самом деле — несмываемая лицевая краска. Признак представителя гражданской фамилии без военной подготовки, который по различным причинам развернулся с выбранного пути, чтобы встать на Путь Чести. Так что я, когда в Субурре — под влиянием поцелуя жрицы, рисовал себе кровью полосы под глазами, поступил удивительно в тему, тот жест действительно многие поняли, как надо.

Сам я, по сути, как и «родственница» из Юлиев, тоже отношусь к когорте свернувших с прежнего пути, развернувшихся в сторону военно-политической картеры. Но лицо у меня, в отличие от «гражданской» соседки, чистое. Красную краску-метку мне наносить не нужно, потому что я уже числюсь в Пятом легионе.

«Родственница» между тем снова стрельнула в меня глазками, еще шире улыбается. Расставлены мы на приличном удалении друг от друга, не в тесном строю, не пообщаться. Хотя у нее, судя по виду, есть желание и настроение. Ну да это быстро пройдет — как предупреждала Кайсара, сейчас нас начнут давить в попытке сломать. Как, каким образом — неясно, каждый раз методы новые, подготовиться и победить систему не получится.

«Ты все равно будешь валяться в грязи без сил, а над тобой будет стоять опцион и орать какое ты никчемное дерьмо», — напутствовала меня Кайсара. «Настолько все плохо?» — спросил я ее тогда, на что она рассмеялась и сказала, что это она озвучила еще самый хороший вариант. Повезет, мол, если я буду валяться не в луже собственной рвоты или крови. В общем, пусть «родственница» улыбается, немного времени у нее еще на это осталось.

Так, а уже начинается, похоже, пустых кругов больше не видно. Нас — будущих курсантов Академии, навскидку на широком плацу уже собралось около полутора сотни человек. По периметру площади выстроилось немногим меньше инструкторов в доспехах преторианцев. Тоже интересный момент — каждый из патрициев здесь обладает силой и живучестью намного превышающими человеческие возможности. В том числе и возможности солдат преторианской гвардии; наличие же на инструкторах доспехов наши с ними возможности уравнивают, давая им даже — пока, преимущество. Которым, как опять же предупреждала Кайсара, инструктора будут пользоваться в самое ближайшее время.

— Вы собрались здесь для того, чтобы ступить на Путь Чести, — раздался вдруг совершенно безликий голос. Звучал он словно из ниоткуда, но при этом отовсюду, будто обволакивая.

— Некоторые из вас свое решение изменят в самое ближайшее время, но никто никогда не поставит им это в вину. Сейчас, для вас, начинается первая стадия обучения — поток. Задачей, для нас, является оценить ваш пороговый предел физической и психологической устойчивости, для того чтобы впоследствии указать вам направление пути…

Об этом я тоже в курсе. Первый этап фильтрации — поток, проходят все в месте, проходя отбор. Потом курсантов делят по направлениям пути — флотские, в том числе космодесант, а также пехотные, куда относятся самые разные — биотех, например. Впрочем, как ходила в стенах Академии шутка, рассказанная мне Кайсарой — для патрициев, нацелившихся после армии сразу на политику, разница между пехотными и флотскими направлениями только в том, что во флотских аудиториях пол называли палубой. Вот с углубленными направлениями, по типу того же биотеха или теологии, все уже сложнее. Да, жрецы здесь тоже карьеру с военной академии начинают.

— … Но перед этим, в общем потоке, вам предстоит непростое испытание отбора, которое очень просто преодолеть: просто выполняйте все, что вам приказано. В этом нет ничего сложного, по-настоящему серьезные испытания начнутся после. Но даже с этого момента будьте готовы, что Путь Чести не прощает ошибок, выживают на нем не все. Желаю удачи, — безлико закончил безликий голос на этой «позитивной» ноте.

Инструктора сразу же задвигались, расходясь по сторонам и распределяя будущих курсантов по группам. Пока ближайшие инструктора были далеко от нас, я обернулся к «родственнице».

— Оставь здесь, — показал я на ее довольно вместительную сумку, которая так и висела у нее на плече.

— Что?

— Сумку здесь оставь, а инструктору скажи, что она тебе больше не нужна.

Подумав немного, девушка пожала плечами и отвела взгляд в некотором недоумении. Ну и ладно, я хотя бы попытался по-родственному предупредить. Видимо она, в отличие от меня — а мне Кайсара в красках и со смаком описала все то, что нам предстоит, еще не совсем представляет, куда попала.

Инструктора между тем уже организовали всю толпу курсантов, выстраивая группами по десятку человек, после чего погнали бегом на полигон. Разными дорогами, места в Академии было немало.

Гоняли нас примерно пятнадцать километров по кругам залитого грязью полигона — оценил я потом навскидку расстояние соизмерив с ощущением времени. Малыми группами мы хаотично бегали по скользким тропинкам, периодически преодолевая полосы препятствий. У каждого патриция был запас сил, намного превосходивший обычные человеческие возможности, но также у каждого патриция был и их предел, к которому нас всех подвели почти одновременно. Все заранее и строго рассчитано, каждая группа собрана с учетом физических возможностей — оценил я ситуацию, пока еще были силы осматриваться по сторонам.

— Тебе кто сказал, что в армии есть место для женщин? Вали домой лепить котлеты, овца! — раздался неподалеку зычный крик.

Посмотрел, увидел валяющуюся в грязи ту самую Юлию, которая на построении стояла рядом со мной, но после разделения оказалась в другой группе. Пикантности ситуации добавляло то, что о том, что женщинам здесь не место, орала как раз женщина-инструктор, уже перейдя к гораздо более чувствительным оскорблениям.

Несколько сюрреалистичная картинка, потому что внешность у