Порода героев - Лорен Колман

Крейг принес с собой залитый кровью штандарт Вардена. Войска павшего короля более не существовало, все выжившие присягнули на верность победителю. Крейг явился в совет как величайший воин, величайший из королей-колдунов. В простом кожаном одеянии, открывавшем руки и грудь холодному ветру, он прошел к стене, выхватил из-за пояса дротик и приколол захваченное в бою знамя. Никогда еще на этой стене, среди знамен народов, побежденных келдонами, не видели цветов вождя горцев. Старинный знак победы нес в себе угрозу тем, кто осмелился бы восстать против Крейга. Король-колдун кивнул Гатхе, и оба поднялись на нижнюю ступень постамента. Крейг ступил на нее первым, смерил взглядом сидевших здесь младших вождей и отвернулся, протягивая руку магу.

Хотя Гатха давно уже вошел в силу – недаром шесть месяцев назад он смело смотрел в глаза разъяренному Вардену, – но от роли, назначенной ему сегодня Крейгом, каждый нерв в нем звенел струной. Король-колдун решил позаботиться о Гатхе в память обещания, данного некогда Трогом. Отвергнув предложенную помощь, маг вскочил на помост и уставился прямо на сидевшего перед ним вождя. Келдон поднялся с места. Он возвышался над тщедушным магом, как крепостная башня над ветхой хижиной, однако, покосившись на стоящего рядом Крейга, отвел взгляд и шагнул вниз, уступая Гатхе свое место.

Гатха проглотил комок в горле. Во рту пересохло. Впервые за все это время ему было жарко в зале совета. Он, Гатха, равный среди вождей Келда!

Однако Крейг еще не закончил. Он поднялся на следующую ступень, и снова никто не посмел прекословить ему.

Но на третьей ступени перед ними встал старик-вождь. Из его правого плеча торчал стальной клинок, ногу заменял заостренный металлический стержень.

– Я не против тебя, Крейг. – Старец протянул искалеченную руку к Гатхе. – Но он – не наш.

Гатха знал, что вожди, искалеченные в битве, не теряли своего места в совете. Знал он и о том, что хотя голос старших всегда выслушивался со вниманием, но в конечном счете здесь правила сила. Крейг не отвел взгляд перед старым вождем.

– Он здесь потому, что некогда мой великий предок, Трог, поклялся, что настанет день, когда маг воссядет в совете. Я исполняю эту клятву. Гатха доказал, что он – величайший из союзников Келда. Мои победы – его победы.

И между прочим, смерть Крейга наверняка окажется и смертью Гатхи. Не в первый раз маг порадовался, что с избытком запасся медленной водой. Сейчас он делал ставку на военную силу Крейга. Вся его жизнь в Келде была игрой. Но сегодня счастье было на его стороне.

Старик отвел взгляд первым. Он предпочел по доброй воле спуститься на ступень ниже, чем быть сброшенным с пьедестала силой. Однако на его место тут же встал другой. Без промедления Крейг прыгнул на него, принял жестокий удар в бок, но все же сомкнул руки на шее противника. Мышцы на его плечах вздулись. Одно движение, и хребет вождя с хрустом переломился. Звук этот разнесся по всему залу совета. Крейг сбросил труп вниз.

Еще один келдон – этот даже не был Королем-колдуном – поднялся со своего места. Крейг шагнул к нему, но тот отскочил, принимая оборонительную стойку. Король-колдун медленно надвигался на него. До врага оставался один шаг, когда Крейг выпрямился, прожигая непокорного взглядом. Противник не осмелился поднять на него руку. Через секунду вождь потупил взгляд, склонил голову и покорно перешел на вторую ступень. Победитель смотрел на него сверху вниз. Ни слова не было сказано, но вождь, постояв минуту, шагнул еще ступенью ниже. Теперь Крейг повернулся к нему спиной. Перед ним была последняя, высшая ступень.

Позади тут же произошла перестановка сил. На третьей ступени освободились три места, и Король-колдун со второй поднялся и шагнул вслед за Крейгом. Он не поднимал взгляда на победителя, но другим вождям третьей ступени взглянул прямо в глаза и, не встретив вызова, занял один из тронов. Другой вождь поднялся с первой ступени на вторую. Место старших вождей занимали молодые, но уже превосходившие их в силе короли-колдуны. Гатха понял, кто здесь поддерживает Крейга, а кто просто склоняется перед сильнейшим.

Победителя все это не интересовало. Он неторопливо поставил ногу на четвертый ряд, где стояло всего шесть тронов. Никто из занимавших эти места не носил оружия – их сила не нуждалась в поддержке стали. Навстречу Крейгу поднялся один из королей-колдунов. Схватка была короткой и страшной. Приняв два жестоких удара – в горло и по ребрам, – могучий келдон ответил лишь одним ударом в лицо. Голова непокорного откинулась на переломленной шее. Крейг поднял обмякшее тело и сбросил его вниз. Вслед за убитым на пол обрушился тяжелый трон, принадлежавший самому Крейгу. Новый король больше не желал для себя места на этой ступени. Он поднялся на верхнюю площадку, куда никогда не поднимался ни один вождь. Теперь это место принадлежало ему.

Желающих возразить не нашлось. Четверо келдонов, оставшихся на четвертой ступени, отводили глаза. Власть Крейга была признана. Снова короткая перестановка сил внизу. Ни одна схватка не осквернила тишины. Никто не осмеливался испытать свою силу после победоносного восхождения Крейга. Они признавали и чтили его силу – и силу мага, сообразил Гатха, вспомнив, как вождь разделил с ним все свои победы, прошлые и грядущие.

Небывалый подвиг, достойный того, чтобы остаться в легендах. Крейг поднялся на вершину. Все здесь помнили старинное предсказание: «Когда Некрополь под залом совета заполнится павшими вождями, все они восстанут и их непобедимое воинство пройдет по всей Доминарии. Поведет же эту армию вождь, стоящий на вершине». Предсказание не открывало тайны: будет ли этим вождем величайший из павших, или некий вождь займет вершину постамента по случаю великого события. Теперь Гатхе подумалось, что с его помощью Крейг вполне может дождаться исполнения пророчества.

Глава 13

Даввол стоял на пригорке, поднявшемся по его воле над пологим склоном текучего камня. Летающий диск лежал на земле за его спиной подобно черному алтарю, охраняемому двумя стражами-фирексийцами. Над горизонтом, затянутым бурлящими тучами, возвышался огромный вулкан, в жерле которого скрывалась Твердыня. Рядом с ним пригорок, где стоял Даввол, казался крохотным холмиком. И все это, от края до края, были его владения.

Пронзительный ветер отыскал щель в броне, коснулся бледной кожи ледяными щупальцами, раздул плащ подобно крыльям невиданного нетопыря, пробрался к затылку, к самой макушке, прикрытой черной пластиной, выкованной фирексийцами.

Общей чертой всех коракианцев – общим пороком, с точки зрения Даввола, – было не закрытое костями черепа отверстие на макушке. Фирексийцы, высоко ценившие мозг своего слуги, согласились исправить это упущение природы. Правда, Даввола немного тревожила форма пластины: надо лбом круглую стальную шапочку украшала слабая вмятинка. Не в обычае фирексийцев было наделять свои изделия бесполезными украшениями. Эта вмятинка для чего-то предназначалась, но Кроаг предпочел об этом не упоминать, а Даввол счел за лучшее не спрашивать.