Мажор и Отличница (СИ) - Стеффи Ли

следить! — обиженно оправдывается Тоха, — Но, может, ее свиданка с Ником была так ужасна, что она пошла к Нестеру стирать с себя перенесенный ужас. — шутка видится ему смешной, и он расплывается в дурацкой улыбке, а потом получает от брата смачный пинок и слова:

— Сколько раз тебе повторять, это была не свиданка.

Да я уже и сам знаю, что у них с Милой не было никакого свидания. Догадался, что Ник рассказал про нашу с Нестратовым и Ивлиной историю. Понимание пришло сразу после того, как Пандочка прислала мне недавно сообщение на телефон.

— Что именно ты ей рассказал? — хмуро спросил тогда у Ника.

— До тебя наконец-то дошло, — хмыкнул мой сводник. — А я надеялся дольше будешь тупить. — посмотрел на меня, вздохнул и миротворчески поднял руки. — Только по верхам прошелся, исключительно про вас троих. Ничего про до и после не говорил.

Глава 25

Вжавшись в сидение и умоляя ремень безопасности меня спасти, я наблюдаю за хмурым лицом Ветрова, которое с каждой секундой пугает все сильнее, а скорость машины никак не снижается.

Я даже не поняла на что так запросто подписалась, когда взбешенный супостат, в чьих глазах мелькали огненные вспышки, вдруг встретил меня на выходе из университета. Сухо поздоровался и в приказном порядке — его горячо любимом — велел идти за ним.

Зачем-то кивнула и расправила плечи в позе «мне совершенно не страшно». Попрощалась с Катей и пошла за поджидающим в положении «кипящее нетерпение, линчую-без-промедления» наставником.

Подруга загадочно подмигивала. Улыбалась. Обрадованно демонстрировала большие пальцы обеих рук.

Вот она совсем не умеет считывать окружающую действительность. С таким же успехом могла отдать меня в руки психопата. А затем пообещать не брать телефон, если я буду настойчиво ей названивать.

Вначале я подумала, что Ветров хочет обсудить со мной смску, которую получил от меня пару дней назад. Ведь я не придумала ничего лучше, как послать короткое и незатейливое сообщение.

Мила: Привет. Если ты не против, то можешь и дальше оставаться моим наставником.

Знаю, попахивает повелительно-благородным склонением. Но я переписывала раз сто пятьдесят! Потом мне надоело, я психанула, взбесилась сама на себя и отправила вот это.

Затем ходила кругами по своей комнате, нервно покусывая нижнюю губу и сжимая в руках телефон, пока не получила ответное сообщение. Лаконичное.

Лошадь Возмездия: ОК.

И если «Ок» — это не так уж и плохо, то «Ок с точкой» — это, определенно, не добрый знак. Но писать «я передумала» или «ошиблась номером» было поздно.

А теперь я сижу в чужой машине. Вжимаюсь спиной в сидение и понимаю, что гонки никогда не станут моей страстью.

Когда разбогатею, у меня обязательно будет личный водитель по имени Светозар. Нет, не молодой красавчик с кубиками, которые аж через рубашку просвечивают, а взрослый мужчина с большим (просто-таки колоссальным) водительским стажем, никогда не превышающий скорость. Но кубики, конечно, не возбраняются, а вполне могут идти бонусом. И седая ухоженная бородка тоже.

— Почему иногда ты так сильно выводишь меня из себя? — хмуро произносит наставник, кидая в меня недобрый взгляд.

Чего?

Да я близко к нему не подходила в последнее время.

Когда бы я успела?

Или это он решил высказаться еще с того раза?

— Ты меня тоже, знаешь ли, часто выводишь из себя! — не задумываясь, бросаю в ответ.

Зачем тогда «ок» писал?

Знала же, что ок с точкой не к добру.

Вот как чувствовала.

— Но это не значит, что я хочу убиться с тобой на высокой скорости.

— А с Артемом хотела бы? — усмехается психованный наставник. — После вчерашнего в облаках летаешь?

— Ты, о чем?

— О чем? Весь универ уже знает, как он тебя домой отвозит и говорят… — морозный взгляд «арктический лед» прямиком врезается мне в лоб. — Ты его в гости приглашаешь…

— Чего?

Как вообще такое возможно? Нестратов и правда пару раз останавливал свою машину около автобусной остановки и предлагал отвезти до дома, но…

— Артем, как настоящий джентльмен, — специально подчеркиваю последнее слово, — Действительно предлагал подвезти меня до дома, но я всегда отказывалась.

Не оправдываюсь, просто не хочу, чтобы он думал не пойми что. Тем более, с Нестратовым после того, как я полностью узнала ту историю совершенно нет никакого желания общаться.

— А кто и что говорит, меня не касается!

— То есть ты с ним не спала?

Он меня совсем не слушал?

Считает, я отдаюсь людям на автобусных остановках?

Хотя, кто его знает, может он сам такое часто практикует, вот и от других подобное непотребство ожидает. Только поражает меня даже не это, а его взгляд, когда он задает вопрос. Не злой, не психованный, а будто затравленный. Словно ему совсем не все равно…

Машина резко останавливается, и ремень приходит мне на помощь, иначе я бы сейчас с ветерком вылетела в лобовое стекло. А вот водителя, кажется, никак не трогают ни быстрая скорость, ни резкое торможение.

Особое свойство извращенцев? Надо не забыть погуглить свою догадку.

— Отвечай! — вновь возвращает голосу былую властность.

— Ты совсем больной? Я же уже объяснила! И потом с какой стати мне с ним спать? И вообще, какое твое дело с кем я сплю?

— Никакого! — гневно выдает Дмитрий — гроза дорог и моей, скорее всего порядком пошатнувшейся, нервной системы.

— Но ты под моей протекцией. Сама написала мне, что хочешь, чтобы я продолжал быть твоим наставником. Значит, я продолжаю. — хочется возразить, что текст нагло исковеркан, — А значит, любая тень на тебе ложится также и на меня!

Какое интересное умозаключение…

— То есть, — задумчиво тяну я, — Если бы я, чисто гипотетически, переспала с Артемом, из этого бы следовало, что и ты с ним тоже…? Раз, если тень на меня, то и на тебя… — но безумный взгляд, которым Ветров меня прожигает, заставляет мой нахальный рот заткнуться.