Любовь (не) зависимость (СИ) - Ланвин Кира

Я сразу заметил, что начало происходить что-то странное. Иногда, жена словно отключалась. Просто становилась похожа на куклу. Буквально на несколько минут, а потом вновь становилась собой. Она рассказывала, что перед такими "отключками" всегда ощущала болезненный укол или даже как ожог в одном и том же месте на спине. Мы никак не могли понять причину и даже ходили в больницу, но там лишь развели руками и рекомендовали больше отдыхать и пить успокаивающие травы.

У меня была мысль, что это как-то связано с Кейном, но я отодвинул ее подальше. Не мог представить, что он сумеет подобраться так близко или попытается навредить Норе. Она ведь ему нравилась, даже очень. Я ждал, что он будем мстить мне, а не ей.

В один дождливый день мы с женой решили не покидать квартиры. Только сходили за свежей выпечкой, перепрыгивая через лужи и прячась под зонтом от крупных капель. Возвращаясь из булочной, я едва успел подхватить Нору под руку, когда она едва не слетела с крыльца. Всему виной новые туфли, что она выбрала накануне. Красивые, покрытые блестящим лаком, они были не очень удобными. И, как выяснилось, скользкими.

Чуть позднее, вечером, я сварил кофе, и мы вместе лежали на кровати, решив устроить ужин прямо там. Веселились, переговаривались, планировали нашу дальнейшую жизнь. Такое безмятежное, беззаботное времяпровождение было. Девушка захотела сбегать на кухню. Прыгнула в свои туфли, но тут же тихо вскрикнула, схватившись за спину. Я понял, что это очередной приступ. Только в этот раз всё было иначе. Все эмоции исчезли с красивого лица. Она расправила плечи, размяла шею. Посмотрела на меня и нехорошо ухмыльнулась.

— Ну, здравствуй, Коул, — произнесла она, словно чужим голосом.

На это было страшно смотреть. Её осанка, движения, все переменилось.

— Я долго примерялся. Столько раз хотел с тобой поболтать, но не мог приноровиться. И лишь недавно понял, в чем была ошибка. Поэтому к сегодняшнему визиту готовился основательно. Как твои дела? Смотрю, вы тут неплохо устроились, — проговорил Кейн голосом моей жены и осмотрелся.

Я был шокирован. Такое видел впервые. Чтобы кто-то на расстоянии мог управлять чужим телом.

— Что тебе нужно? — спросил я, беспокоясь о жене. — Что с Норой?

— С ней всё нормально. Как только я покину ее тело, она даже не вспомнит ничего. Так что не беспокойся, она не узнает твою маленькую тайну. Знаешь, я долго думал над ситуацией, что сложилась. Возможно, нам надо поговорить, прояснить некоторые моменты, и мы сможем найти компромисс.

Я подошёл поближе. Испытывал смешанные чувства и к происходящему, и к Кейну.

— Допустим. Что ты хочешь обсудить?

Кейн в лице Норы, неровной походкой подошел к двери балкона. Надо заметить, управлял он телом неважно. Шаги выходили механическими.

— Хочу знать всё, что тебе известно о драконах. В свою очередь расскажу все, что будет интересно тебе.

— Вы же пытаете таких как я. Думаю, тебе уже известно больше, чем мне.

— Возможно. Но вдруг твой дракон будет более сговорчивым? Мы сможем помочь друг другу.

Я сказал, что подумаю. Больше не мог доверять Кейну, как и он мне. Кажется, он разозлился, когда я сказал, что пока не планирую возвращаться в столицу. Хрупкая фигурка Норы легко распахнула дверь, и девушка оказалась на балконе. Я рванул следом, ведь на ней снова та обувь, а Кейн так плохо справляется с координацией, как бы не случилось беды!  Какие-то жалкие крохи времени, но было уже поздно. Новые туфли заскользили по мокрому полу, рука схватила воздух вместо низких перил. Я пытался поймать её, не дать упасть, но не успел. Третий этаж. Пока я бежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, во мне ещё теплилась надежда, что все обойдется и она просто потеряла сознание. Но когда приблизился, понял, что это не так. Страх расползался по телу, сжимал сердце. Она упала неудачно и больше не дышала. Помощь прибыла быстро, но смысла в ней уже не было. Я едва не потерял контроль, метался рядом с ней из стороны в сторону, кричал ее имя. Лишь когда в полной мере смог осознать произошедшее, вновь подумал о Кейне. Точнее о том, как же сильно его ненавижу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

***

Я молчала. Я просто сидела и не могла говорить. Сонливость исчезла, хорошее настроение тоже. На их место пришла смесь страха и ужаса от всего, что рассказал Коул. Я уже давно переместилась на сидении, подложила под голову подушку, а ноги устроила у мужа на коленях. Он по инерции поглаживал их, мыслями находясь совсем в другом месте. Столько боли было в его словах, в его рассказе, в откровении его жизни. Самый страшный эпизод...

