Дневник Старого Гнома - Дмитрий Евгеньевич Самсонов

думал, что придётся вмешиваться и оказывать поддержку, но Генрих прекрасно справился сам. После нескольких встреч и обсуждений деталей, Аквила прибыл в Львиный Коготь, для официального вступления в должность исполняющего обязанности короля. По этому поводу была организована церемония «передачи короны», проходившая в тронном зале дворца. Тиберий и Генрих торжественно возложили корону на голову Аквилы, затем все присутствующие преклонили колено в знак повиновения. Аквила встал с трона и вышел на балкон дворца, чтобы сказать речь собравшемуся на площади народу. При появлении его на балконе, шум на площади многократно возрос, но стоило ему поднять руку, как все стихли и стали слушать.

— Жители славного королевства Льва! Я благодарю вас, за оказанные мне честь и доверие занять столь важную и ответственную должность. В свою очередь я клянусь служить на благо королевства и сделать всё, что в моих силах для его процветания. Надеюсь, что сегодняшний день навсегда войдёт в историю как первый шаг на пути к созданию мощного, единого королевства людей. Королевства Льва и Орла! Вместе мы сила!

Под громкий шум толпы король Аквила вернулся в тронный зал, где приступил к исполнению своих обязанностей, незамедлительно начав совет королевства и обсуждение текущих проблем. Состояние короля Лео не менялось с момента возвращения из Древнего леса. Его было решено поместить в специальный храм, строительство которого уже началось во внутреннем дворе замка. По условиям соглашения с королём Аквилой, все, находящиеся на управляющих должностях в королевстве Льва, оставались на своих местах, Аквила получал титул исполняющего обязанности короля до момента изменения состояния короля Лео. В случае его выздоровления — Аквила будет обязан покинуть свой пост, а в случае смерти — дальнейшая судьба королевства будет решаться на очередном совете. Так же совет королевства имеет право отстранить короля Аквилу с вверенной ему должности, в случае если, по решению совета, его действия будут явно противоречить интересам королевства.

Февраль 448 года (17 года от Рождения Пламени)

Матус и Дра-Йото вместе с другими шаманами по-прежнему безуспешно пытались найти способ вызволить Лучэль из мира духов. Драй-Йото и Матус регулярно общались с эльфийкой, застрявшей в Йото-Вире. Но с каждым годом выходить на контакт становилось всё сложнее. Сознание Лучэль словно замораживалось в мире духов, и шаманам приходилось её «будить», каждый раз затрачивая на это всё больше времени и сил.

Элбримир отправил во все эльфийские города орбов с призывом определить новый состав Вождей Лесного братства. Согласно распоряжению Вождя, каждый профильный город должен был выбрать представителя, который явится в Город у Древа на совет Братства в роли Вождя. От Кузнечного города приехал Джаланиль — молодой, зеленоглазый эльф, которого промышленники избрали своим Вождём. Представлять эльфийскую армию стал Руахарил — командир одной из пограничных застав, отличавшийся особой строгостью и требовательностью к подчинённым, но в тоже время, уважаемый всеми солдатами, за справедливость и талант полководца. Маги в свою очередь выдвинули в Вожди лучшую ученицу Лучэль — Тейрину.

— Братья мои! И сестра! — улыбнулся и начал совет Братства Элбримир, оглядывая новоиспечённых вождей. — Я рад приветствовать вас всех. Вам было оказано особое доверие, которое вы обязаны оправдать. Наш народ верит в нас, и мы не имеем права его подвести. Так что приветствую вас всех на совете Вождей Лесного братства. Во благо гармонии!

— Во благо гармонии! — подхватили остальные Вожди, все они явно нервничали, а Джаланиль, будучи самым молодым из них, переживал сильнее остальных.

— Джаланиль, не бойся, тут никто не кусается. — посмеялся Элбримир, глядя на неуверенные движения кузнеца.

— Да, хорошо, Вождь! — растерянно пробормотал Джаланиль.

— Ну, ты меня ещё Ваше Величество назови! Прекращай это, достаточно просто по имени. — возмутился Элбримир. — Похоже, я слишком напугал вас своей речью об ответственности.

— Просто я никогда не думал, что увижу совет Братства, не то что буду в нём участвовать. — оправдывался Джаланиль.

— Хах, а я и сейчас не вижу ни совет, ни Вождей. — самоиронично посмеялась Тейрина, разряжая обстановку. Что бы ни смущать окружающих, и не привлекать внимание веками, провалившимися в пустые глазницы, она носила тканевую повязку и максимально прикрывала лицо длинной каштановой чёлкой.

— Так, коллеги! Кажется, мы отвлеклись от сути нашей встречи. — вступил в диалог Руахарил.

— Не кипятись, Руахарил, пусть молодёжь втянется. Но ты прав, мы отвлеклись. Я хотел несколько пояснить вам цель созыва совета Братства и его обязанности.

Несколько часов Элбримир рассказывал новым вождям о деятельности совета, обязанностях и полномочиях Вождей, их взаимодействии. Затем сообщил о необходимости вникнуть в проблемы своей отрасли в масштабах всего Братства и к следующему совету изложить имеющиеся трудности, а также предложить пути их преодоления. Когда совет закончился, Элбримир попросил Руахарила задержаться.

— Что думаешь, молодёжь справится? — обратился Элбримир к Руахарилу.

— Должны. Судя по тому, что избрали именно их — они лучшие в своём деле. Тяжело им правда будет, долго вникать во всё. Слишком они молоды. — ответил Руахарил.

— Мы тоже когда-то были молодыми. Но у них есть преимущество — в их распоряжении не только наш опыт, но и свой новый взгляд на многие вещи.

— Время покажет. О Лучэль есть вести? — спросил армеец.

— Всё по-прежнему. И мы, и шаманы бессильны в этой ситуации. По крайней мере, как сказал Матус — надежда есть. Так что будем надеяться.

— Не знаю, стоит ли так всецело доверять Племени. — скептически сказал Руахарил.

— Пока они всегда держали слово и не обманывали нас. Лучэль тесно общалась с Матусом.

— И чем это закончилось? Может, мы просто не знаем об их обманах. Стоит приглядеться к ним, мало ли.

— Возможно, ты прав, я уже давно не знаю, кому можно верить, а кому нет. А что с ногой? — спросил Элбримир, заметив, что его собеседник сильно прихрамывает.

— Подарок на память от Амгорма. Периодически хромота нападает. Не болит, да и ладно. — ответил Руахарил и зашагал к выходу.

На следующий день новые Вожди принесли клятву верности Братству и гармонии, после чего они официально вступили в должность.

Октябрь 472 года (41 года от Рождения Пламени)

Дракон снова стал нападать на поселения людей чаще, атаки происходили раз-два в месяц. Поскольку крупные города имели защиту и систему обнаружения, чудовище сконцентрировало свой гнев на небольших крестьянских посёлках, порою выжигая их полностью. Вместе с жесткой налоговой политикой, начатой Лео и продолженной Аквилой, это привело к тому, что многие разорившиеся крестьяне стали покидать насиженные места и уходить в Южную степь. Там не было ни дракона, ни солдат казначейства, отбирающего имущество и превращающего людей в бесправных долговых рабов. С новой волной нападений дракона, должников