"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра

— Справишься? — уточнил генерал уже с лестницы. Здоров этот Вово, ничего не скажешь, но воинское дело и ещё кое-чего требует, а под землёй шастая, разве нахватаешься умения?

— Ты ж всех уступил! — обиделся Вово, меч воткнул в пол, поднял кулаки и пальчиком поманил тролля на себя.

— Да сколько хошь, только дверь запри, а то ещё понабегут.

— Так и пускай бегут. Не то сам пойду искать.

— Тогда я пошёл за Коальдом?

— Двигай, друг! И троллей, троллей мне шли!

— А коли не пойдут? Спихивать?

— Лучше кричи. Сам подымусь, не гордый. А кидать начнёшь, ещё приплюснешь.

Генерал кивнул, развернулся и побежал по лестнице. За спиной глухо стукнуло, словно по дереву, кто-то из поединщиков ухнул, снова стукнуло, но Вово уже доказал свое умение в этой области. Поднявшись на пролёт, Панк не удержался, таки оглянулся. Тролль стоял без топора, месил воздух ручищами, Вово откровенно развлекался, прыгая на носках и ускользая от плюх.

— Коли наружу пойдёшь, щит возьми, вдруг там с луками, — посоветовал генерал и весело двинулся выше, шлёпая по дереву босыми пятками. Взбежал ещё на пролёт, и тут пришлось замедлить шаг, а потом и вовсе остановиться, потому что на площадке стоял очередной онт. Не особо высокий, крепко сбитый, в лёгких чешуйных латах и открытом шлеме. Молча ждал, пока гоблин поднимется вровень, только тогда вытащил из ножен меч — странный для онта, односторонний, чуть изогнутый, под одну руку.

— Генерал Панк. — Онт поднял меч, отдал салют. — Я, веришь ли, был против столь низкого с тобой обращения. Турд моё имя, мой род тем славен, что ни один из нас не утратил чести на поле боя.

— А жизни? — Генерал посматривал на меч Турда, опасный меч, странный. Даже он, хоть и повидал оружия бессчётно, не сказал бы, откуда меч родом, как таким работать, не то меч, не то коварная сабля. Сойдись с сим почитателем славы отцов на тяжком двуручном мече, да в должном доспехе — и не посмотрел бы как на помеху… Но сейчас у него в руке меч такой же лёгкий, острый и не длиннее, стало быть, на равных.

— Что жизни? Многое дороже. Не опозорю и я предков. — Турд стряхнул со спины щит, скинул за перила, поколебался чуток, вынул из ножен кинжал и тоже отбросил. — Не против ли ты, что я в доспехе? Снимать долговато будет.

Генерал смерил длинным взглядом, удивленно качнул головой.

— Не против. Эт тебя не спасёт. Хм, надо же, в какой глуши попадаются честные воины! Аж убивать жалко.

— Да и я не в восторге, но так уж сложилось. Изволь защищаться!

— Так, может, арбалетчика уберёшь? Я под болтом чегой-то нервничаю.

Турд изумлённо задрал брови. Генерал глазами указал ему за спину, выше по лестнице, онт развернулся с великим негодованием, сейчас дать незваному пособнику по шее, ишь, с арбалетом полез в честной двобой! Увидел, понятно, пустую лестницу, уже понял, но ещё не поверил, ну не может же быть, ну генерал же, ну благородный же воин… Да не замарает же честный меч, пусть даже не свой, ударом в спину!

Благородный воин меча марать и не собирался, да и в спину бить не стал, строго избегая нарушения буквы покона. Меч он переложил в левую руку, а пальцы правой сжал в пудовый кулак и тяжко обрушил на затылок онта. Турд слабостью не страдал, но тут рухнул на колени, словно вбитый дубиной в твёрдое дерево. Тут бы генерал его и оставил, да зашиб пальцы о железный шлем, осерчал. Вот ведь, выискался поединщик! Кинжал какой хороший выбросил, это ж его теперь сколько искать придётся? Так что сгреб бесчувственного онта за голову, крякнул — и отвернул её набок. Оно и к лучшему, в тылу не стоит оставлять живого врага… даже такого правильного.

Вынул из разжавшихся Турдовых пальцев странный меч, мало ли, пригодится, генерал и двумя клинками сразу умел орудовать, на что горазды немногие. Внизу хлопнула дверь, кто-то ворвался, лязгнуло, бухнуло, раздался краткий захлебнувшийся вопль. Снаружи донеслись звуки немалой суматохи — то ли собирались штурмовать, то ли удирать, а не то под шумок сами себя грабили. Ну, и до этих доберёмся, а пока невтерпёж пообщаться с заводилой. К тому же высоко над головой мелькнул ещё кто-то в знатной кольчуге. Генерал покосился на сапоги Турда, с сожалением отметил, что на его лапищи никак, а жаль, прочные, сносу бы не было. Вздохнул и пошлёпал дальше наверх. Интересно, а Коальд тоже из такого честного рода, как Турд?

