Вехи прожитой жизни - Руслан Георгиевич Илаев

полиции сразу повел себя дерзко и по- хамски, словно не был подследственным. Нагло заявил, что ему терять нечего и, если не помогут остаться в живых, то он с собой заберет на тот свет Габеева, оклеветав его на допросе, что тот якобы был активным карателем. Все это говорилось в присутствии двух конвойных…

А дальше произошло вот что. Отец, возмущенный поведением Осмоловского, приказал отвести его обратно в барак. Но затем передумал, опасаясь, что бывший начальник полиции может спровоцировать Габеева на конфликт, и отправил его в одиночную камеру. Затем доложил старшему по команде, своему непосредственному начальнику, о поведении Осмоловского и его угрозах в адрес Габеева. Сказал, что при этом присутствовали двое конвойных, которых также возмутило поведение Осмоловского. Капитан МГБ внимательно выслушал доклад отца и попросил написать на свое имя докладную о происшедшем, а от названных отцом конвойных объяснительные. В рапорте на имя начальника отец подробно указал обстоятельства происшедшего. Затем докладную и две объяснительные передал лично в руки капитану и обратился к нему с вопросом:

— Товарищ капитан, мне Осмоловского вернуть в барак, он сейчас в одиночной камере находится?

— Зачем. В этом нет необходимости. Вот его личное дело — бывшего урядника белого казачества и бывшего начальника полиции. Не в его положении было так разговаривать с представителями законной власти, он наш враг еще с гражданской войны, а судя по тому, что он творил в должности начальника полиции, ему пощады не будет. Вы ведь помимо караульной службы входите в состав расстрельной команды, не так ли? Ну вот, я Вам поручаю и приказываю, сегодня же вечером привести приговор в исполнение. Следователь МГБ присел за стол и красным карандашом на титульном листе личного дела в левом верхнем углу аккуратно вывел «Расстрелять». Назад в барак бывший начальник полиции больше не вернулся, ибо этой же ночью приговор был приведен в исполнение…

К теме этого разговора мы с отцом никогда не возвращались. С фотографом я больше никогда не встречался. А спустя два года перевелся на военно- медицинский факультет при Горьковском медицинском институте, а еще через два года получил свое первое воинское звание — лейтенант медицинской службы. Начинал службу на кораблях в Севастополе, а затем волей случая оказался в Ленинградской военно- морской базе в Кронштадте. В 1994 году у папы неожиданно случился инсульт, однако на удивление всем он очень быстро оправился от опасного недуга. После того, как он прошел реабилитацию в санатории «Осетия», не осталось даже остаточных явлений. Однако не зря в народе говорят, что беда не приходит одна. В 1996 году у отца выявили онкологию в пищеварительном тракте в четвертой стадии распада. Это известие ввергло меня в ужас, но тем не менее я решился на операцию. Отцу удалили часть пораженного раком кишечника, и он вроде стал чувствовать себя гораздо лучше. Однако чуда не произошло, и через два месяца состояние его резко ухудшилось. Я сказал об этом маме и предложил отвезти его в Осетию на поезде, ибо он очень ослаб и с трудом передвигался. После переезда я не отходил от него, ибо видел, что его жизнь неумолимо угасает. Но однажды наедине он неожиданно огорошил разговором, суть которого заключалась в продолжении начатой когда- то темы:

— Ты знаешь, в своей жизни я убил немало людей. Одних — в боях на фронте, других в лагере расстреливал по приговору военного суда. Может быть все это было не нужно, и зря я пролил их кровь, посмотри, что на улице делается.

Я ответил умирающему отцу, держа его руку в своей:

— Послушай, папа, если бы ты убил их в десять раз больше, я все равно одобрил бы твои действия. Если бы ты их не убил, они убили бы тебя! Ты защищал нашу фамилию и свой народ. А сейчас защитить тебя — моя обязанность, но я не могу тебе помочь, и это меня сильно угнетает. Что касается того, что творится на улице, это скоро пройдет, все станет на свои места и порядок будет восстановлен, а многие получат по заслугам. Хочешь, я тебе лимонад принесу?

Вместо лимонада я подавал отцу шампанское, оно ему нравилось и пьянило, и боль несколько приглушалась. Я привез несколько ящиков этого «лимонада», и мы наливали ему по его первому требованию. Папа умер через месяц. Я похоронил его в Ардоне среди «наших», где были захоронены многие из немногочисленной фамилии. Мама пережила отца на пятнадцать лет. Она сейчас рядом с ним у его изголовья…

Выборы в Парламент

В 2005 году я начал работать врачом- методистом в муниципальном управлении здравоохранения АМС Пригородного района. Само управление располагалось на третьем этаже здания администрации. Нашим начальником был в ту пору Александр Есиев. Он ранее занимал должность заведующего реанимационным отделением районной больницы, затем в девяностые ушел в бизнес, а сейчас вот возглавил здравоохранение района.

Однажды в начале ноября мне позвонила секретарша главы администрации и предупредила, что Павел Резоевич приглашает меня к себе. Честно говоря, был удивлен приглашением главы района. Последний раз я был у него год назад, когда устраивался на работу в здравоохранение района, а затем все его распоряжения и указания передавались и осуществлялись через руководителя районного здравоохранения Есиева. Тем не менее сразу же спустился на второй этаж в приемное отделение к секретарю и доложил о прибытии. Секретарь — миловидная девушка — предложила присесть и подождать, когда глава администрации освободится и сможет принять. Кроме нас двоих в приемном никого более не было, и очень скоро, минут через пять, мне было разрешено войти. Павел Резоевич, поздоровавшись со мной за руку, и, усадив меня за стол, предельно ясно обозначил мне мою задачу:

— Необходимо объективно проверить состояние всех подразделений здравоохранения района и доложить мне результаты проверки в виде итогового акта, с обязательной оценкой проверяемых объектов и указанием виновных. Сроки осуществления проверки — один месяц.

Столь жесткие рекомендации меня не удивили. На флоте регулярно приходилось участвовать в различного рода проверках, и весьма очень даже строгих, и жестких. Удивило другое, почему это поручение было адресовано непосредственно, а не через начальника здравоохранения. Но приказы начальников не обсуждаются, а выполняются точно и в срок. В течение месяца были проверены три больницы, одиннадцать врачебных амбулаторий и восемь ФАП- в. Результаты проверки были оформлены в виде итогового акта и представлены на рассмотрение главе района. Я указал, что состояние дел во всех подразделениях здравоохранения района неудовлетворительное, и предложил привлечь