Мечник - Василий Сахаров

— Командир, — сделав себе чаю, обратился я к полковнику, — давай на чистоту.

— Так мы с тобой всегда откровенны, сержант, — Еременко еле заметно напрягся и, глубоко затянувшись папиросным дымком, спросил: — Что-то не так?

— Иваныч, ты ведь не поболтать заехал, и то, о чем ты спрашиваешь, для тебя не тема. В любом случае, все это ты и без меня прекрасно знаешь, и про сектантов, и про караван, и даже про то, сколько я денег на торговле поимел. Зачем так неожиданно пожаловал?

— Поговорить не с кем, Саня. Пока в деле крутишься, вроде бы все вокруг друзья, соратники и товарищи, а остановишься, оглядишься, так и нет никого рядом, один как перст, и только наше братство гвардейское все еще не похерено. В Конфедерации грядут большие перемены, и мне будут нужны верные люди.

— Я всегда рядом, командир. Что скажешь, все выполню, да и парни наши постоянно к бою готовы.

— Не про это речь, Саня, и то, что вы меня в трудную минуту не кинете, я всегда помню. Война окончена, и республиканцы вновь голову поднимают. Все бы ничего, справиться с ними не проблема, но Симаков задумал ряд реформ провести, а его противники сейчас гораздо хитрей, чем во время прошлого мятежа, в лоб ударять не будут, а исподволь силу правителя начинают подтачивать. Здесь слушок, там упоминание Гены-предателя, анекдотец какой паршивый, а вот статейка в газетку про вольности былые и так далее, все одно к одному ложится и доверие народа к президенту подрывает.

— Понимаю, командир, а что за реформы намечаются?

— В основном законодательные. У нас с момента образования Конфедерации законы были чем-то расплывчатым, и в каждом регионе свои. Президент хочет все под одну гребенку причесать, что-то запретить, а что-то узаконить. Например, сбор дорожных налогов районными администрациями будет отменен, он хоть и невеликий, этот денежный сбор, а в масштабах страны сумма выходит солидная. Опять же уголовный кодекс будет пересмотрен, он станет более жестким, и в гражданском изменения серьезные пойдут, многоженство узаконят, так как мужиков не хватает, и будет решен вопрос государственных религий. В общем, на президента накат со всех сторон пойдет, и опираться только на военную силу и госбезопасность он не рискует. Сейчас ему требуется что-то вроде личной дружины, готовой исполнить любой его приказ.

— Структура, подчиняющаяся только президенту и стоящая над законом?

— Именно.

— Что-то уж больно черный орден СС, опричников и «эскадроны смерти» напоминает.

— Есть немного, так как функция этой организации одна, помощь лидеру, которому мы верим, в достижении его целей.

— И когда будет создана эта организация?

— Она уже есть, — полковник усмехнулся, — и перед тобой глава этой структуры. В рамках ГБ создается отдел дальней разведки, и я в нем первое лицо. Схема проста, есть подчиненный генералу Терехову отдел, а что в нем творится, он знать не будет, точнее сказать, будет знать только то, что ему необходимо. В остальном, почти полная независимость от всякого начальства, а приказы поступают с самого верха.

— Поздравляю с повышением.

— Пока поздравлять особо и не с чем, у меня под началом три человека, и если ты со мной, Мечник, то станешь четвертым.

— Я же сказал, командир, что мы все с тобой.

— Тогда получай, — он положил передо мной небольшой бронзовый медальон, с выгравированной на поверхности крепостной стеной, и цифрой четыре на обороте. — С этого дня, Мечник, ты лейтенант ГБ из отдела дальней разведки.

— Интересно, из сержантов сразу в лейтенанты.

— Верность дорого стоит, Саня.

Взяв медальон, внимательно рассмотрел его, спрятал в карман брюк, и спросил:

— Иваныч, и как мне к тебе теперь обращаться?

— Так же, — пожал он плечами.

— Вот не хотелось на службу государеву возвращаться, а пришлось.

— Не заморачивайся, и относись к этому как к продолжению бизнеса. Тем более что ходить строем и в форме, тебя никто не заставляет и для всех окружающих людей, кто не идет с тобой в рейд, ты по-прежнему купец Мечников, имеющий хорошие связи в госбезопасности.

— А задачи когда нарежешь?

— Первое твое задание, Мечник, это собрать своих воинов, и провести с ними соответствующую работу, подготовить их к тому, что они могут понадобиться не только в разведке, но и для исполнения деликатных дел на территории Конфедерации. Они у тебя и так, все время начеку, но ты им еще разок объясни, что к чему. И второе, через три дня отправишься в Трабзон.

— Это-то, зачем? — удивление мое было искренним.

— К тестю своему поедешь, к Бурову. Градоначальник Дебальцево нашему президенту письмо написал с просьбой о помощи, и передал его вместе с Астаховым. Однако кидать свои регулярные войска на Украину Симаков не станет, страна должна освоить то, что сейчас есть, а Кара, вариант идеальный. Отвезешь Бурову предложения нашего правителя и от своего имени контракт с ним на два года подпишешь.

— А дипломаты, а ГБ, почему они этим не займутся?

— Официально государство ни при делах, и одно частное лицо, заключает сделку с другим частным лицом. Это дело поручили нам, и мы должны показать, что нам все по плечу. Своего рода, первая проверка нашего отдела, показательная, чтоб все видели, что дальняя разведка что-то может. Мы первые начали работу по сектантам, и пока они от границ наших далече, мы же ее и продолжаем.

— Ладно, Кара на контракт подпишется, ему сейчас деваться некуда, а вот как его вместе с отрядом в полторы тысячи головорезов на Украину переправить, вот это вопрос серьезный.

— С Мэром Трабзона уже все решено, и Осман Гюнеш будет только рад, что Кара его землю покидает. Поэтому, он выделит весь свой флот, а наша Черноморская эскадра его кораблики в Азовское море пропустит, да еще и сопроводит, чтоб не шалили.

— А ведь начальник ГБ Терехов на тебя за такие дела может зло затаить, командир? Мы ведь по сути своей, прямые конкуренты госбезопасности.

— Нормально. Он человек сам себе на уме, но грамотный и прекрасно понимает, что его организация просто не может решить все проблемы и задачи, какие перед нашей страной стоят. Чтобы все потянуть, ему нужно расширяться, а этого никто не хочет, поскольку сильная госбезопасность, угроза для власти не только Симакова, но и кланов, которые на верхушке стоят. Поэтому и появился наш отдел, который числится в ГБ, и по штату будет иметь десять человек аналитиков, а по сути своей станет полнокровным батальоном, который сможет решать практически любые вопросы, хоть за границами Конфедерации, а хоть и в ее внутренних пределах.

— Красивая схема, только людей где взять?