Гарри Поттер и Вторая Великая Война - Ольга Чернышенко

К четвёртому уроку — а им оказалась трансфигурация — Гарри, Рон и Гермиона чувствовали уже сильную усталость — бессонная ночь сказывалась на их состоянии. Широко зевая, Рон уныло смотрел на лежавшую перед ним пуговицу, которая совершенно не хотела превращаться в мантию. Мисс Грейнджер давно справилась с заданием, заработав для факультета очередные пятнадцать очков.

— Немного теории. Записываем.

Повинуясь указанию профессора МакГонагалл, Гарри взял перо, пододвинул к себе чистый пергамент и сонно взглянул на учителя.

— Трансфео — магическая формула, позволяющая трансфигурировать один предмет в другой…

Юноша обреченно вздохнул, начиная писать.

— Объём полученного объекта значения не имеет. В отличие от защитных и иных видов чистой колдовской магии…

Дальше внимание начало рассеиваться, и Поттер несколькими штрихами изобразил модель гоночной метлы в верхнем правом углу листа, после чего продолжил конспектировать лекцию.

— (То есть не создающей ничего нового, а лишь воздействующей на человека или другое живое существо), в которой необходимо сконцентрироваться на конечном результате…

Водить рукой удавалось с трудом. Гарри отчаянно желал уйти куда-нибудь, причём не обязательно в факультетскую спальню. Лишь бы находиться подальше отсюда.

— Для применения Трансфео достаточно назвать конечную цель — громко или, что гораздо сложнее, мысленно.

— Конечно, сложнее, — сонно и очень тихо прокомментировал он. — Мысленно всё делать сложно.

Мальчик снова посмотрел на рисунок метлы, не отчётливо разбирая: что он вообще изобразил и зачем. Затем искоса взглянул на Рона, который давно, красиво и широким жестом махнул на всё, лёг на учебник и закрыл глаза. Гарри недоумённо чуть пожал плечами — учебник же твёрдый, на нём спать не удобно, после чего всё-таки попытался послушать МакГонагалл.

— Особое внимание следует обратить на интонацию голоса колдуна — заклинание произносят спокойно, ровно, очень чётко, выговаривая каждую букву.

Попытка с треском провалилась. Первой разумной мыслью стала: «Это сильнее меня». Мальчик-Который-Столько-Раз-Выживал, чувствуя себя не хуже остальных, лёг на левую руку так, что строчки в прямом смысле находились у него перед глазами. Он ещё героически пытался записывать какие-то фразы, причём почерк был, в общем-то, неплохой.

Гермиона сердито кивала в сторону преподавателя, безмолвно призывая всё-таки подняться. Гарри же невозмутимо ответил: «Я пишу», — не меняя своего положения в пространстве.

Окружающих поведение их знаменитого одноклассника совершенно не волновало. Они сами засыпали под строгий голос профессора, а это очень странно. Кроме гриффиндорской троицы вроде бы никто не совершал лесные прогулки под луной. Что, в таком случае, все делали вместо того, чтобы спать ночью — не известно. И как бы к этому не относились учителя, но иногда хорошая дисциплина на уроке от них совершенно не зависит. У детей просто нет желания, сил и настроения им мешать.

— Предвидя вопросы, скажу: создавать таким образом деньги у вас не получится…

Гарри удивленно прислушался, впервые проявляя интерес к лекции. До последней фразы он буквально засыпал, стараясь хоть иногда открывать глаза, но это удавалось всё труднее и труднее. Каждые десять-пятнадцать секунд сознание отключалось, и вновь посмотрев на пергамент, юноша видел, что водит пером по одной и той же точке. От предложений оставались лишь начальные буквы некоторых слов, но ученику было всё равно.

— Для этого необходимы магия гоблинов плюс знание нескольких степеней защиты. В действующем Колдовском кодексе финансового права, принятом ещё в 1542 году, нет статьи о наказании за фальшивомонетничество. История доказала справедливость её отсутствия. Урок окончен.

Квиддичная тренировка заняла несколько часов. Игроки отрабатывали старые приёмы, а обсуждение новой тактики игры решили отложить на следующий день. Несмотря на усталость, гриффиндорская троица решила вновь собраться в гостиной в полночь.

Глава 26. Тренировка полуночников

Тихо открылся портрет, за которым находился вход в гостиную факультета Гриффиндор, из неё вышли три человека. В абсолютной темноте, для страховки слегка касаясь стены, ученики завернули за угол в соседний коридор, и только там Гарри позволил себе воспользоваться заклятием «Люмус». Школьники не хотели, чтобы изображение Полной Дамы их увидело. Сверившись с Картой Мародеров, юные волшебники проследовали к выходу.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и в дополнительном освещении необходимости исчезла. В тёмном небе мерцали серебряные звёздочки, сплетаясь в причудливые узоры. Лунная дорожка на неподвижной поверхности озера вызывала желание прикоснуться, пройти по ней. Ни звука не слышали дети. Они стояли, не решаясь пошевельнуться, чтобы не нарушить эту сказку.

За окнами замка изредка мелькали тени преподавателей. Внезапно свет загорелся на первом этаже, послышались тихие голоса. Гриффиндорцы переглянулись и, не теряя времени, побежали к Запретному Лесу. Они уже достигли первых деревьев, не заметив, как Хогвартс вновь погрузился в темноту, и чуть скрипнула закрывшаяся дверь.

Трое авантюристов по знакомой тропе очень быстро шли к поляне для занятий. Смотреть по сторонам не хотелось — слишком страшно, Гарри постарался ещё сильнее закутаться в мантию от холода. Где-то позади них скрипнула ветка. Дети вздрогнули, обернулись, но никого не увидели. Выждав несколько минут и ничего подозрительного не услышав, они продолжили идти. Крестник Сириуса настороженно реагировал на каждый звук, ожидая любой неприятной встречи. Постепенно ощущение преследования исчезло.

Ученики достигли открытого пространства и, выстроившись в линию, продолжили тренировки. Аппарировали они по одному — чтобы двое других могли прийти на помощь в случае неудачи. Начертив веткой круг на траве, Гарри, Рон и Гермиона пытались попасть в него, постепенно отходя всё дальше и дальше. Искусство перемещения в пространстве требовало от новичков предельной концентрации, чего после суток без сна добиться оказалось несколько затруднительно. С трудом отвоёвывая новые несколько сантиметров у дистанции и минуты у сна, трое волшебников всё чаще прислонялись к огромному камню, ожидая своей очереди, или садились на него. Они хорошо понимали: каждая ночь занятий может стать последней, рано или поздно их поймают, и тогда путь в Запретный Лес закроется для них навсегда. Об исключении и других последствиях такого нарушения правил не хотелось и вспоминать.