Дети Атлантиды - Ян Сигел

— Эзмордис!

Она сделала шаг вперед и проснулась.

Имя застыло у нее на губах, и воздух все еще дрожал над ее лицом. Она быстро поняла, что в комнате никого нет, но почувствовала, будто кто-то тревожно остановил ее, вырвал из дремоты, криком предупреждая об опасности. Возможно, это был ее собственный крик. Она посмотрела на часы, стрелки на светящемся циферблате показывали десять минут четвертого. Она встала с кровати, подняла с пола тарелку и стакан и решила отнести их вниз, в кухню. Она чувствовала, что не сможет сейчас вернуться обратно в кровать. Ее сон, если это был сон, был ей очень близок. Уже хорошо зная дом, она двинулась по темному коридору к лестнице. На первой ступеньке она остановилась. Из-под двери гостиной не выбивался луч света, но Ферн показалось, что в холле не так темно, как должно было быть в комнате без окон. Смутный свет проникал в гостиную сквозь приоткрытую дверь. Это было странно, так как Ферн с Уиллом на ночь всегда закрывали дверь. Конечно, в течение дня миссис Уиклоу могла ее открыть, или они случайно неплотно ее прикрыли… Ферн совсем не хотелось знать, почему в гостиной что-то светится, но и уйти она уже не могла. Опустив на пол тарелку и стакан, девушка пересекла холл.

Ферн толкнула дверь, но, не входя в гостиную, увидела, что занавески плотно задернуты, поэтому свет с улицы не может проникнуть вовнутрь. В тишине ночи дверные петли издали громкий тяжелый стон, и дверь захлопнулась.

Камин, который увидела Ферн, чернел безгубым ртом с двумя клыками в виде железных подставок для дров по обеим сторонам очага. Рядом с ними на своем постаменте сидел идол. Его каменные глаза были не матовыми, как обычно, а ярко поблескивали.

— Эзмордис, — пробормотала Ферн, и блеск глаз усилился, и свет от них пронзил тьму, но это был не настоящий свет, а только подобие его, два бледных языка пламени, которые не могли ни согреть, ни зажечь.

«Дура! — сказала себе Ферн. — Ты его позвала. Ты сама его позвала!» Отчаяние придало ей сил. Она выбросила вперед руку, как это делала Элайсон.

— Убирайся! — закричала она, и из глубин памяти к ней пришло древнее слово, команда на неизвестном языке, которая взвилась с ее губ, как хлыст бича. Ее пронзила дрожь, она, казалось, возникла из глубины земли или из звездной дали. Это была сила истинного могущества.

Языки пламени опали, глаза идола снова стали каменными и мутными. Ферн захлопнула дверь в комнату и в полной темноте поднялась по лестнице.

Позади нее бесшумно двигалось какое-то существо. За Ферн следили желтые глаза волчицы. Ты пригласила меня, подумала Лугэрри, и забыла об этом.

Но Ферн не услышала ее.

— Кстати, — сказала Ферн за завтраком, обращаясь к миссис Уиклоу, — вы не знаете, куда делась одежда дедушки Нэда?

— Ее отдали в благотворительное общество, — сразу же ответила миссис Уиклоу. — Я сама все запаковала. У него были красивые костюмы, старые, но шитые на заказ. Такими и должны быть настоящие костюмы. Нынче таких не делают, хорошие-то они хорошие, да качество не то. Ни вкуса, ни желания делать хорошо.

Надо взять отвертку и открыть замок, подумала Ферн. Или как-то его разбить. Только бы Элайсон не вернулась!

— Один-то пиджак я сохранила, — ворвались в размышления Ферн слова миссис Уиклоу. — Мистер Кэйпел, ваш отец, сказал, что могу взять, что мне нравится, и адвокаты сказали мне то же самое, но я взяла только один пиджак.

— Который? — спросила Ферн.

