Любовь (не) зависимость (СИ) - Ланвин Кира

— Будем считать, что я вернул тебе должок, — заявил Кейн, когда мы небольшой компанией отмечали успех.

— О чём ты? — удивился я, благодарный за помощь и поддержку.

— Ты спас мне жизнь, тогда, на реке. Я тоже вернул тебя к жизни.

***

Примерно год ничего особенного не происходило. Я вникал в дела фабрики, управления, искал людей, которым смогу доверить руководство, документы. Надёжно укреплял свое место в обществе, зарабатывал репутацию. Кейн тем временем продолжал учебу в университете, проводил время с друзьями. Виделись мы реже, чем раньше. Оба были увлечены своими заботами.

Однажды он заявился ко мне поздней ночью с небольшой компанией друзей. Почти всех я знал, кроме одной девушки. Как позже выяснилось, это была первокурсница, её звали Нора. Кейн общался с ее старшим братом, учился с ним раньше, пока тот не уехал в другую страну.

Ночью мы играли в карты, общались. Кейн выглядел, как и всегда, весёлым и беззаботным, но я видел, что его беспокоит что-то. Глаза горели, движения более резкие, чем обычно, бегающий взгляд. Когда почти все ушли, а в большой гостиной осталась только Нора с подругой и ещё один парень, я пригласил Бартона поговорить.

Разгоряченный напитками, он далеко не сразу решил поделиться тем, что его тяготило. Отшучивался, смеялся, все сводил к девушкам и развлечениям.

Только когда я сделал вид, что хочу присоединиться к остальным, друг вдруг стал серьёзным. Глумливое выражение лица исчезло, меж бровей залегла морщина.

— Постой, — проговорил он взволнованно. — Коул, я недавно узнал кое-что, сразу после дня рождения. Ты ни за что не поверишь в это, — он отрицательно покачал головой и продолжил. — Ты просто должен это увидеть.

Я скептически относился к заявлениям подобного рода. Вот и тогда не воспринял его заявление всерьез. Мало ли, чему мог удивиться друг.

— Уверен, тебе меня не удивить. Не нагнетай интригу, рассказывай, — лениво произнес я, присаживаясь рядом с ним на ступеньку лестницы, ведущей на чердак.

Он мялся, словно не знал, как подобрать слова. Меня это удивило. Такое поведение было не свойственно беззаботному Кейну.

— Мне доверили такой секрет... В общем, есть одно тайное общество. В него входят только избранные, передающие свои знания и способности из поколения в поколение.

Я не сдержался и хмыкнул, звучали слова друга пафосно.

— Ты, похоже, перебрал, — покачал я головой, ухмыльнувшись.

— Нет! Ты даже предположить не сможешь, что такое бывает! В общем, лучше один раз увидеть...

Кейн не договорил. В коридоре послышались голоса и вскоре к нам присоединились остальные.

Остаток ночи прошел спокойно. К разговору больше не возвращались. Уже на рассвете, когда гости уходили, подруга Норы передала мне небольшой кусочек бумаги, где красивым почерком были выведены слова благодарности от Норы за приятный вечер. Она уехала первая, но, видимо, заранее заготовила послание. Кажется, Кейну такое не слишком понравилось. Но той ночью я не придал этому значения, особенно, после таких скачков настроения у друга.

Через пару дней я уехал и отсутствовал около недели. Надо было дать дракону свободу. Последнее время выдалось напряженным, и даже дракон вёл себя беспокойно. Зато когда я возвращался в город, уже всё наладилось.

***

В следующий раз я увидел друга только через неделю, на юбилее главы города. Перемены, произошедшие с ним, были поразительны. Некогда насмешливое, чуть ироничное выражение лица Кейна теперь отражало сосредоточенность и словно затаенную злость. На празднике мы переговаривались, общались с другими гостями, деловыми партнёрами.

Однако тему, что могло случиться, никак не затрагивали. Даже после приёма, когда мы небольшой компанией собрались в паб, друг вёл себя отстраненно.

Когда к нам присоединилась Нора, я долго наблюдал за ее общением с Кейном. Мне казалось, что между ними есть симпатия, какие-то чувства. Но не смог разобраться, так ли это.

