Дитя магии - Дарья Гущина

Так вот — почему!

Я его убью!!! И с большим удовольствием! А потом скажу, что так и было! Ведь хватило ему мозгов такой извращенный план придумать!.. А как я его умоляла!.. Опустив очи долу, я почувствовала, как начинаю медленно и мучительно краснеть.

— Ах ты, скотина! — громко заверещала я. — Да какое ты право имеешь так надо мной измываться?! А?! ну, отвечай мне немедленно или я сейчас… Или я…

— Или ты — что? — с интересом переспросил он, подойдя ближе.

И от того, какое у него стало выражение лица, сердце (мое, естественно) почему-то брякнулось куда-то в пятки, а коленки (мои, разумеется) зачем-то стремительно задрожали. Я перевела дух, не отводя от Вэла гневного взора, а сама, между делом, осторожно пятилась к окну, потому как путь к двери мне был отрезан.

— Или ты — сбежишь? — ядовито предположил он.

— Да, — процедила сквозь зубы я. — Чтобы раздобыть еще один котел и снова напялить его на твою голову!

— Далеко бежать придется, — усмехнулся Вэл, подойдя еще ближе. — Не успеешь.

— О, поверь мне, не ты один умеешь ждать своего часа, — мстительно пообещала я, снова отступая.

— А кто-то не так давно уверял, что у него доброе сердце, — напомнил мой мучитель, делая еще шаг ко мне.

— И у меня оно доброе, но тебя это теперь не касается!

— Вот как? Почему?

— Потому что!

— И все-таки?

Все. Он и в буквальном и в переносном смысле загнал меня в угол. Ешкин кот…

— Ты мерзкое, никчемное ничтожество! — вырвалось у меня.

Черт. Я прикусила язык. Опять же сейчас разозлится и поднимет шум, а до призраков еще бежать и бежать, да и неизвестно, в состоянии ли они будут меня защитить…

— Мерзкое? — приподнял бровь Бэл. — Никчемное? — переспросил он. — Ничтожество? — И ухмыльнулся, — И это говоришь мне ты — ни на что не способный человек?

Ведь в точку попал, сволочь… Откуда он знает?.. Я, растерянная и обескураженная, беспомощно посмотрела в его холодные и насмешливые серые глаза. А он стоял, скрестив руки на груди, и привычно, с беспощадным удовольствием наблюдал за мной. Знал, что бил по самому больному месту, отлично знал…

Я тщательно собрала остатки своей растоптанной гордости. Ну и что, что я человек?! Это разве преступление — родиться не волшебником?.. Судя по его глазам, то не просто преступление — а много хуже. Что-то настолько отвратительное и нежелательное…

— Молчишь, радость моя? — обаятельно улыбнулся этот мерзавец. — Нечем крыть?

Я не твоя радость, чуть не завопила я. Хотя, наверно, все-таки его. Ведь как радуется, паразит, когда измываться надо мной начинает!.. Как будто ничему другому и радоваться не умеет, как только этому…

— И молчу, и что? — взъелась я. — Да, я человек, и слава Святым богам! Лучше уж быть обычным человеком, чем бездушным магом с куском льда вместо сердца!

Получил? Знай наших!

Он открыл рот, чтобы что-то мне сказать, но не успел. Я решила не испытывать больше судьбу и потому, отодвинув Вэла в сторону, осторожно прошмыгнула мимо него, громко хлопнула дверью и с позором удрала в сад, не дожидаясь новых нападок.

В саду же я тихо примостилась под раскидистой ивой. И чего он ко мне привязался?.. Ему что, делать больше нечего, как подлости мне на каждом шагу устраивать?! Меня трясло от возмущения, и на месте сидеть, никак не удавалось. Подскочив, я принялась наматывать круги вокруг дерева. Нет, я этого так не оставлю! Дождусь своего часа и отомщу! И месть моя будет страшна! Хотя по натуре я человек не злой. Просто у меня память хорошая, да и терпение далеко не безграничное. И, в конце концов, должен же хоть кто-то подобных негодяев на место ставить!..

Я невольно ухмыльнулась. А как я его с Шайтаном провела! Ведь провела! Готова поспорить, это он тоже мне при случае припомнит… Я содрогнулась. Интересно, а на этот раз что будет? Вэл всегда действовал на редкость изобретательно, специально поджидая, когда я расслаблюсь и потеряю бдительность. Значит, придется всегда держать ухо востро. Ведь позора же не оберешься, не дай-то Святые боги, еще раз прокараулю его атаку…

Я снова уселась под деревом. Да и сейчас — стыд-то какой! Я сама постоянно надо всеми подшучивала и подстраивала ловушки, а связываться со мной народ обычно не хотел и подобным мне не мстил… И вот, пожалуйста. Классический пример того, как охотник сам может легко превратиться в добычу. Хоть бы Макс не узнал…

Но все же эта его ненависть ко мне какая-то ненормальная. Вот он — маг. Так я что, с ума схожу от презрения и зависти? Нет, какая-то частичка зависти была. Черной, правда. Но была. За что такому подлецу — и такое счастье привалило?.. Нет, я, конечно, тоже не ангел… но я бы этой силе точно более приличное применение нашла… Наверно.

Устало вытянув ноги, я почесала за ушком подлетевшего ко мне айса. Хоть кто-то меня любит… В Замок, после всего пережитого, возвращаться никакого желания не было, к тому же…

И вот тут я вспомнила кое-что другое. И снова содрогнулась. Замок! Мы же на пару с подземные монстром разнесли весь замок мэтра Звездочета! Что-то он скажет, когда увидит этот выдающийся пример ведения активных боевых действий на территории «Облачных гор»…

Во имя всего святого, аминь…

ГЛАВА 9

Печать Звездочета

Утро выдалось на редкость паршивым. Начиная с того, что я опять всю ночь не сомкнула глаз и, заканчивая тем, что мэтр раньше положенного срока вернулся в свое родовое гнездо.

Мне как раз удалось уговорить себя задремать, когда меня разбудил ифрит.

— Лекс! — зашипел он, — К Звездочету! Живо!

Началось…

Пребывая в полусонном состоянии, я привычно завернулась в простыню и побрела на экзекуцию.

— Я же сказал — живо! — прикрикнул на меня джинн.

— Ты сказал, ты и беги, — вяло огрызнулась я, но шагу прибавила: перед смертью не надышишься…

А возле кабинета Звездочета уже топтался, очевидно, поджидая меня, Вэл. Я, по понятным причинам, упорно на него не смотрела, но в то мгновение, когда наши глаза встретились, этот изверг имел наглость нахально мне подмигнуть!

Ладно, спокойно, Лекс, спокойно… В конце концов, сама говорила, что ты не злопамятная. Жаль только, что память у меня все-таки хорошая. Пожалуй, иногда даже слишком.

— Входите! — прогремел голос мэтра.

Вэл, в силу своей подлой натуры, попытался пропихнуть меня вперед, но я уже успела проснуться и от этой неприятной привилегии увернулась. Так что он, не рассчитав, ввалился в кабинет первым, а я опять спряталась за него. В конце концов, кто виноват — тот пусть первым и получает.

Наставник, вне себя от ярости, тем временем мерил шагами комнату. Наказание пострашнее придумывал, угу. Или решал, как удачнее провернуть уже задуманное.