— Да один старенький, поношенный, чтоб мой муженек надевал его, когда работает в саду. А чего это ты любопытствуешь?

— Я думаю, — Ферн заколебалась, — в кармане этого пиджака может найтись ключ. Ключ, который откроет шахматную доску, что лежит на чердаке.

— Почему ты так думаешь?

— Это был его любимый пиджак, ведь так? Разумно, что он держал в нем свои ключи, — вдруг догадался Уилл. — Во всяком случае, это вполне возможно.

— В карманах ничего и не было, — сказала миссис Уиклоу. — Ничего, кроме дырки. А с чего ты решил, что этот пиджак был его любимым?

— У старых мужчин всегда есть любимый твидовый пиджак, — сообразил Уилл. — Это всем известно.

— А ваш муж не будет возражать, если мы посмотрим пиджак, — спросила Ферн. — А вдруг ключ… Вдруг ключ провалился под подкладку через дырку в кармане?

— Он сейчас должен быть в саду, — сказала миссис Уиклоу. — Идите туда и расспросите его. Наш дом третий от конца деревни.

— У тебя есть какие-то новости? — стал допытываться Уилл, когда они отправились в деревню.

— Я разговаривала с домашним гоблином, — объяснила Ферн. — Ключ, который мы ищем, должен быть в секретере, в потайном отделении. Сейчас нам нужно найти ключ от секретера.

— Это как русские куколки, — сказал Уилл. — В ящичке ящичек, один ключ заперт другим ключом.

Помолчав, он добавил:

— Не поискать ли нам Лугэрри? Она нам может понадобиться.

— Что-то ее не видно.

— Нет, она здесь, — сказал Уилл. — Только она не хочет, чтобы ее видели. Она все время поблизости с тех пор, как появился Джейвьер. — Ферн не отвечала, и Уилл осторожно продолжил: — С того вечера ты тоже стала какая-то странная.

— Я пытаюсь все осознать, — медленно сказала Ферн. — Сначала что-то воспринимаешь, затем осмысливаешь. Я не доверяю Джейвьеру — Древний Дух слишком могуществен. Я не могу доверять и Элайсон — она слишком алчная. Но я не уверена, можно ли доверять Рэггинбоуну. Он сказал мне, что не знает, как поступит с ключом, если его получит. Это может быть правда, а может быть — и нет. Как бы то ни было, даже если мы найдем ключ, мы не получим ответы на все вопросы. Это лишь поставит нас перед другими проблемами.

— Зачем тогда его искать?

— Затем, что я должна это сделать, — ответила Ферн. — Должна.

Мистер Уиклоу работал на грядках в огороде, он был в рубашке с короткими рукавами и в жилете, но пиджака на нем не было. От напряжения и жары лицо его было румяным, как яблоко. Но он выслушал их, оторвавшись от работы, и отвел брата и сестру в оранжерею, где на крючке висел старый засаленный твидовый пиджак.

— Пиджак, — лаконично сказал он.

— Спасибо, — ответила Ферн.

— Проверим кармашки, — нетерпеливо сказал Уилл.

— Да не кармашки, — поправила его Ферн и запустила руку под подкладку. Уилл увидел, как изменилось ее лицо, когда пальцы наткнулись на что-то твердое.

— Нашла?

— Что-то есть…

Она стала постепенно продвигать предмет к дырке в кармане и в конце концов вытащила маленький медный ключ.

— Эврика! — воскликнул Уилл.

Но Ферн не чувствовала особой радости. Вместо ликования даже здесь, при ярком солнечном свете, среди зарослей помидоров она остро ощутила приближение опасности. Ей показалось, что тот, кто следит за ней, прячась за листьями и кустами, искоса поглядывая на нее из-за ограды сада, придвигается все ближе и ближе. Внезапно она ясно увидела уставившиеся на нее красные глаза. Несколько раз до нее доносилось холодное дыхание тени, которая пряталась за спиной. Ферн захотелось поскорее уйти из оранжереи.