Украденная жизнь - Миа

* * *

Получилось, как я предполагал, мелкое поколение Уизли и Грейнджер отправились с утра пораньше в больницу Святого Мунго. Меня не добудились или же решили, что душеспасительные беседы лучше оставить на потом. Вполне возможно, что старик уже в курсе моей строптивости, но он по-прежнему старается свести наши встречи к минимуму. Это хорошо, но тянуть все же, не стоит. Пора уже решать первоочередные задачи. В доме остались только Сириус, Люпин и Тонкс, если не считать Кикимера и меня. Люпин и Тонкс уединились в одной комнате и, кажется надолго, поэтому самое время было поговорить с крестным. Он занимался украшением елки на втором этаже в гостиной, которую накануне принес Наземникус. Не иначе спер где-то, но это теперь мало кого интересовало. Сириус был счастлив, а заметив меня на пороге гостиной, просто просиял:

- Гарри, ну наконец-то ты не прячешься! Что, решил вспомнить о своем старике крестном? Ладно уж, можешь не отвечать, вот только водружу ангела на самую верхушку и мы можем поговорить… Ты пока присядь…

Он продолжил, как ни в чем не бывало наряжать елку, напевая Рождественские гимны. Мне было немного не по себе. Вроде и упрек очень мягкий, но в его глазах, я вроде как виноват. Хотя кто его знает, что творится в его косматой голове. Со своей стороны вины, я вроде, как и не должен был чувствовать, но почему-то Сириус, все же, решил меня попрекнуть. Но сегодня он, по крайней мере, не шарахается от меня, и то дело.

- Гарри, ты ведь выпьешь со мной немного вина? - он приземлился на диванчик рядом и уже трансфигурироавал бокалы из праздничной мишуры, при этом глядя на меня так предано и счастливо, что мне оставалось только кивнуть. - Молодец, Гарри! Я с Джеймсом в твои годы, ой как зажигали на весь Хогвартсе! Все эти добропорядочные пустозвоны, конечно, стали бы на дыбы узнай то, что я, якобы, спаиваю своего крестника. Даже Люпин! Кто бы мог подумать, что он станет таким праведным обывателем? Уж точно не я! Так, держи Гарри! Давай за предстоящие праздники! Ты пей, не стесняйся. Джеймс в твои годы мог выпить сколько угодно, не пьянея!

Энтузиазм крестного меня несколько обескуражил, с чего бы это вдруг, после того как он избегал меня, ему вздумалось пообщаться? С другой стороны, это было как нельзя кстати. О том, что сейчас творится в голове Сириуса, я даже отдаленно не предполагал. Знал бы, убежал без оглядки. Но задним числом мы все умные. Он снова наполнил бокалы крепким и тягучим красным вином.

- Что, Гарри, решил, что со стариком-крестным тебе не интересно?

- С чего ты взял? По-моему, это ты меня игнорируешь с самого моего приезда.

- Я? Да как ты мог такое обо мне подумать? - он попытался обидеться, затем махнул рукой, придвинулся ко мне поближе, снова наполняя бокалы. - Гарри, пойми, мне тоже очень тяжело, я тут под полным контролем. Люпин проверяет всю мою почту, а Молли следит за моим моральным обликом, точнее следила…

- А нафига ты это все терпишь?

- Ты не понимаешь, Сохатик, иногда меня заносит… Но ты не думай, я полностью себя контролирую, вот! А Люпин и Молли желают мне только добра. А как же иначе! Мы же все состоим в Ордене Феникса! Вот только их опека, чересчур навязчивая, что ли… Ты не подумай, что я на них наговариваю, просто иногда они относятся ко мне как к несовершеннолетнему!

- Это я как раз могу понять. Но почему ты их просто не поставишь на место, для меня по-прежнему остается тайной.

- Ох, Гарри, они ведь такие хорошие люди! Ну, немного навязчивые, но в целом мы ведь делаем общее дело. Разве не так? Кстати за общее дело! Пей, Сохатик, за это надо обязательно выпить.

- Общее дело предполагает то, что надо наступать себе на горло и терпеть?

- Гарри, маленький мой, существуют такие вещи, с которыми надо смириться ради того, чтобы принести хоть малую пользу ради общего блага! Иногда следует перешагнуть через себя, если долг того требует. Твои родители это понимали и не задумываясь жертвовали собой. Для общей пользы дела, можно пожертвовать своей жизнью и свободой!.. Тебе тяжело сейчас понять, но когда ты подрастешь, Сохатик, то обязательно поймешь…

- Сириус, идею фанатизма я и сейчас прекрасно понимаю. Сам ты ничто - общее благо все! Вот только относительно своих родителей я не совсем понимаю… Если бы им ради всеобщего блага запретили общаться и строить личные отношение друг с другом. Неужели бы они согласились? Или в данном случае их близость была на пользу «всеобщему благу» и поэтому они все же зачали меня, не смотря на то, что творилось в мире?

