Через забор - Мелани Морлэнд

размышлял я вслух, — как не по-джентельменски с моей стороны.

Кортни впилась в меня взглядом. Я протянул ей бокал вина. Она, хмурясь, взяла его и поставила на край ванны.

— Чтобы загладить вину, я уровняю наши силы, — с невинной улыбкой я стянул с себя футболку, бросил ее на пол и потянулся к кнопке на поясе джинсов.

Кортни резко выпрямилась, всколыхнув пену, и воскликнула:

— Что ты делаешь?!

— Раздеваюсь. Я подумал, что это заставит тебя почувствовать себя лучше. Мы будем на равных, — подмигнув ей, я начал стягивать с себя джинсы.

— Остановись! Прекрати немедленно!

— Почему?

— Я не хочу, чтобы ты был голый!

Улыбаясь, я наклонился вперёд.

— Твои губы говорят одно, а глаза совсем другое.

Кортни фыркнула и отодвинулась к противоположному краю ванны, собирая вокруг себя пену.

Я мысленно усмехнулся. Пена почти ничего не скрывала, но если так Кортни спокойнее я позволю ей воздвигнуть эту бесполезную стену из пены. Мне вполне хватит того, что я уже видел.

— И что говорят мои глаза?

— Что ты хочешь, чтобы я присоединился к тебе.

— Это не так! — пискнула она.

— Правда?

— Да.

Я вздохнул.

— Можешь говорить всё, что хочешь, но этим утром, когда мы только проснулись, ты хотела, чтобы я обнимал тебя.

— Ты перепутал.

Я шагнул вперёд и наклонился, опираясь о край ванны. Я приблизился к Кортни, смотря на ее покрасневшие щечки.

— Очень верное слово, мисс Шеф-повар. Я не могу дождаться, когда снова окажусь в твоей кровати и почувствую, как твои ноги перепутываются с моими.

Глаза Кортни широко распахнулись.

Я запустил руку в её густые волосы и осторожно подтолкнул ближе к себе. Кортни часто задышала. Я хотел ощутить эти теплые, влажные вздохи на своих губах, поэтому накрыл рот Кортни своим и поцеловал — быстро, страстно, а затем отстранился. Не разрывая зрительного контакта, я взял бокал и протянул его Кортни.

— Пей вино, заканчивай купаться и рекрати пытаться соблазнить меня, — я подмигнул Кортни. — Мне нужно приготовить ужин.

— Выйди, Натан.

Я повернулся к двери и услышал, как Кортни пробормотала:

— Неисправимый ублюдок.

Нагнувшись, я поднял с пола свою футболку.

— Не правда. Мои родители были женаты два года, прежде чем я родился.

— Вон!

— Ты уверена? Я могу оставить деньги для курьера на пороге, а сам присоединюсь к тебе. Я уже наполовину раздет, — я игриво пошевелил бровями.

— Убирайся! — закричала Кортни, но я видел, что она с трудом сдерживает улыбку.

Я пожал плечами.

— Ты многое теряешь. Я бы потёр тебе спинку, — поддразнил я и, выйдя из ванной, закрыл за собой дверь.

Идя по коридору, я услышал хихиканье Кортни. Мне нравилось вызывать её смех и нравилось, как она реагировала на моё возмутительное поведение.

Но мне предстояло выяснить, как заставить её отреагировать на меня физически.

Слегка поморщился, я поправил свой стояк. Моя реакция была очевидной.

___________________________________

— Ты не обедал?

— Что? — невинно спросил я, прекрасно понимая, что Кортни имеет в виду.

— Мне кажется, ты заказал слишком много еды.

Я пожал плечами и, прожевав полный рот лапши, ответил:

— Про запас. Чтобы завтра тебе тоже не пришлось готовить.

Я постучал пальцем по своему лбу.

— Я сообразительный. И забочусь не только о себе, но и о тебе.

— Ах.

Я наблюдал, как сидя на диване и подвернув под себя ноги, Котрни ела яичный рулетик. Её волосы были ещё влажными, и несколько прядей, выбившись из причёски, обрамляли лицо. Желание наклониться и заправить их за ухо, было нестерпимым. Мне так хотелось свободно касаться её, всякий раз, когда хотел. Показался её язык, и она облизала им сливовый соус со своих губ и всё, о чём я мог думать, как эти губы немного ранее ощущались под моими. И как сильно я хотел, чтобы её язык оказался у меня во рту. Я хотел попробовать её.

Котрни подняла взгляд, заметив, что я не свожу с неё глаз.

— Что?

— Ничего. Просто любуюсь тобой.

Кортни закатила глаза и я усмехнулся.

— Телевизор работает? — спросил я, искоса поглядывая на детали, разбросанные на нераскрытой коробке и сам телевизор, стоящий на маленьком столике возле неё.

Кортни кивнула.

— Работает. Я просто не настроила его… как следует.

Посмотрев на огромное количество не подключённых проводов и пультов, я рассмеялся над её явным преуменьшением.

— Сегодня мы сумеем обойтись, а завтра всё подключим, хорошо? Завтра, по прогнозу, целый день будет идти дождь, так что это хорошая идея.

— Правда?

— Да, правда.

— Ты не должен этого делать.

Я покачал головой.

— Но сделаю. Твой не подключённый телевизор сведёт меня с ума, ведь я планирую проводить здесь много времени.

Моргнув, Кортни посмотрела на меня и застенчиво спросила:

— Ты уверен?

— Ага, — я сделал паузу и нахально улыбнулся. — Надеюсь, ты не против?

Щёки Кортни порозовели, и она посмотрела на меня из-под ресниц, настороженно, но с надеждой.

— Не против.

Довольный, я подмигнул ей.

— Вот и отлично.

__________________________________

Пока мы смотрели фильм, я медленно, постепенно придвигался ближе. Каждый раз, когда я тянулся к своему напитку или за горстью попкорна, я оказывался ближе к Кортни, которая сидела в углу дивана, прижав согнутые в коленях ноги к своей груди. Заметив, что её бокал опустел, я поставил фильм на паузу и наполнил его. Вернувшись, я плюхнулся рядом и, передав бокал, положил ноги Кортни к себе на колени. Небрежно закинув одну руку на спинку дивана, другую я осторожно положил на её бедро, делая вид, что полностью сосредоточен на фильме. Я чувствовал на себе обеспокоенный взгляд Кортни, но, не прекращая глядеть на экран, начал выводить медленные круги на её ноге. Вскоре я почувствовал, как Кортни расслабилась, и улыбнулся про себя. Она казалась мне сплошным противоречием. Я видел, что ей нравились мои ласки, но всё же, когда я дарил ей свою нежность, она реагировала шокировано. На то чтобы расслабиться, отдавшись моим прикосновениям, ей всегда требовалось время, и я этого не понимал — походило на то, словно она постоянно была настороже. Украдкой бросив взгляд на Кортни, я увидел, что она не сводит взгляда с моей руки. Я слегка сжал её ногу.

— Это беспокоит тебя? — тихо спросил я.

Её удивительные глаза встретились с моими и она молча покачала головой.

— А тебя? — прошептала она.

Я нахмурился.

— Нет. Мне нравится прикасаться к тебе.

— О, — это короткое слово было наполнено смятением.

— А тебе нравится… как я касаюсь тебя?

Кортни с трудом сглотнула.

— Это заставляет меня нервничать.

Я повернулся к ней лицом.

— Я не причиню тебе вреда, обещаю. Ты напрягаешься каждый раз…