Голый край (СИ) - Пешкин Антон

— Значит… — прервал тишину папа. — Вы друзья Майи?

— Па-а-ап, — протянула я, чувствуя, как от его неловких вопросов краснеют уши.

— Что? Я же должен знать тех, кто будет защищать мою дочь.

— Пап, ну серьезно…

— Ну-ка все, цыц! — оборвал он меня на полуслове. — Вот что-то я среди вас воинов-то и не вижу… Вот ты, как тебя…

— Снорри, — подал голос главный ворчун нашей компании. — Обязан Майе жизнью.

— Ага, хорошо… — вздохнул папа. — А как собираешься долг отдавать?

— М? Ну, я защищаю Майю, — пожал плечами Снорри.

— И как, успешно? — отец ухмыльнулся.

— Пока живая.

— Пока?

— Живая.

Черт. Даже я почувствовала напряжение, нарастающее между этими двумя, чего уж говорить о Варсе и Кире. Хотя последней, кажется, от всего этого только становилось весело…

— Снорри, пойми, ты… — начал было отец.

— Стоп. Тихо, пап, мы все поняли. Давай, эм… — я перебила его и стала отчаянно пытаться придумать способ разрядить обстановку. — Пап, давай тренироваться!

— Вот это настрой! — весело ответил папа и вскочил на ноги. — А давай! Бей меня!

Я медленно поднялась и покрепче взялась обеими руками за свою палку, глядя то на нее, то на отца. Тот, казалось, был абсолютно серьезен и даже не собирался защищаться от удара. Впрочем, его-то можно понять, огромный мужик и маленькая девочка…

— Прям бить?

— Давай! — еще задорнее прикрикнул папа.

Я, взяв себя наконец в руки, резко, как могла, замахнулась на него своей палкой, занеся ее над головой, однако не успела я даже завершить удар, как папа легким движением руки выбил у меня палку из рук, взмахнув своей.

— Никогда так не бей! Сила тут ни к чему, в поединке главное скорость и точность. Поднимай оружие!

— Так… Хорошо, ладно… — вздохнула я, снова беря в руки свое “оружие”.

— Давай, еще раз!

Я снова замахнулась на него палкой, уже сбоку, стараясь провести удар как можно быстрее и стремительнее, однако в этот раз прежде, чем я успела бы его ударить, отец ударил меня палкой по пальцам, и я, вскрикнув, выронила свое орудие.

— Ау!

— Борт! — вдруг вскрикнул с полной серьезностью в голосе Снорри и встал между мной и отцом.

Папа улыбнулся, глядя на эту картину. Да, Снорри был здоровым не по годам, но все равно разница была просто огромной.

— Что? Решился наконец-таки защищать Майю, а?! — яростно выкрикнул папа и замахнулся палкой на Снорри.

— Хватит! — крикнула я.

Однако прекращать и не нужно было. Снорри голой ладонью поймал его палку и держал так крепко, что папа не мог вырвать свое оружие у него из рук. Отец ухмыльнулся, оскалившись, и процедил сквозь зубы:

— Что может такая распухшая туша, как ты?

Снорри тихо, утробно зарычал и отпустил палку папы.

Отойдя от него на пару шагов, мальчик принялся стягивать с себя рубашку, оголяя торс, и, черт возьми, я застыла в изумлении. В девять лет этот, на первый взгляд толстый мальчик имел мускулатуру, сравнимую по рельефности с мышцами моего отца. Это было абсолютно ненормально и не поддавалось какому-либо логическому объяснению, однако я видела то, что видела — мышцы, словно вырезанные из дерева, жесткие, с набухшими венами.

— Дьявольские вести, как так может быть? — усмехнулся мой отец, разглядывая Снорри. — Как ты можешь быть таким сильным в твои-то года, мальчик?

— Кушаю хорошо… — смущенно пробурчал он в ответ.

Папа изучающим, пристальным взглядом стал вглядываться в лицо Снорри. Он вообще любил “нападать” на людей этим взглядом — любой бы почувствовал себя на месте мускулистого мальчика неуютно. Однако я уже прекрасно знала, что после этого взгляда…

— Ха-хах! — весело засмеялся отец и потрепал Снорри по макушке, взъерошивая его белокурые, волнистые волосы. — Силен, силен! Но все равно надо учиться сражаться! Сила важна, но гораздо важнее умение! Давай, нападай!

