Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Неферата двигалась, соблюдая максимум осторожности, и чудом сумела избежать столкновения с несколькими слугами, приступившими к работе в такой ранний час. Ей потребовалось минут сорок, чтобы достичь дальней стороны дворца, того пыльного заброшенного крыла, где Ламашиззар хранил свои самые мрачные секреты. Главные двери в это крыло оказались заперты, но Неферата этого ожидала. За какие-нибудь несколько минут она обнаружила вход для слуг и стала нащупывать путь в гнетущей тьме, лежавшей по ту сторону.

Паутина призрачными нитями задевала лицо царицы. В узком коридоре без окон было темно, как в гробнице. Неферата слышала, как из-под ног, шурша, разбегаются крысы, и бранила себя за то, что не догадалась захватить огарок свечи. Стиснув зубы, она протянула руку, нащупала слева стену и пошла, держась за нее.

Было холодно и сыро. Пальцы то и дело задевали скользкие участки, покрытые плесенью. Один раз из-под пальцев выскочило что-то большое, многоногое, и она с трудом удержала крик. Насколько Неферата знала, сам царь или его соратники могут находиться где-то рядом, и если ее поймают… Она даже думать не хотела, что с ней тогда сделают.

Примерно через двадцать футов рука нащупала деревянную дверь. Неферата пошла дальше, отсчитывая дверные проемы. Прошло больше ста лет с тех пор, как она последний раз заходила в святая святых Ламашиззара, но царица помнила, что находится его убежище в центре крыла, далеко от окон, сквозь которые можно увидеть предательский свет ламп, горящих поздно ночью. Добравшись до десятой двери, она остановилась и попробовала открыть щеколду. Та подалась, проржавевший металл заскрежетал, и звук показался в этой гнетущей тьме оглушительно громким. Неферата застыла, боясь вздохнуть. Прошло несколько томительных секунд, но ничего, кроме возни разбегающихся крыс, она не услышала.

Дверь открылась, слегка скрипнув деревом о песок, собравшийся на плитах песчаника. Сквозь окна с восточной стороны дворца сочился предутренний свет. Его едва хватало на то, чтобы различить окружающее. Неферата оказалась в узком коридоре, ведущем на восток и соединяющемся с широким центральным проходом, что тянулся через все крыло.

Передвигаясь как можно тише, она прокралась в конец коридора для слуг. Со стен центрального прохода много лет назад содрали все драпировки, вытащили отсюда всю мебель, все украшения и тайком продали на городском рынке в самые бедные годы, чтобы выплатить долг владыкам Шелковых Земель.

Толстый слой пыли, лежавший на полу в центральном проходе, посредине был вытерт. Вглядываясь в сумрак, Неферата пошла по широкому коридору, придерживаясь этого следа. Он закончился у ничем не примечательной двери справа от нее.

Сердце опять заколотилось. Она положила руку на засов, понимая, что это решающий момент — стоит пересечь порог, и пути назад не будет.

Это не ради меня, напомнила себе царица. Это ради Ламии.

На сей раз смазанный засов негромко звякнул, когда она на него нажала. Неферата толкнула дверь кончиками пальцев, принюхиваясь к слабому запаху благовоний и пролитой крови.

В жаровне, стоявшей в дальнем конце комнаты, еще тлели угли. Неферата помедлила на пороге, пытаясь разглядеть, что там внутри. Столов было больше, чем ей помнилось, почти на всех валялись кучи бумаг, папирусные свитки и неаккуратные стопки книг в кожаных переплетах. Тут и там стояли деревянные стулья и драные диваны, кубки с вином и подносы с недоеденной пищей. Царица с отвращением скривила губы. Больше всего это напоминало захламленную библиотеку какого-нибудь богатого молодого аристократа.

Убедившись, что ни Ламашиззара, ни его приспешников поблизости нет, Неферата вошла внутрь и плотно прикрыла за собой дверь. Осторожно пробираясь по комнате, она подошла к жаровне и спустя несколько минут аккуратно раздула пламя.

Свет проник в дальние углы большой комнаты, стали видны еще какие-то полки и широкие столы, заставленные пыльными глиняными горшочками и стеклянными бутылками с экзотическими жидкими снадобьями и порошками. Все это находилось по другую сторону расчищенного участка пола, с которого тщательно смели пыль и грязь и нарисовали сложный магический символ, не похожий ни на что, виденное ею раньше.

Неферате потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть фигуру, вытянувшуюся вдоль стены на противоположной стороне от колдовского круга. Царица пошарила на столах в поисках масляной лампы, нашла одну, зажгла фитиль от уголька в жаровне и, собрав все свое мужество, боязливо подошла к царскому пленнику.

Архан Черный ни капли не изменился за прошедшие сто пятьдесят лет. Одетый в грязные лохмотья, с синеватой кожей, покрытой грязью. Лицо бессмертного выглядело в точности так же, как много лет назад, в тот день, когда царица впервые увидела его. Шею Архана обхватывал толстый железный ошейник, от него тянулась тяжелая цепь, прикрепленная к болту, утопленному глубоко в стену. Рядом с ним валялся перевернутый винный кубок, широкая струйка темной жидкости вытекла на пол.

На губах бессмертного виднелись черные пятна. Корень лотоса. Хотя его грудь не поднималась и не опускалась, как у живого, Неферата знала, что Архан погружен в наркотический сон. С самого начала Ламашиззар держал пленника под строгим контролем, вливая в него смесь из своего слабенького эликсира и такого количества корня лотоса, что его хватило бы для убийства полудюжины человек. Когда не требовалось переводить тайные записи Нагаша, Архана погружали в оцепенение, чтобы он не мог сбежать.

Глядя на обмякшие черты бессмертного, Неферата гадала, сохранил ли он хоть сколько-нибудь разума, но утешила себя мыслью о том, что, если бы от Архана не было больше пользы, Ламашиззар избавился бы от него без малейших колебаний.

Царица сделала глубокий вдох и вытащила из-за кушака золотую шкатулку. Откинув филигранную крышку, она вынула хиксу и прижала ее к шее Архана. Пришлось сделать несколько попыток, пока насекомое не изогнуло брюшко и не вонзило жало в плоть бессмертного.

Какое-то время ничего не происходило. Неферата предполагала, что Архан застонет, когда яд осы выжжет действие лотоса, но бессмертный даже не вздрогнул. Его глаза просто открылись, словно до этого он всего лишь дремал, и бессмертный уставился на Неферату вялым, безразличным взглядом.

Неферата ждала, что Архан удивится, увидев ее тут, но он ничего не сказал. Томительное молчание тянулось несколько долгих минут, и царица просто не могла больше его выдержать. Не раздумывая более, она протянула руку и сжала его предплечье. К ее удивлению, от этого прикосновения Архан Черный вздрогнул.