Конструктивного диалога не получилось, от Сириуса мне прилетела пощечина. Впрочем, он сам тут же испугался и сжался как нашкодивший щенок, да и глаза у него были такие же. Что же мне в последнее время все стараются съездить по физиономии?

- Фиговый ты крестный, Сириус, - сказал я, потирая щеку, - рукоприкладством тебе лучше было заняться с кем-то в твоей возрастной категории, с тем же Ремусом или Молли. Тебе не кажется, что время, чтобы меня воспитывать ты бездарно упустил? Отсидка в Азкабане конечно шикарный аргумент, чтобы оправдать свою несостоятельность как крестного осиротевшему ребенку, но, даже выйдя на волю, ты занимался чем угодно, только не моим благополучием. Да что там, тебя бежать из застенок тюрьмы побудило не стремление узнать, а как же поживет там твой крестник, а банальное желание отомстить крысе, промелькнувшей на фотографии в «Ежедневном пророке». Тебя до сих пор не интересует, где я живу с кем и как. Тебя почему-то преследует образ общего блага. Ты погряз в своем прошлом, Сириус, вместо того, чтобы хоть каплю заботы уделить своему крестнику!

- Прости меня, Джеймс! - у крестного были безумные глаза, но хоть этот не собирался плакать от моих слов. - Я кругом виноват, я знаю… Но ты же знаешь, что ради тебя я готов на все! Ты только скажи! Я даже твоего ублюдка буду оберегать и нянчить! Джеймс, я так тебя люблю!

Дальше для меня начался сущий кошмар. Было такое чувство, что реальность решила сыграть со мной в прятки. Я как оторопевший дурак вжимался в спинку дивана, в то время как Сириус рвал на мне рубашку и очень проворно стаскивал брюки. Когда я начал трепыхаться, это уже мало могло мне помочь. Меня уже что называется, разложили и я был готов к употреблению. Здоровенный мужик навалился на меня, абсолютно не реагируя на то, что я его колошматил по болевым точкам. Сириус хотел меня, точнее он хотел моего папашу Джеймса, но в данном случае это для меня не играло абсолютно никакой разницы. Его похотливые руки были повсюду. Меня конкретно так тошнило, что я боялся захлебнуться, если меня не перевернут на живот. Утробно воя, я вырывался из-под его пальцев и губ. Мордред подери! Я вообще и думать забыл о магии, настолько меня сковал ужас и стыд. Его пальцы точно оставят гематомы на моем теле, как напоминание о глупости и доверчивости. Беспомощность и полная потеря контроля, а еще явное возбуждение Сириуса, которое я чувствовал сквозь его одежду. Мерлин, за что мне все это! В чем я провинился перед тобой! Освобождение пришло внезапно, в виде Люпина, с волшебной палочкой наперевес. Сириуса отбросило в другой конец комнаты, чуть не сбив при этом елку, откуда он жалобно заскулил. Не совсем соображая, на каком я свете нахожусь, я машинально пытался привести в порядок одежду, хоть благодаря Сириусу, от нее мало что осталось и без магии она восстановлению не подлежала.

- Что тут произошло? - это ко мне обращается очень хмурый Люпин, как будто и так не понятно, что за картина предстала перед его глазами.

- Сириус пытался меня трахнуть… - не смотря на несуразность ситуации, я был искренне благодарен Люпину, что он все же соизволил явиться и спасти меня от посягательств этого маньяка, который был почему-то по совместительству моим крестным.

- Гарри, что ты такое говоришь! Это невозможно! Тебе наверно показалось…

Вот тут я снова выпал из реальности. Показалось мне?! Люпин же сам все видел, зачем ему выгораживать Сириуса? Я до сих пор ощущал его пальцы по всему телу, даже в заднице. Да и видок у нас был еще тот. Недвусмысленный такой. Он определенно хотел меня поиметь, хоть может быть на моем месте он и представлял моего папашу, но мне от этого не легче!

- Люпин, ты наверно все же придурок, раз считаешь, что я сам с себя снял штаны и предложит себя твоему великовозрастному дружку! - у меня кажется, вот-вот могла начаться истерика. Люпин переминался с ноги на ногу, ему было стыдно, но вот признать мою правоту ему было тяжко. В своем полном раздрае я отчетливо видел на его физиономии процесс мышления - на одной чаше весов я со своими претензиями, на другой Сириус, которого он уже когда-то предал и поверил во все небылицы, которыми его оболгали. Неужели и сейчас он предаст своего друга?! И ради кого? Ради мальчишки, для которого нет ничего святого, который глумится над всем, во что он верит. Который выкручивает правду так, что этому сопляку трудно что-либо возразить.

- Гарри, мне кажется, ты все же преувеличиваешь, Сириус не мог так поступить с тобой, это просто недоразумение…