Уж слишком странно вёл себя друг. Я помнил о нашей беседе, которая состоялась перед отъездом. Возможно, именно то, что он не рассказал, сейчас мучает его. Пару раз я пытался заговорить об этом, но он только отмахивался, будто ничего не случилось. Так прошел ещё месяц.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я сблизился с Норой. Мы всё чаще проводили время в компании друг друга, а Бартон становился всё дальше. Все мои попытки выведать его тайну оказались тщетны. Мы почти перестали видеться, друг искал уединения.

И все же я должен был поговорить с ним о моей девушке. Раньше я считал, что она нравится Кейну. Вдруг причина именно в этом? Лучше сразу решить все вопросы, чтобы в дальнейшем не возникло недоразумений. Я приехал к другу. Узнать его новый адрес не составило труда. Он отселился от родителей, завел новых приятелей. Выглядел болезненно, словно его мучала бессонница.

— Кейн, нам надо поговорить, — произнес я без предисловий, когда приехал по адресу.

Он безразлично дёрнул плечами и кивнул на вход.

— Что с тобой? Ты сильно переменился, я не узнаю тебя. Это как-то связано с Норой?

— С чего ты взял? — резко спросил он. — У меня нет и не было на нее никаких планов. А у вас, я посмотрю, с ней все серьезно?

Воспалённые глаза друга вызывали сомнения в правдивости его слов. Что-то не так. Но что?

— Мы пока ничего не обсуждали с ней.

— Если ты пришел только за этим, то можешь быть спокоен. Она не приняла моих ухаживаний, и настаивать я не собираюсь. Удачи вам.

Во всех его движениях, взглядах, интонации прослеживалась скрытая боль. Неужели я не заметил, как сам разрушил нашу дружбу? Но ведь все началось немного раньше, чем я сблизился с нашей общей знакомой.

— Тебе лучше уйти, — вдруг произнес Кейн устало. — У меня скверное настроение. В следующий раз поговорим.

Через три месяца мы с Норой решили пожениться. Ее родители сразу дали согласие на наш союз. Невеста рассказывала, что иногда видит Кейна в университете. Он почти не появлялся на занятиях, несмотря на то, что у него выпускной год.

Торжество запланировали скромное. После всех скандалов, связанных с моим именем, привлекать внимание не хотелось. Поэтому сообщили только родным невесты и Кейну. Однако последний проигнорировал приглашение.

В ночь перед свадьбой Бартон пришел ко мне. Изрядно выпивший, помятый и взбудораженный.

— Друг, поздравляю! — крикнул он, залетев в дом.

— Спасибо, — ответил я сдержанно. — Ты так и не ответил на приглашение, но мы оставили для тебя местечко.

— О, это так любезно с вашей стороны. Местечко где? В вашей семье? Мне третьим стать?

Вопросы были грубыми. Я понял, что Кейн обозлился и ревнует. Мы сильно повздорили, даже подрались. Он обвинял меня во всех грехах. Якобы я увел у него девушку, друзей, а его оставил одного справляться с проблемами.

— Ладно. Я не прав, признаю. Слишком многое натворил в последнее время. И да, винил тебя за то, что ты не попытался меня остановить.

Я не понимал, о чем он говорит, но видел, что ему нужно выговориться.

— Ты ведь знаешь, что я пытался, — произнес я.

Кейн задумчиво кивнул.

— Ты знаешь что-нибудь о драконах? Слышал о них? — спросил он вдруг, и взгляд у него был такой пронизывающий, словно приятель знает обо мне всё.

Я хотел ему рассказать всё, но это было раньше. Теперь же он изменился, и я не мог доверить эту тайну.

— Нет, не слышал. Ты что же, сказок перечитал?

Кейн усмехнулся.

— Если бы, Коул. Но нет. Это не выдумка и не глупая фантазия. Эти поганые ящерицы существуют. И не где-то далеко, а прямо здесь, среди нас.

Я готов был к чему угодно, но только не к такому. Откуда ему это известно? Неужели он был в Анвере? Или, возможно, кто-то из его близких... Но даже если так, откуда столько негатива в его голосе?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Как это? — задал я глупый вопрос.

Кейн предложил поехать с ним. Чтобы я лично мог убедиться в правдивости его слов. Страшное предчувствие или интуиция, не знаю, но что-то настойчиво стучало внутри, предупреждая об опасности. И все же я согласился.