Земля под небом - Виктор Митрошенков

9 февраля.Лейтенант Гагарин заступил дежурным по части. Валя чувствовала себя неважно, и Юрий Алексеевич волновался. «К Вале я всегда испытывал необыкновенную нежность и никогда не волновался так, как в эти дни». По его просьбе старший врач полка дважды в течение суток проведывал Валентину Ивановну.

23 февраля.После торжественного построения в части, объявления приказа министра обороны СССР по случаю Дня Советской Армии и Военно-Морского Флота Гагарин заторопился домой. Была большая почта: письма, газеты, поздравительные открытки, телеграммы. Читал, потом углубился в учебник астрономии. Гагарин читал все, что сообщалось о Марсе.

3 марта.На научно-технической конференции в части обсуждался вопрос о подготовке к весенне-летней эксплуатации техники и полетах в условиях неустойчивых температурных режимов. Летчики соскучились по активной работе, мечтали о ежедневных полетах, воздушном пилотаже, стрельбах, перехватах и других хотя и трудных, но необходимых для каждого из них действия в воздушной среде.

Юрий Гагарин говорил о повышении летчиками своих технических знаний, о возможности летчика самому в условиях аэродромного маневра подготовить самолет к повторному вылету. Позже итоги конференции будут обобщены и на их основе издан приказ командира части.

8 марта.Юрий Алексеевич поздравил Валю с днем Восьмого марта. Весь день, это было воскресенье, они провели имеете. Гуляли, радовались приближению весны, приходу в их края светлого времени. Юра приготовил обед, как заправский официант подавал Валентине блюда, ухаживал за ней, шутил: «Чему только семейная жизнь не научит». Проявлять знаки внимания, выполнять ее волю доставляло Юрию удовольствие.

А потом он преподнес жене подарок, был по-мальчишески счастлив, что сумел угадать ее желание.

9 марта.Принимая поздравления с днем рождения, лейтенант Гагарин не предполагал, что с этого рубежа — 25-летия — начнется новый отсчет времени его жизни. Отвечая на приветствия своих товарищей, Юрий Алексеевич вспомнил слова Дидро: «Человек есть единственный пункт, от которого должно все исходить и к которому должно все возвращаться».

Среди подарков, полученных Гагариным в этот день, была книга «Путь в космос» с примечательной надписью: «Это то, что сейчас тебе необходимо больше всего».

10 марта.На предварительной подготовке к полетам была объявлена плановая таблица предстоящих полетов по уплотненному рабочему дню. Необходимо было предусмотреть все: и некоторые потери летчиками навыков, и неустойчивость погоды, и особенности местного ландшафта. Командир звена Леонид Васильев вспоминал: «Местность вокруг была гористой. Сопки достигали полукилометровой высоты, и это затрудняло полеты в пасмурную погоду. Четвертый разворот при заходе на посадку надо было делать на высоте не менее четырехсот метров».

30 марта.При подведении итогов работы за март командир полка, сделав анализ достижений и просчетов, остановился на последующих задачах. Молодым летчикам — завершить подготовку и сдачу на третий класс, провести все виды стрельб, совершить аэродромный маневр. Эти задачи имели конкретное отношение к лейтенанту Гагарину.

6 апреля.Валя почувствовала недомогание. Гарнизонные врачи рекомендовали ее немедленно госпитализировать.

Оставив жену в больнице, Юрий Алексеевич поздно вернулся домой. Всю ночь не спал, бегал звонить.

7 апреля. Из-за непогоды полеты сорвались, был день командирской учебы. Начальник штаба полка, главный блюститель учебного порядка, разрешил лейтенанту Гагарину, учитывая его положение, выходить из класса без разрешения. Занятия на ум не шли: как там Валя? «Я переживал, — писал Юрий Алексеевич Гагарин в своей книге «Дорога в космос», — и довольно-таки часто звонил из гарнизона в родильный дом. Надоел всем ужасно…»

Пробовал читать рассказ Ивана Ефремова «Кор Серпентис», опубликованный в журнале «Юность». Несколько раз принимался за первый абзац: «Сквозь туман забытья, обволакивающий сознание, прорвалась музыка». Какая музыка? При чем здесь музыка! Начинал читать снова и снова ничего не понимал. Пропустив несколько абзацев, зацепившись, как за крючок, за новый, пытался вчитываться: «Центральный пост управления звездолета напоминал довольно большой круглый зал, надежно скрытый в глубине гигантского корабля..» Кто-то куда-то летит! Зачем? Юрий Алексеевич не думал в эти дни о том, как надо себя вести. Он вел себя естественно и обыденно, то есть был самим собой.

8 апреля.Товарищи хорошо понимали переживания Юрия Алексеевича, были внимательны и чутки к нему.

9 апреля.Утром состоялся разбор полетов. Командир эскадрильи четко изложил свои взгляды на прошлый летный день, дал оценки действиям каждого должностного лица. Решетов не учинял разноса, не обижал сравнениями, не грозился наказать своих подчиненных за ошибки и промашки. Что иногда было бы правильно. Все ошибки в действиях подчиненных он считал недоученностью личного состава, его личной недоработкой.

10 апреля.В семье Гагариных событие: родился первый ребенок — дочь Лена. В Оренбург и Гжатск ушли телеграммы о рождении дочери.

12 апреля.Ездил в больницу. Передал Валентине фрукты, записку, поздравительные телеграммы. Обращаясь к жене, Юрий Алексеевич писал: «Дорогая Валюта! Спасибо! Поздравляю. Ты исполнила мое желание. Дочь — это прекрасно. Мы воспитаем ее настоящим человеком, она будет гордостью Гагариных, а может быть и страны…»

Бывая в магазинах, Юрий покупал не только детское белье, посуду, но и книжки.

— А зачем книжки? — спросит соседка. — Еще рано…

— Рано? Книги? Любовь к книге надо прививать с первого дня!

13 апреля.Новости в небольшом гарнизоне распространяются с необыкновенной быстротой. Гагарина поздравляли, справлялись о здоровье жены, предлагали свои услуги, вручали подарки. Юрий, смущенный таким вниманием, не мог скрыть радостной улыбки. Он был счастлив от того, что родилась дочь, что Валентина чувствует себя хорошо, что все тревоги позади. Для новорожденной было выбрано одиннадцать имен. Окончательное слово было оставлено за Валентиной Ивановной.

17 апреля.Валентина Ивановна вернулась из больницы. Дома был наведен образцовый порядок, натоплено. Отныне все здесь было подчинено самому юному члену семейства. Голос Лены приводил в трепет молодых родителей, вызывал панический страх, поднимал среди ночи, не давал покоя днем.