Гнев богини Геры - Боггс Тимоти

Он собрался с силами.

И ждал.

Иолай пожал плечами, что-то крикнул про похороны, а потом повернулся к оправившемуся от удара чудовищу и замахал руками, заплясал, подбежал к краю утеса и отбежал назад, высунул язык и, как показалось Гераклу, прикинул, не швырнуть ли в Клотона пару камней, когда чудовище отодвинулось назад, оценило расстояние и сделало бросок.

Иолай закричал и бросился на землю, прикрыв голову руками.

Без колебаний Геракл прыгнул к летевшей вперед голове Клотона, схватился за ближайший рог и потянул на себя изо всех сил.

Голова перекосилась на одну сторону и изменила траекторию движения, но волокла Геракла, пока он не выпустил из рук рог.

Вскочив на ноги, Геракл крикнул Иолаю и побежал к деревьям. По дороге он подхватил Циру под мышки и, не обращая внимания на ее протестующие крики, добежал до безопасного места.

— Сумасшедший! — кричала она и колотила его в грудь.

Иолай весь покрылся скользкой грязью. Он оглянулся в сторону моря и наморщил лоб, размышляя.

— Это единственная возможность, — сказал ему Геракл.

— Нет, не единственная, — заявила Цира. — Мы просто убежим, вот и все.

При свете молний они видели зеленые глаза Клотона, высматривающего добычу, и чувствовали его напряжение, когда он пытался подтянуться повыше.

— Я не понимаю, — заявил Иолай. — Почему ему трудно вылезать на берег?

Цира подперла подбородок кулачком и закусила нижнюю губу.

— Волны, — заявила она, клацая от страха и холода зубами. — Я видела такое и раньше. Они ударяют в него и тянут назад. Если бы не буря и не такие волны, то… — Она поглядела на своих спасителей. — Подождите минуту. Подожди минуту, Геракл, ты не думаешь, что…

Она не успела закончить.

— Один шанс, — сказал он своему другу. — У нас есть один-единственный шанс, и если Посейдон прав, мы можем победить; если он ошибся, мы будем ужинать уже в Аиде с другими душами умерших. Ты должен делать лишь одно — слушать мои команды.

Иолай запустил пальцы в шевелюру.

— Знаешь, все разговоры про мои похороны я вел только в шутку.

Геракл улыбнулся, подмигнул и повернулся к Цире, чтобы объяснить ей ее роль.

Она колебалась.

— Нам нужен вес, — серьезно сказал он, — а у тебя его нет.

Цира осталась непреклонной.

— Если считать это комплиментом, то тебе не кажется, что он немного запоздал?

Клотон заревел.

Буря усилилась, и они оглянулись на город, на молнии и на густой дым над крышами домов.

Наконец Цира всхлипнула и произнесла:

— Я не героиня.

— Сегодня мне кто-то уже это говорил, — мягко сказал Геракл. — Он тоже ошибался.

Иолаю надоело ждать.

— Пошли, — сказал он и направился к утесу.

Туда, где ждал Клотон и следил за каждым их шагом.

Глава XXII

Клыки морского змея

Геракл изо всех сил старался не замечать яростный шторм и сосредоточиться на Клотоне. Голова чудовища медленно раскачивалась, дергаясь лишь тогда, когда удар большой волны лишал его равновесия.

«Эта бестия все знает», — подумал он, но прогнал от себя эту мысль.

— Геракл? — Иолай тщетно пытался вытереть руки об одежду. — Какой счет?

— Если будешь думать про счет, не доживешь до победы. Думай только о том, что мы должны делать в ближайшие мгновения.

Цира отошла на пятьдесят шагов влево, наклонив голову вниз из-за дождя и ветра и плотно прижав руки к бедрам.

Она не поднимала глаз, пока Клотон не заревел, обнажив свои клыки.

— Я ненавижу твои планы, — признался Иолай с улыбкой сожаления.

Геракл не ответил.

Он наблюдал за Цирой, мысленно умоляя ее не впадать в панику, а еще боялся, что ей не хватит проворства, чтобы убежать от морского чудовища.

Клотон ударил по ней еще до того, как она оказалась в сфере его досягаемости.

Она не отскочила и не убежала.