Я обдумывала всё, что услышала от Коула, и понимала, почему он так беспокоится обо мне. Почему забрал меня. Чувство вины не даёт ему жить спокойно, я уверена. Девушка была моей ровесницей, и сейчас, наверняка, жизнь Коула напоминает сплошное, непрекращающееся дежавю.

Что же будет со мной? Неужели и меня ждёт подобная участь? Когда Кейн влезает в мою голову, я просто будто исчезаю. Этот мерзкий человек, которому я не могу найти оправдания, он ведь просто впутывает невинных людей в свои больные игры. Я никак не была связана с драконом, чтобы он ставил на мне метку. Как и Нора. Искренне сочувствовала девушке. Она же ни о чем не подозревала, только начала жить и произошло такое. И неважно, нарочно Кейн столкнул её или случайно, всё равно он виноват. Целиком и полностью. Может, я и не права в своей категоричности, но мои руки сами собой сжимаются в кулаки от одной лишь мысли о нем. И, как и мой муж, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы защитить мою новую семью: меня и Коула. Чего бы мне это не стоило.

— После трагедии Кейн пропал. Я искал его, обезумел, был одержим идеей отомстить, взглянуть в его лицо и спросить, за что он так с ней. Почти два года убил на поиски. Никто не знал, где он и чем занимается. Я даже заявился в то складское помещение. Там все было настежь, но никаких следов пыток не было. Только цепи, свисающие с потолка, напоминали о том ужасе, что там происходил когда-то.

Я провела пальцами по руке мужа, задела кольцо.

— Потом он все же решил напомнить о себе? — спросила тихо.

Коул опустил голову, взглянул на наши сплетённые руки. Большим пальцем погладил мою.

— Да. Я не скрывался больше, жил в своем доме. И однажды мне принесли письмо. В нем Кейн говорил о раскаянии. О том, что нарочно никогда бы не причинил Норе ничего плохого. Что хотел, чтобы она осталась с ним. Писал, что во всем виноват я, и игра не будет закончена до тех пор, пока не останется только один из нас. Как мне позже удалось выяснить, он вплотную занялся изучением драконов, ездил в Анвер, общался с теми, кто регулирует жизнь драконов среди людей. Не знаю, что он хотел выяснить.

— Ты его не видел больше?

Коул покачал головой.

— Нет. Их общество переместилось в другое место. Со временем и я перебрался в Кловер. Жил один, по возможности старался помогать, занимался благотворительностью. И также пытался хоть что-то выяснить о жизни драконов. Не скажу, что мне было это жизненно необходимо, но так я ощущал, что ещё жив.

Муж придвинул меня ближе к себе. Зарылся носом в волосы, глубоко вдохнул.

— Мне так жаль, что тебе приходится это слушать. Не знаю, почему Кейн снова объявился и почему выбрал именно тебя. Мне кажется, он совсем свихнулся.

Я коснулась щеки, покрытой щетиной, прикрыла глаза.

— Остаётся только надеяться, что в Анвере нам смогут помочь, — ответила я. — А что дракон? Как он себя вел всё это время?

Коул прижал меня к своей груди, провел широкой ладонью по волосам.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Чаще всего я ощущаю только его эмоции. Но когда я в теле дракона, то могу иногда слышать его мысли. Это чувство свободы, когда он расправляет крылья и парит в облаках. Или чувство скорости и всемогущества, когда стрелой пикирует и вонзается в воду, а после выныривает и устремляется в небо. Это не передать словами. Ради этого и я бы, наверное, согласился пожить в человеческом теле. Бывало, что я возвращался в своё тело лишь на пару дней, а потом неделями пребывал в теле дракона. Это помогало очистить разум, отвлечься, остудить кипящие эмоции.