Серебряная цепь - Кэрол Марш

Слезы навернулись на ее глаза, и она моргнула, чтобы смахнуть их. Гэвин обрисовал ситуацию несколькими жесткими словами, и секрет, который она хранила от него, оказался никаким не секретом. Череда воспоминаний о пьяном растрепанном муже, то бессвязно что-то бормочущем, то злобно оскорбляющем ее, промелькнула в ее голове. Захотелось узнать, что подумал бы Гэвин, если бы узнал, каким жестоким становится его племянник в спальне, когда вокруг нет свидетелей. Она рассеянно потерла плечи, как будто до сих пор чувствовала его железную хватку, когда он яростно тряс ее во время одной из отвратительных пьяных сцен. Ее голос дрожал от страдания, когда она бросила:

— И что ты от меня ждешь?

— Роди ребенка, — спокойно сказал Гэвин. — Ему нужно остепениться. Появление детей обычно дисциплинирует Возможно, он бросит пить. Он всегда был достаточно разумным, чтобы управлять компанией, но он никогда не получит ее от меня, пока не докажет, что намерен целиком посвятить себя семье и бизнесу. — Долгая тишина повисла между ними, пока Гэвин смотрел на ее опущенную голову, а она крутила на пальце массивное обручальное кольцо. Ее пальцы стали совсем тоненькими, и кольцо почти спадало. — Вы не заводите детей по какой-то определенной причине?

Дана вспомнила ночи, в которые муж возвращался домой, когда она давно спала, когда он был слишком пьян, чтобы заниматься любовью, и как она была этому рада, потому что он был отвратителен. Интересно, подумала она, знает ли Гэвин, что его племянник возобновил свой роман с Бетти Эббот? Сама она узнала об этом случайно, увидев, как ее муж выходил из спальни Бетти во время вечеринки в Лифорд Ки. На ее упрек он только рассмеялся и ушел. Гэвин будет в ярости, если узнает об этом романе его племянника, и это может означать конец карьеры Маршалла. А она понимала, что значило для ее мужа стать следующим президентом "Фоулер Моторс"! Если что-нибудь помешает ему возглавить фирму, он наверняка будет вымещать свою злобу на жене. Она опустила глаза и солгала:

— Нет, никакой причины нет.

— Вы планируете заводить детей? — настаивал Гэвин.

— Мы говорили об этом до свадьбы, но не после. — Дана часто мечтала иметь своего ребенка, чтобы любить его и заботиться о нем, но когда думала о Маршалле как об отце малыша, то понимала, что это невозможно. Хотя она сильно завидовала Линни и Дрю Блейкам, у которых были две маленькие девочки, ей невмоготу было видеть их печальные личики, смотрящие, как их родители напиваются с друзьями. Линн пила и одна по утрам, и Дана дала себе слово, что у ее детей никогда не будет такого дома. Хотя она не пила одна, приходилось признать, что она пьет слишком много, и потом — нельзя рисковать. Ведь Маршалл может так же жестоко обращаться с ребенком, как он обращается с ней. Что ждет беззащитного малыша, если у его отца случаются такие кошмарные приступы ярости?..

— Теперь для этого пришло время. Тебе нужно заняться чем-то более полезным, чем гольф, а Маршаллу давно пора посерьезнеть, — сказал Гэвин не допускающим возражений тоном, но в глазах светилась тревога. — А Фоулерам нужен наследник.

— Это не так просто.

— По крайней мере, подумай о том, что я тебе сказал. Ты обещаешь подумать?

— Хорошо, я подумаю, — обещала Дана. Гэвин аккуратно подписал чек и отдал официанту. Он поднялся и нерешительно посмотрел на нее, как будто собирался сказать что-то еще.

— Я обязательно подумаю, — повторила Дана и слабо улыбнулась.

Гэвин кивнул головой, как будто остался доволен разговором, и похлопал ее по плечу.

— Это все, о чем я прошу. Если ты захочешь рассказать мне что-нибудь, ты ведь сделаешь это, правда? — спросил он, глядя не на нее, а на часы, затем поверх ее головы в сторону стоянки машин. Шофер уже подогнал машину к клубу.

Дана хотела сказать седому старичку, что она больше не может жить с его племянником, не то что иметь от него ребенка. Внезапная дрожь пронзила все ее тело, потому что она испугалась, что Маршалл изобьет ее, если узнает, что она жаловалась дяде. Она хотела крикнуть, что боится своего мужа, что Маршалл унижает ее и предпочитает спать с другой женщиной. Она хотела, чтобы Гэвин узнал, как ей страшно, что она не знает, что делать, как расторгнуть свой брак, куда идти, но Гэвин уже отвернулся, и его квадратные плечи были где-то вдалеке между столиками. Он разобрался с одной проблемой и готовился разобраться с другой в Нью-Йорке.

Дана откинулась на спинку стула и прикурила от спичек, которые оставил Гэвин. Столики вокруг опустели, буфетный стол внесли внутрь здания, и только несколько завсегдатаев ошивались возле бара. Пока они обедали, солнце зашло за облака, похоже, собирался дождь.

Уставшая и опустошенная, Дана сожалела, что не использовала возможность рассказать все Гэвину. Хотя была уверена, что на самом деле он не хотел узнать что-либо о личных проблемах племянника. Она была так близка к тому, чтобы попросить о помощи, что внезапно поняла раз и навсегда, что ее брак распался. Единственное, чего ей хотелось, — это избавиться от Маршалла, от их бесполезного обременительного сожительства, от Гросс Пойнта, от всего, во что превратилась ее жизнь. Захотелось еще выпить, но она заставила себя отрицательно покачать головой на вопрос официанта, и он ушел, оставив ее наедине со своими мыслями. Женщина безучастно смотрела на поле для гольфа, где играли четыре человека, и они радостно вскрикнули, когда один из них промахнулся по лунке.

— Да, победа ускользнула, Пауэрс.

Они расплатились друг с другом, сообщили свой счет, и трое из них направились к мужской раздевалке. Четвертый подошел к Дане с приятным удивлением на лице.

— Ты давно здесь? — Майк Пауэрс опустился на стул напротив Даны, заказав себе чай со льдом. — Ты видела это? Я не смог попасть в лунку со смехотворного расстояния! — Он принялся бодро описывать ход игры. Однако его взгляд был встревоженным. Наконец Майк наклонился к ней, сжав ее узкую ладонь в своей. — Дана! С тобой все в порядке? Что случилось?

Она автоматически улыбнулась, взяла сумочку, сдвинула стаканы и встала, собираясь уходить.

— Все в порядке, Майк. Со мной все в порядке.

— Нет, что-то не так. — Он легонько толкнул ее обратно. — Да у тебя на лице это написано. — Глаза Даны наполнились слезами, и она тщетно попыталась их смахнуть. — Маршалл. Ведь это из-за Маршалла? Что случилось?

— Ничего, — сказала она равнодушно и посмотрела на Майка с вызовом.

— Все же что-то случилось — ты перепугана насмерть. Марш тебя достает?

— Не больше, чем обычно. — Ее рука задрожала, и он сжал ее еще крепче. Дана поняла, что жалость для нее невыносима, даже от Майка.