Иолай громко вздохнул.

— Наблюдай, — приказал ему Геракл. — Наблюдай, как он движется.

Клотон еще раз ударил по Цире, но не так, как ударила бы змея. Его голова по стремительной дуге спустилась с высоты, словно это существо знало, как использовать свой вес для придания атаке скорости. Достаточной скорости, чтобы поразить неосторожную добычу, и почти достаточной, чтобы поразить даже осторожных.

Геракл предположил, что море им помогает. Если это так, то шанс у них имеется.

Цира остановилась и посмотрела на мужчин.

Иолай махнул рукой, а Геракл кивнул.

На этот раз Клотон ударил по ним слишком близко, и они отскочили, чтобы избежать острых клыков.

Они придвинулись ближе. Осторожно. Прислушиваясь к шуму моря.

— Хорошо еще, что сверкают молнии, — пробормотал Иолай.

И молнии сразу же прекратились.

Ничего не осталось, кроме ночи. И бури.

— Приятно, — сказал Геракл.

— Это нам подарок, — мрачно пробурчал Иолай.

Мало того, что их ослепила ночь; в довершение всего Клотон перестал реветь, и теперь они слышали только грохот волн, бьющихся об утес.

Гераклу пришлось напомнить себе о том, что нужно дышать.

Внезапно единственный разряд молнии разрезал тучи и ударил в воду.

При этой краткой вспышке Геракл сумел различить огромные зеленые глаза в семи шагах от того места, где он стоял.

Он вскрикнул и отпрыгнул назад, почувствовав толчок воздуха, когда клыки ударили на расстоянии ладони от него, а ближайший даже слегка царапнул по его доспехам.

— Мне не повезло, — сказал ему Иолай откуда-то из мрака.

Иолай никак не мог добиться, чтобы его ладони стали сухими.

Он знал, что ему пригодятся любые преимущества при выполнении своей роли в этой безумной игре, однако руки его подводили.

И не имеет особенного значения, если Геракл промахнется, а он нет. Или если он промахнется, а Геракл нет. Или если один из них поскользнется и будет застигнут этими страшными зубами.

Он содрогнулся.

— Останови его, — где-то слева от него произнес Геракл.

— Что ты имеешь в виду?

— Просто останови его.

Иолай нахмурился. Как он ненавидел, когда Геракл вел себя так; это напоминало ему, что иногда его друг становится бесчеловечным.

И все-таки он почувствовал бы себя намного лучше, если бы смог просто вытереть свои руки насухо.

Еще один разряд молнии разветвился в нескольких направлениях и полыхал достаточно долго, чтобы Геракл упал на колени и увидел, как Цира бежит не назад, а вперед, и нижняя сторона громадной челюсти уже едва не сбивает ее с ног.

Он понял, что чудовище стало выше.

Оно нашло опору среди камней.

Ветер прекратился.

Дождь перестал.

Не осталось ничего, кроме моря.

Геракл почувствовал напряжение, почувствовал, как в нем собираются все силы, когда Клотон готовился броситься в свою последнюю атаку.

Иолай схватил друга за руку, крепко стиснул один раз и отпустил.

— Один шанс, — сказал он и отбросил волосы с глаз. — Нам требуется лишь один шанс.

— Это что — молитва или констатация факта?

— Это так.

— Вот этого я и боялся.

Второй взрыв бури застал их врасплох. Яростный ветер, дождь и волны поставили их на колени. Геракл услышал проклятия Иолая и увидел его, когда молнии возобновили свои атаки на город.

Они стояли и искали глазами Циру.

Геракл ее не видел.

«Нет, думал он, — не может этого быть».

— Там, — произнес Иолай, показывая пальцем.

Ее белое платье сияло неестественным светом на краю утеса, волосы казались ярче молнии. Она подняла руки, а ее губы шевелились. Она дразнила Клотона, вызывая его на новый бросок.

Геракл и Иолай приблизились к ней, понимая, что наступает тот самый момент.

А когда это случилось, Геракл перестал думать и просто дал волю своей силе.

«Все в порядке», — сказал себе Иолай, разминая плечи и поднимаясь на цыпочки, изо всех сил стараясь убедить себя, что он готов ко всему и что все будет хорошо.