После этих слов, папа и Снорри стали раз за разом бодаться друг с другом, хлестая по бокам палками и иногда пуская в ход и кулаки. Было удивительным то, насколько Снорри изменился за эти годы — я все еще помню первый раз, когда я его вообще увидела. Этот мальчик впечатался лбом в забор и расплакался, а теперь, пусть и не на равных, но с огромным энтузиазмом бился с моим огромным, медведеподобным отцом. Возможно, я и правда недооценила его поначалу, и он может стать прекрасным воином и защитником.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И, как бы мне не хотелось это признавать, защитники нужны были всегда. Он, Варс… Впрочем, насчет младшего не могу сказать, что он показал бы себя хоть раз как храбрый воин. Обычный плаксивый и трусливый мальчишка с чистым сердцем и незамутненным умом. В отличие от брата он умел иной раз подмечать то, что старшему просто невозможно было бы понять.

— Так, хорошо, хорошо! — радостно восклицал отец, отбивая резкие, полные мощи удары Снорри. — Варс! Младший! Присоединяйся!

Варс почему-то взглянул на меня, будто бы уточняя, что речь действительно идет о нем, а не о каком-нибудь другом Варсе. Я улыбнулась ему и кивнула в ответ, отчего он потупил взгляд и взялся за палку.

— Давайте, вдвоем! Если сможете ударить меня в грудь, то сможете победить какого угодно воина!

Варс медленно, осторожно подошел к сражающимся и глубоко вздохнул. Он держал свое “оружие” не так, как я или Снорри, а повторял за папой и использовал только одну руку.

Вдруг он неожиданно уверенно кинулся на моего отца с другой стороны от своего брата. Папа умудрился отбить обе атаки, однако движения Варса были такими стремительными, что я с трудом уследила за его ударом в принципе.

— Снорри! — прикрикнул Варс, и его брат кивнул в ответ.

Снорри кинулся на папу с мощным, широким ударом, и папа легко отразил его, однако в этот же момент Варс бросился на него с другой стороны, нанося удар сбоку. Отец уже выставил было блок, однако прямо перед ударом Варс перехватил палку в другую руку и удар пришел с совершенно другой стороны. Лишь в последний момент папа успел выставить свободную руку перед своей грудью, однако…

— Мертв! — выкрикнул Варс.

Кончик палки слегка касался груди моего папы.

Тот удивленно покосился на палку, которой мальчуган тыкал ему в грудь, и еще через секунду громко, звонко засмеялся.

— Ха, да, да! — сквозь смех восклицал папа и бросил свое “оружие” на камни. — Победили! Ха-ха!

Варс оглянулся и взглянул на меня. Его лицо раскраснелось от напряжения, по лбу стекал пот, а сам он тяжело дышал, но улыбался, глядя на меня. Словно в его взгляде читалась настоящая уверенность в том, что он сможет меня защитить. Пусть и с помощью брата, пусть и преодолевая сильнейший страх, но сможет.

— Вот это было ловко, молодчина! — улыбнулся отец и потрепал по голове Варса. — Так, девочки! Бросайте палки, у меня к вам другое предложение!

Мы с Кирой переглянулись. Она улыбалась, и по ее лицу было ясно, что не так важно что предложит Борт — она согласна на что угодно, лишь бы это было весело и лишь бы можно было посоревноваться со мной.

Папа ненадолго поднялся вверх по утесу, к деревне, и вернулся через несколько минут с кривой, старой доской, на которой углем была нарисована мишень, луком, которым я подстрелила зверя в лесу и стрелами.

— Раз уж вам юбки да сиськи драться мешают, так будем учиться стрелять. — улыбнулся папа.

— Пап! — возмущенно воскликнула я.

— Ну а что? Вот победите меня как два брата — тогда и признаю, что вы настоящие воительницы.

— А если в сраку подстрелим? — коварно ухмыльнулась Кира.

— Кира! И ты туда же?!

— Давай сюда, дядь Борт. Будем соревноваться с Майей, — она, широко улыбаясь, снова взглянула на меня, и от ее взгляда у меня по спине побежали мурашки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Со всеми детьми в этом месте было что-то совсем не так, это я уже давно поняла. Дело даже не столько во мне — все они были со странностями и очень уж умными для своего возраста, во всяком случае Кира уж точно.

Хотя вполне возможно и то, что мне просто вот так вот везет на спутников. Кира сама по себе ничем, казалось, не отличалась от обычной девочки ее возраста. Пять лет это не так уж и много, однако при общении с ней ты довольно быстро начинал понимать, что для ее возраста она обладает слишком уж острым умом и весьма скверным характером. Однажды я даже спросила ее напрямую о том, почему она ведет себя так по-взрослому, а она лишь сказала, что хочет обогнать меня.