…Теперь уже свою смерть видел Коальд. Да, он был могуч и умел, но гоблин застал как никто и никогда — врасплох без доспехов. Уже сроднился с двойной железной одежкой, когда была нужда, бестрепетно подставлял под мечи и даже топоры закованные в сталь руки, тем более что секирой трудно парировать, а на щит нет свободной руки. Сейчас же помнил, что руки беззащитны, мышцы хоть и твёрже иного дерева, но сабля гоблина перерубит с единого маха. Сам, кабы не было нужды защищаться, рассёк бы мерзкого татя надвое, но тот тоже видел слабость онта, загнал в глухую защиту, рубил быстро-быстро, лишь бы не дать нанести удар. Коальд только и успевал что подставлять рукоять секиры, сейчас благословлял бахвальство, из которого оковал прочное и без того дерево толстым листовым железом. Единственный раз ухитрился рубануть едва ли в треть силы, Чумп поймал удар на щит, тот долго ещё гудел, как генерал Панк на поминках штабного писаря, и больше гоблин этот опыт не повторял. Пару раз пропахал вскользь по Коальдовым волосатым ручищам, онт каждый раз отдёргивался, как будто никогда не получал подобных подарков… впрочем, может, и не получал, если привык к доспехам. Там уж либо рука напрочь отлетит, либо ничего не заметишь. Рукава халата начали набухать кровью, Коальд заметно запаниковал, начал было пятиться к стене с оружием, чтоб сменить неудобную секиру на что-нибудь помобильнее.

Чумп заметил, усилил натиск. Сейчас работал уже на износ, язык вот-вот вывалится на плечо, в глотке пересохло, глаза щиплет от едкого пота, не свалиться бы раньше онта! Тот как воин на порядок сильнее, равного Чумп бы достал сразу, а этот даже с таким несусветным агрегатом, как огромная секира, ещё держится. Удалось загнать его между двумя панцирями, Коальд тут же опрокинул на противника оба, не достал, конечно же, но попытка не пытка. Теперь, как сразу поняли оба, коли он не сможет взять верх, ему нужно дождаться подмоги. Не так уж много, учитывая, что его братия прямо за этой вот дверью! Коальд сопел, по роже видно было, что только гордость именитого бойца не позволяет заорать, созывая на помощь. Надо помочь, решил Чумп. Задерживаться здесь не с руки, того и гляди, какой-нибудь умелец влезет на стену и выстрелит из-за окна. Увернуться бы, выйти из боя, а Коальда пусть генерал добивает. Чумп по возможности незаметно оттанцевал к двери, пнул её. Заперто!

— Бежишь? — прошипел Коальд, сделал выпад, не попал, тут же отскочил, но и гоблин не отстал, не дал разорвать дистанцию, сабля всё сверкала, не давая вздохнуть. — Некуда тебе… Ключик-то у меня… Попробуй… возьми…

Из-за двери внезапно донёсся звон мечей, кто-то взревел от боли, какой-то онт отчаянно заругался. Хм, мятеж, что ли? Драка за наследство Коальда? Не влипнуть бы во что похуже, подумал Чумп с чисто гоблинским оптимизмом. Да полно, будут ли драться между собой, когда есть он, недобитый Чумп? Ой, вряд ли! А значит — генерал, что ли?

— Слышь, борода… Там тоже гуляют… Пошли к народу? Авось и нам местечко найдется!

— Твое местечко в аду!

— А твое в колодце. С ёршиком.

Этого Коальд не вынес, даже если не понял. Взбесился окончательно, заскрипел зубами, заорал, срывая горло:

— Саб-Зиро! Яви чудо!

И попёр прямо, полосуя воздух секирой и уже не заботясь о сохранности своей шкуры. Ярость берсеркера захлестнула с головой, и пусть сейчас погибнет — всё равно уже не осознает, но если победит — значит, Саб-Зиро и впрямь благоволит ему!

Никакого чуда Саб-Зиро ему, разумеется, не явил. Явил сам Чумп — чудо ловкости. Куда он делся из-под секиры, Коальд так и не понял до конца жизни. Секира с сухим треском ушла в толстое дерево двери так глубоко, что наверняка вышла с той стороны. Онт, хоть и утратил уже остатки рассудка, каким-то рефлексом опытного воина понял, что её теперь не вырвешь, выпустил рукоять и вслепую отпрыгнул к стене с оружием. Это была его оружейная, он знал, что где висит, уже разбросал руки, чтобы ухватить сразу кистень и короткий толстый гладий.