Авторская энциклопедия фильмов. Том I - Жак Лурселль

Люсьен понемногу обживается в доме Хорна, а тот в приступах гнева называет свою дочь шлюхой. Однажды он набирается решимости поговорить с Люсьсном о Франс, но у Люсьена нет времени. Потеряв всякую осторожность, Хорн идет за ним прямиком в гостиницу. Там его просят предъявить документы, допрашивают и арестовывают. Люсьен снова приходит к Франс. Они ссорятся.

Положение гестаповцев начинает меняться. Все чаще они гибнут на глазах у Люсьена. Вместе с унтер-офицером СС Люсьен приходит арестовывать Франс и ее бабушку. Внезапно Люсьен убивает немца и увозит обеих женщин на автомобиле. Направление — Испания. Они скрываются на заброшенной ферме. Люсьен добывает еду охотой. Они с Франс ведут себя, как влюбленные в романтическом путешествии. На экране появляется титр: «Люсьен Лакомб был арестован 12 октября 1941 г. Он был осужден военным трибуналом Сопротивления, приговорен к смерти и казнен».

♦ Один из немногих значительных фильмов, появившихся во Франции в 70-е гг., и на сегодняшний день несомненно — вершина творчества Луи Мал-ля. Его молодой «герой» — брат по крови Луи, персонажа фильма Лифт ни эшафот, Ascenseur pour l'échafaud* (Жорж Пужули). В образе Люсьена Малль рисует картину нравственного падения — с холодной точностью и без видимого отвращения. Падение Люсьена, происходящее так естественно и так банально — следствие нравственной и культурной пустоты (в самом широком смысле), в которой он вырос. Он хочет пойти в партизаны. Его не берут. Он записывается в гестапо. Не проводя никаких сомнительных параллелей между этими 2 силами. Луи Малль наглядно демонстрирует решающую роль случая в идущей под откос судьбе своего героя. Конечно, Люсьен инстинктивно, как животное, чувствует выгоду, которую ему принесет работа в гестапо, но он ничего не просчитывает заранее. Разлад в его душе, едва скрытый под внешностью грубого и непроницаемого крестьянина, отчетливо выражается в том, что Люсьен проводит время на 2 наиболее враждебных друг другу территориях: в гостинице, ставшей притоном для сотрудников гестапо, и в квартире, где прячутся от гонений 3 еврея. Совершенно очевидно, что и тут, и там Люсьен ищет свою среду, семью, хоть какой-то смысл существования. Значительной частью своей силы фильм обязан очень строгому описательному стилю повествования, в котором проявляется уважение и к серьезности и неоднозначности сюжета, и к свободным размышлениям зрителя над ним.

Малль идет в ногу со временем, предпочитая, подобно Хьюстону в Жирном городе, Fai City* (снятом на совершенно другой сюжет), крепко и ритмично построенной интриге тщательную разработку персонажей, силуэтов, атмосферы и настроения. Этот метод прекрасно подходит для описания героя «без царя в голове». Работа актеров превосходна, будь то непрофессионалы, дебютанты в кино или маститые артисты (великолепный Хольгер Лёвенадлер): все они сохраняют полное единство стиля. Это единство разнородного материала ощущается на всех уровнях фильма. Так, например, сохраняя дистанцию, объективность и равномерный темп, характерные для настоящего романа, Лакомб, Люсьен обладает изменчивым, отрывистым, пуантилистским, беспечным, прерывистым, неровным ритмом, напоминающим дневник, в котором Люсьен, будь он чуть более образованным, мог бы вести хронику своей жизни.

БИБЛИОГРАФИЯ: сценарий и диалоги опубликованы издательством «Gallimard», 1974 (текст идентичен окончательному варианту фильма вплоть до деталей). В книге «Луи Малль глазами Луи Малля» (Louis Malle par Louis Malle, Éditions de l'Athanor, 1979) Малль описывает долгое созревание окончательного замысла (знакомство в 1954 г. с Люсьеном Ребатэ и Пьером Кусто, при оккупации — редактором подпольной газеты «Вездесущий» [Je suis partout]; репортажи об алжирской войне; поездка в Мексику во время беспорядков 1968 г.). «В Лакомбе, Люсьене, — пишет Луи Малль, — где каждый персонаж в силу необыкновенных обстоятельств сворачивает со своего пути, верх одерживает темная сторона, скрытая изнанка их личностей. Они беспрестанно удивляют сами себя и удивляют нас». Отметим, что фильм полностью снят с чистовым звуком; ни одна реплика не была переозвучена после съемок.

The Ladies' Man

Дамский угодник

1961 — США(106 мин)

· Произв. PAR, York Pictures Prod. (Джерри Льюис)

· Реж. ДЖЕРРИ ЛЬЮИС

· Сцен. Джерри Льюис и Билл Ричмонд

· Опер. У. Уоллес Келли (Technicolor)

· Муз. Уолтер Шарф

· В ролях Джерри Льюис (Герберт Г. Гиберт / его мать), Хелен Трабл (миссис Веленмелон), Кэтлин Фримен (Кэти), Бадди Лестер (Уиллард С. Гейнсборо), Марти Инглз (Марти), Джордж Рафт (в роли самого себя), Джек Крашен (профессор), Фриц Фельд (парикмахер на ТВ), Гарри Джеймс и его оркестр.

