Маяк Свана - Фиби Роу

надо было… – Взгляд ее здорового глаза устремился в окно – к пароходу, догадался Сван, хотя отсюда она не могла видеть подножие скалы.

И вся подозрительность, все тревоги старого смотрителя маяка вдруг рассеялись. Клара Веттри была мореходом без корабля. Именно такой у нее был взгляд – голодный, страждущий и гордый. Сван видел, как точно так же порой смотрели на океан Томас и Нико. И он знал, что не имеет права становиться у нее на пути.

– Идем со мной, – резко бросил он девушке и начал спускаться по ступенькам.

Спустя несколько минут Клара замерла над обрывом, как маленькая бесстрашная птичка, и Сван слышал, что она на секунду перестала дышать, когда луч маяка осветил разбитый пароход внизу.

– Днем его лучше видно, – проворчал он.

– Знаю, – кивнула она и бросила на старика быстрый взгляд. – Я приходила сюда каждый день после крушения. На рассвете, когда вы были в доме. Ночевала в скальной бухте, а по утрам выбиралась наверх.

– Ты… – Сван опять ненадолго потерял дар речи; башня виновато скрипнула у него за спиной. – Ты же сказала, что пришла из города.

– Ну да. Пришла три дня назад.

Она ночевала в бухте. На Ньюфаундленде. В середине октября.

– Удивительно, что ты не замерзла до смерти.

– Бухта защищена от непогоды лучше, чем я думала, – бодро сказала она. – Там почти нет ветра. А холод мне нипочем, у меня есть это. – Она помахала полами теплого пальто на меху, на которое Сван раньше не обращал внимания. – Софи Купер подарила мне его. Кстати, она передает вам привет.

И Свану ничего не оставалось, как молча открыть и закрыть рот.

– А сегодня ты решила переночевать у меня в фонарном отсеке? – наконец спросил он.

Девушка подняла голову – юное лицо сделалось очень серьезным:

– Вы единственный, кто сказал мне правду о бухте. И о мародерах. Все остальные промолчали.

– Потому что ты и так была ранена, – проворчал Сван. – У тебя и сейчас кровь на повязке.

Клара машинально коснулась рукой красного пятна на бинтах.

– Со мной все в порядке. – Она снова посмотрела вниз, на пароход. – Меня не должно было там быть, – тихо проговорила она. – Капитан Форсайт знал об этом. Я пробралась на борт в Глостере. Он должен был меня прогнать. Но не прогнал.

Сван вспомнил мужчину в бухте во время шторма, того самого, без сознания, с которым Клара плыла к лестнице. Того, кто выскользнул у нее из рук и утонул. В ночь кораблекрушения она нашла бухту, потому что пыталась спасти человека. Или бухта нашла ее.

– Можно я сегодня переночую на маяке? – Голос Клары прозвучал едва слышно.

Нико. Грейс. Двадцать мертвецов где-то там, в волнах. Сван больше не хотел отвечать за чужую жизнь, с него хватит.

Разве что на одну ночь. На одну ночь он может взять на себя ответственность.

– Хорошо, оставайся, – сказал он. – Но только до утра.

Клара, просияв, шагнула к нему, и Сван поспешил задать вопрос, чтобы отвлечь ее от внезапных неуместных действий, вроде объятий.

– Как он назывался? – спросил Сван, кивнув на пароход внизу. – Я так и не смог прочитать на борту.

«Это для вахтенного журнала», – хотел он добавить, но по лицу девушки было ясно, что ей не нужна причина – достаточно того, что кого-то интересует имя ее парохода.

– Это был самый сильный и смелый корабль из тех, что я знала, – сказала Клара. – Он был таким до самого конца. Его звали «Сент-Грей».

* * *

Клара легла спать в фонарном отсеке. А когда рассвело и Сван поднялся на башню погасить огонь, резервуар уже остыл и девушки нигде не было.

Стой тоже куда-то пропал, и Сван, холодея от охватившей его тревоги, поспешил к люку, решив, что приютил разбойницу, которая устроила саботаж и похитила его собаку. Но потом он услышал лай и смех одновременно, остановился выглянуть в окно – и увидел Клару, идущую со стороны скальной бухты; за ней резво труси́л Стой. Она присела его приласкать, сказала что-то тихим голосом, отчего пес энергично замахал хвостом. «Предатель», – подумал Сван.

– Доброе утро! – пропела Клара, когда они со Стоем взбежали по ступенькам в фонарный отсек. – Я принесла вам подарок. Угадайте, в какой руке! – Она поиграла плечами, заложив обе руки за спину.

Сван покосился в сторону бухты.

– Ты принесла мне подарок с места кораблекрушения?

– Да. Угадайте, в какой руке.

Сван сурово уставился на девушку, но та не исчезла. И отменять игру она не собиралась.

Поэтому после долгого молчания он произнес:

– В левой.

Клара тотчас протянула ему круглое увеличительное стекло величиной с ладонь.

– Это от одного из фонарей «Сент-Грей», – пояснила она. – Оно такое же, как у вас.

Сван взял подарок и поднес его к маячной линзе. Действительно, стекло оказалось очень похожим.

– А что у тебя было в другой руке?

Клара показала кусок деревянной рейки – тонкий, прочный, идеально прямой.

– Это для собаки, а не для вас, – заулыбалась девушка и протянула палку Стою. А потом посерьезнела: – Я очень благодарна вам, мистер Сван. Очень. За то, что вы спасли мне жизнь. И за то, что позволили остаться здесь.

– Это всего лишь моя работа, – в очередной раз повторил Сван. – Ты имеешь право попрощаться со своим кораблем и командой, прежде чем отправишься домой.

Она нахмурилась:

– Домой?

Сван и забыл, что в городе она пробыла недолго – ровно столько, чтобы раздобыть пальто, – и не слышала местные новости.

– Абигайл Норман снарядила корабль, который доставит выживших матросов в Глостер, – сообщил он. – Тебе нужно поскорее вернуться в Норман-Клиффе, пока они не отчалили без тебя.

– О, это очень любезное предложение. Но я не собираюсь возвращаться в Глостер.

«Здесь ты тоже не останешься», – хотел сказать Сван. Пустить к себе кого-то на одну ночь – это одно, устраивать из маяка приют – совсем другое. Ему тут жильцы не нужны. Но прежде чем он успел произнести это вслух, Клара резко сменила тему, перегнувшись через перила галереи, чтобы попытаться заглянуть в скальную бухту:

– Как долго волны приносят туда вещи с кораблей после крушений?

– Неделями, – сказал Сван. – Иногда годами.

Лицо Клары омрачилось:

– Как думаете, у меня получится распугать всех мародеров, если я буду отсюда бросать в них камни?

Сван рассмеялся:

– Нет, вряд ли. А они не напугались, когда нашли тебя спящей в бухте?

– Не очень. – Клара выпрямилась. Ее здоровый глаз снова был обращен к воде. – Мне ненавистна мысль, что чужие люди растащат пароход на куски.

– Ты никак не можешь этому помешать, – пожал плечами Сван. – Если не они, это сделает океан.

– Я знаю. И все же противно думать о мародерах.

– Это обычные горожане, они всего лишь приходят туда за вещами, которые могут пригодиться. В детстве я часто бегал в эту бухту.

– А сколько вам лет сейчас?

– Восемьдесят три.

Она улыбнулась:

– В Глостере у меня была подруга, помощница смотрителя маяка. Ей восемьдесят. Она говорит, маяки нужны, потому