Изменить себе - Аврора Майер

них рождение новой жизни — это самое важное и ценное. Они стараются будущую мать максимально уберечь от всяких неблагоприятных факторов и стрессов. Ты, наверное, заметила, что работа твоя стала легче, спрос меньше. И если вдруг ты себя будешь плохо чувствовать, то вообще освободят. Но это всё временно, после рождения пройдёт год, ребёнок окрепнет, и тебя будут опять использовать во всех направлениях, как и раньше. Так что сейчас в твоей жизни самый хороший период.

— Это, кстати, правильно. Я вот вспоминаю, как в прошлую беременность ходила на работу. Это было самое ужасное время. Ну, а вообще, я даже согласна была бы вернуть прошлое, лишь бы оказаться дома. «Свидания», конечно, меня поразили до глубины души. Какие у тебя эмоции это всё вызвало?

Он привстал. Я посмотрела на него, щурясь от солнца, и потом опять закрыла глаза.

— Ты уверена, что хочешь это услышать?

— Ну, вообще, очень даже любопытно. Сейчас я, пожалуй, готова узнать всю правду.

Я перевернулась на бок, и он тоже. Повернула к нему голову и приготовилась выслушать увлекательный рассказ. Он в ответ улыбнулся.

— Если честно, мне понравилось. Меня долго готовили, инструктировали, и я уже запереживал. Я был первый и не совсем ещё точно понимал язык, только отельные слова, но, в общем, дело нехитрое. Пугало только то, что моей напарницей должна была быть Армана.

Я удивлённо на него смотрела, и в памяти сразу всплыла сцена, как меня куда-то вели. Я сначала не придала этому значения, а теперь точно знала — это Армана нас поменяла местами. Зачем, правда, непонятно.

Я вошёл. Увидел красивую полуголую, стянутую верёвками девушку, да ещё и с завязанными глазами. И сразу что-то в ней мне показалось знакомым, но я не придал этому значения. Осмотрелся. Развязал руки. Очень удивился, что последовали моментальные активные действия. Пока ты меня пыталась соблазнить, я всё старался тебя рассмотреть.

Мне было сейчас смешно, и я отвернулась, смеясь почти во весь голос.

— Представляю эту картину со стороны.

Это было далеко и так неправдоподобно. Он тоже улыбался. Улыбка у него неожиданно обворожительная и очень приятная.

— Я до конца не был уверен на 100 %, что это ты. Мне не верилось. И только когда встретил тебя в лесу, сомнений не осталось. Ну, а дальше ты всё знаешь.

Он дотронулся рукой до моей спины. Мне это не очень понравилось, но, более того, его рука будто ко мне прилипла. Не ту тему выбрала для разговора, не ту! Я, как бы случайно, поменяла своё положение так, чтобы его рука на мне больше не лежала. Но по его виду поняла: он догадался, что я сделала это специально.

— Если честно, почти ничего не помню. Конечно, догадываюсь, что между нами происходило, но не полностью.

Я отвела взгляд и смотрела куда-то вдаль. Старалась как можно правдоподобнее это сказать, ведь обсуждать детали совсем не хотелось.

— Интересно, почему беременные не ходят на встречи?

— Так в этом смысл ритуала — забеременеть. Если это случилось, то ты можешь уйти на заслуженный отдых. А твоё место займёт другая.

— Звучит не очень. Вот скажи, ты что, каждую субботу детей делать ходишь?

— В субботу да, а в будний день можно и просто.

— Ну, и как проходит «просто»?

— У меня есть женщина для встреч, которая удовлетворяет мои потребности. В субботу «делают детей» — это священный день, а так — когда захочешь.

Чувствую, ещё немного — и я взорвусь негодованием. Артём так запросто об этом рассказывает, как будто диктует рецепт пирога.

— Понятно.

— Ты опять чем-то недовольна. Ну, сама же спросила.

Просто молчу и смотрю в неопределённость. Думаю, высказать своё отношение к этому или нет? И решаю промолчать.

Я в очередной раз убедилась, как неприятно осознавать свою беспомощность в принятии решений. Вот рожу, пройдёт год и, если мы отсюда не выберемся, буду продолжать удовлетворять его потребности. А может, и не его, а ещё какого-нибудь туземца. Настроение испортилось.

— Кстати, ты, может, как всегда, не в курсе, но миссия женщин — в первую очередь удовлетворять потребности мужчин, потому что они почти приравнены к богам, а вторая — рожать детей. Всё остальное второстепенно.

— Зачем ты мне всё это говоришь? Ты что, меня зомбируешь? Я уже поняла, и на сегодня с меня достаточно этих бредней, меня сейчас уже стошнит. Ты, может, меня с кем-то путаешь, но я оттуда, откуда и ты, и меня не запугать этими речами. Как ни называй, выглядит, как проституция, да ещё и бесплатно, ради общества. Что ты сделаешь, если откажусь вдруг удовлетворять твои потребности? Пожалуешься, а может, поменяешь, а может, накажешь или убьёшь? Я воспитана в свободе слова и действий, поэтому мне сложно перестроиться. А ты, смотрю, прямо всё по правилам делаешь. И знаешь, почему? Потому что у тебя более выигрышная позиция и желаемое совпадает с действительным. Мы уже, кстати, с девчонками обсуждали, что некоторые из вас, наверное, и не хотят возвращаться, а может, и все.

Он ничего не ответил, но, очевидно, остался недоволен разговором. И это неудивительно, правда никому не нравится. Он замкнулся и почти перестал разговаривать.

— Пойдём домой?

Артём лениво поднялся, потянулся. Мой взгляд остановился на нём и никак не хотел менять объект для наблюдений. Он вопросительно посмотрел на меня, а я демонстративно отошла подальше. И мы отправились домой. В голове было много мыслей, говорить совсем не хотелось. Артём тоже был не из разговорчивых, поэтому мы просто шли и молчали. Каждый думал о своём. Тут мои размышления прервала неожиданная фраза. Он сказал её таким ласковым и мягким голосом, как будто и не было только что между нами ссоры.

— Ты сегодня хорошо выглядишь.

Эти слова меня ошарашили, я растерялась и не знала, что сказать.

— Я рада, что тебе нравится.

— Знаешь, ты мне вообще очень нравишься. И я так рад, что вместо Арманы оказалась именно ты.

Меня насторожили эти слова. Как-то не похоже это было на правду и выглядело, как издевательство.

— Артём, ну,