Трон - Максим Димов

Он несогласно покачал головой:

— Я узнал много нового... И ты подарила мне надежду.

— Буду рада, если это тебе поможет.

— И все же, ты решила остаться в стороне?

Она вздохнула.

— Все очень не просто, мой принц. Это место и я связаны сильнее, чем даже мне бы хотелось. Да и так ли уж необходимо мое вмешательство? Опыт подсказывает, что вам вполне по силам выпутаться из всех передряг, как, в свое время, выходили из подобных ситуаций ваши предки.

— Идя сюда, я рассчитывал на помощь не столько для всех нас, сколько лично для себя, — честно признался Ланс.

— Наступают времена, когда грань между личным и общим полностью исчезает. И это истинно для любого из вас.

— Слова, слова, слова... Что ж, спасибо и на этом. Она осуждающе покачала головой.

— Ланс, ты неисправим. Что ж, если хочешь мудрого напутствия, то вот оно...

Тишину за окном разорвал звериный визг, к которому миг спустя добавился человеческий. Ланс вскочил, оборачиваясь к двери, и едва успел заметить выскользнувший наружу силуэт Торикс. Не теряя времени, он выбежал во двор следом. Крики смолкли также внезапно, как и начались, но Торикс продолжала уверенно углубляться куда-то в чащу. Ланс шумно ломился следом. Гонка продолжалась совсем недолго. Преодолев несколько сот метров, он выскочил на небольшую поляну, свободную от деревьев, и замер, едва не налетев на хозяйку.

В нескольких шагах впереди, на земле лежали два тела — звериное и человеческое. Пока принц озирался, Торикс, казавшаяся сейчас со спины заметно меньше ростом, словно подкошенная, рухнула перед ними на колени. Рванувшийся было на помощь Ланс резко остановился, вовремя ощутив исходящие от нее потоки энергии. Но тут же предпринятая им самим попытка вызвать Древо оказалась безуспешной.

Он услышал безостановочный речитатив Хозяйки Долины, но его попытки разобрать смысл литании ни к чему не привели — он не понял ни единого слова. И, тем не менее, результаты колдовского действа не заставили себя ждать.

Все вокруг вдруг окрасилось в кроваво-красный цвет. Багровыми стали деревья, земля, три неподвижных тела перед ним и его собственная, отбрасываемая прямо перед собой, тень. Внутренне сжавшись и уже зная, что сейчас увидит, принц оглянулся.

Над ним, над деревьями, над всей долиной, подавляя и навевая ужас, высился колосс Идола. Взгляд живых взбешенных глаз был прикован к их поляне и, не в силах выносить его, Ланселот поспешно отступил под сомнительную защиту деревьев. Было слышно, как далеко у дома, в стойле, бесится Серый.

Голос Торикс усилился, сделался более низким, завораживая Ланса гипнотической точностью и резкостью, как отдельных слов, так и целых фраз. От колоссальных энергетических вихрей, бушующих вокруг колдуньи, вздрогнули ближайшее деревья. Плащ Хозяйки Долины заискрил, осыпая землю каскадами светящихся точек, и даже лишенный своей колдовской силы, Ланс почувствовал поток энергии, устремившийся от нее к Идолу.

Почти одновременно он заметил смутно знакомый контур в форме пентаграммы, отливающий молочно-белым светом и как бы обрамляющий исполинскую фигуру. И в момент, когда энергетический вектор достиг пентаграммы, та ярко вспыхнула. Фигура Торикс покачнулась, каменная маска-лицо Идола ожила, и Ланс впервые увидел эти огромные черты, искаженные не ненавистью, а обыкновенной болью. Торикс изменила тональность заклинаний, но было поздно, Каменные губы растянулись в беззвучном крике, Ланс схватился за раскалывающуюся от боли голову и с проклятьем упал на землю...

...Он осторожно поднялся на четвереньки и осмотрелся. Идол исчез, вместе со страхами и багрянцем, а небо заметно прояснилось. В центре поляны, перед двумя небольшими свежими холмиками земли, стояла одинокая принцесса.

Ланс с трудом поднялся и, стряхивая ветки и комки земли, приблизился к ней.

— Вот так ночка. Ты непременно должна объяснить мне, что тут произошло...

Он осекся, когда фигура обернулась и он встретился со злым взглядом старухи.

— Торикс?!

— Не то! Опять ты говоришь не то, Ланселот. Уходи!

Она так низко наклонила голову, что из-под капюшона виднелись только узкие, полыхающие алым прорези глаз. Затем подняла над головой руки.

— УХОДИ!

Принц попятился.

— Конечно, конечно, как скажешь...

...И уперся спиной в ствол дерева. И в следующее мгновение потерял сознание.

Сильно перегнувшись в седле, Ланс изучал полузатертые надписи на косо вкопанном у развилки дорог указателе. Ни одно из названий ни о чем ему не говорило, и потому, решив руководствоваться здравым смыслом, он выбрал населенный пункт, до которого, согласно все тому же указателю, было ближе. Свернув на нужную дорогу, он пустил коня неторопливым аллюром.

Местность вокруг выглядела неухоженной и дикой. Такими же убогими оказались и местные жители, хотя от нищеты явно не страдали. Обширные фермерские владения и чистенькие поселки, крепкие постройки и жилье, добротная одежда сразу бросались в глаза, но, несмотря на это, все вокруг — и те же постройки, и скот, и одежда, да и сами люди, дышало унылой серостью и забитостью.

Эти отдаленные края мало кого интересовали, и должность местного губернатора могла осчастливить лишь самого неамбициозного из аристократов. И не удивительно, что Ланс этих мест почти не знал. Да и вряд ли их знал кто-нибудь из братьев.

Принц вспомнил, что несколько лет назад, по приказу отца, сюда была направлена топографическая экспедиция, возглавляемая Эдвином. Старший брат был крайне недоволен этой миссией. Чем все это завершилось, никто так и не удосужился поинтересоваться.

Как он попал сюда, принц не мог сказать. После потери сознания там, в Долине, он очнулся уже здесь. Стояла ночь, низкие облака скрывали звезды, и где-то рядом в темноте возбужденно всхрапывал Серый. До самого рассвета принц проламывался сквозь заросли, проголодался, ободрался, и только к утру, измотанный и злой, вышел на узкую тропинку, вскоре приведшую его в маленький лесной поселок, где он впервые и оценил все прелести общения с местными жителями. В поселке размещался даже небольшой гарнизон, под началом пожилого, свирепого на вид, сержанта. Личные и подорожные бумаги Ланса не оставляли сержанту никаких предлогов для придирок. Не позволял зарываться и офицерский чин путника, но комендант был местным уроженцем, обладал соответствующим набором добродетелей и поэтому все же сумел испортить и без того нерадостное присутствие гостя. На следующее утро Ланс с превеликим облегчением покинул поселок, напутствуемый последним советом остерегаться появившейся недавно в здешних местах банды.

Неизвестно, что конкретно имел в виду негостеприимный сержант. Два дня Ланс путешествовал спокойно. Только еще сутки спустя, уже удалившись на значительное расстояние, встретил он бандитов... Оставив после себя шесть трупов и кучу старательно переломанного оружия, он поехал дальше, надеясь, что кто-нибудь менее щепетильный отыщет тела до того, как за них возьмутся лесные падальщики. Это случилось около семи часов назад...