Городок Мидлтаун (4234 жителя) в штате Нью-Джерси. Получив диплом в колледже, юный Герберт Г. Гиберт застает свою невесту с другим мужчиной. Этот тяжелый удар отбивает у него всякую охоту общаться с женщинами, и Герберт уезжает в город в поисках такой работы, где бы он был от них в безопасности. Заметив на двери объявление о найме холостяков, он думает, что наконец-то подыскал себе что-то по нраву. Его встречает кухарка Кэти, которая с сочувствием выслушивает рассказ о его злоключениях. Она показывает ему комнату. На следующее утро, спустившись в гостиную, Герберт видит целую толпу молодых женщин. Он порывается бежать, но миссис Веленмелон, бывшая певица и основательница пансиона для начинающих актрис, уговаривает его остаться. Он ставит единственное условие, чтобы к нему не прикасались.

Так Герберт становится верным помощником всех этих дам. До настоящего момента никто не мог продержаться на этом месте дольше 3 дней. Но Кэти обнаруживает, что Герберт безотказен и неудержимо хочет быть полезным. В его обязанности входит уборка по дому (он разбивает большинство предметов, которые хочет почистить), кормление Крошки, собачки с зычным лаем, прожорливой, как людоед, и раздача писем (каждая пансионерка реагирует на полученное письмо неожиданным образом). Герберт, не желая того, назойливо преследует человека бандитской внешности, пришедшего навестить девушку. Заставляет самого Джорджа Рафта доказывать ему, что он действительно Джордж Рафт. Поднимает настроение одной девушке, своей протеже, научив ее не сомневаться в себе. Присутствует на съемках телерепортажа о миссис Веленмелон и о ее заведении и доставляет немало хлопот работникам съемочной группы. Открывает дверь единственной комнаты, куда ему запретили входить, и там, в белоснежных декорациях, под музыку джазового оркестра танцует с женщиной в черном, внушающей смутное беспокойство. Не раз Герберт подумывает уйти из пансиона, но его не пускают. Его протеже просит, чтобы ему наконец позволили делать все, что ему захочется. В очередной раз пожелав уйти, Герберт видит, что его больше никто не удерживает, и это совершенно сбивает Герберта с толку. В конце концов, он остается и дрожит от ужаса, когда видит льва, идущего по гостиной.

♦ 2-й фильм Джерри Льюиса как режиссера-постановщика и 1-й фильм, снятый им в цвете. Он не столь совершенен и не так оригинален по части фантастических трюков, как Коридорный, The Bellboy* и Мальчик на побегушках, The Errand Boy*, но все же оказал большее воздействие на публику. Дамский угодник интересен по 2 причинам: он обогащает и укладывает в рамки системы образ умственно отсталого и закомплексованного подростка, который Льюис воплощал в дуэте с Дином Мартином; он указывает путь Льюиса в режиссуре: для него это игра и проявление власти. Герберт Г. Гиберт травмирован женщинами. Они обращаются с ним, как с ребенком (в одной сцене Кэти кормит его, как младенца), или он обращается с ними, как с детьми, — но никогда не чувствует себя с ними на равных и не поддерживает близких отношений. То, что может показаться патологией (напр., его раболепие и склонность к мазохизму), с другой стороны, говорит о его нормальности: он хочет быть любимым и полезным, как и любой из нас. Тройная принадлежность этого персонажа — миру бурлеска (благодаря его бесчисленным неловкостям), миру патологии и миру нормальных людей — определяет его необычность и внутреннее богатство.

Льюис-постановщик использует режиссуру так, как ее использовал бы — в идеале — его герой. Он играет с ней, как ребенок и вместе с тем — как художник. Он выстраивает декорацию, своеобразный гигантский кукольный домик, особо подчеркивая, что это именно декорация. Но подлинное пространство фильма — это не дом миссис Веленмелон, а павильон фирмы «Paramount», где построен этот дом. Льюис, всегда бывший демиургом с манией величия, то опустошает, то заполняет это пространство по собственной воле: обратите внимание на 1-й план фильма, где по мирно спящей деревне вдруг словно проносится циклон (цепная реакция неловких поступков), или же на сцену шумного появления съемочной группы, нагрянувшей словно ниоткуда. Режиссура для Льюиса сродни волшебной палочке, с которой возможным становится все: можно даже пригласить на площадку большую звезду (Джорджа Рафта), чтобы подразнить его и станцевать с ним. Режиссура — территория игры (а значит — свободы), где заодно можно насладиться властью. Гиперактивная мания величия постановщика восхитительным образом компенсирует пассивность его персонажа. Эта смесь свободы и всевластия — реванш автора за период совместных фильмов с Дином Мартином, когда Льюису не позволяли развлекаться в полную силу и не давали власти; по крайней мере, не так много власти, как ему бы хотелось. В остальном Льюис неудержимо высмеивает традиционные законы драматургии. В этом балаганчике, в который превращается его фильм, он сваливает в кучу сцены, на первый взгляд, без всякого порядка; они подчиняются только высшему порядку его фантазии. И Льюис бережно сохраняет на экране (иногда залитом яркими красками, например — белой в сцене с запретной комнатой) ту же свободу творчества, что чувствует перед холстом художник-абстракционист.