День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Граната! — Пилот рванул штурвал, выполнив такой резкий маневр, что бойцы в грузовом отсеке едва не попадали со своих сидений. — По нам стреляют из РПГ!

Реактивная граната прошла мимо, не причинив вреда геликоптеру, и когда сработал самоликвидатор, в сотне метров от борта Ми-8 вспух огненный клубок взрыва. Второго шанса летчик своим противникам не дал. Палец вдавил гашетку, и из-под крыльев Ми-8МТВ-5 вырвались огненные стрелы неуправляемых ракет С-8. Первый же залп снес с лица земли горстку боевиков, так и не успевших добраться до поселка. Картофельное поле покрылось сплошным ковром разрывов, огненный вал докатился почти до самой деревни, наверняка во многих домах, если не во всех, вышибло стекла, но большего ущерба ужалось избежать.

— Давай вниз, — приказал Беркут. — Приземляйся! Мы высадимся, зачистим село! Будь готов прикрыть нас!

— Принял, командир!

Вертолет нырнул к земле, а полковник полиции уже вернулся в десантный отсек. Забросив на плечо неразлучный АН-94, он громко произнес, перекрикивая гул турбин:

— Приготовиться к высадке! Первое отделение, занять круговую оборону, прикрываете десантирование! Возможно сопротивление, так что оружие держать наготове! В селе чеченцы, численность неизвестна, возможно, от десяти и более!

Шасси Ми-8МТВ-5 едва коснулись земли, и тут же опустилась кормовая аппарель, заменившая на последних модификация винтокрылого труженика не такой удобный двустворчатый люк. Первым вертолет покинул пулеметчик, вооруженный новеньким «Печенегом». Внешне неуклюжий, неповоротливый из-за тяжелого бронежилета 6Б13, способного выдержать выстрел в упор с десяти метров из АКМ, и противопульного шлема СШ-90, он кубарем скатился по рампе, отпрыгивая в сторону, чтобы не мешать бежавшим следом бойцам.

Опустившись на колено, стрелок, держа оружие на весу, прицелился в ближайшую избу, готовый смести шквалом огня любого, кто появится на виду. А следом уже выпрыгивали остальные бойцы, замыкая вертолет в кольцо. Через минуту на земле был весь взвод, только двое полицейских остались на борту Ми-8, заняв места за пулеметами, установленными на шкворнях в проемах иллюминаторов. Вертолет немедленно взмыл вверх, готовый поддержать десант огнем.

Тарас Беркут, держа наизготовку взведенный и снятый с предохранителя АН-94 с подствольным гранатометом и колиматорным прицелом ПК-А, огляделся, убедившись, что все его люди рядом. Взвод уже распался цепью, направив на село стволы автоматов и пулеметов. Под ногами еще дымилась земля, принявшая в себя немало свинца. Увидев в нескольких шагах от себя изорванный труп в камуфляже, полковник приблизился, ногой перевернув его на спину. Грязная неопрятная борода, вязаная шапочка с зеленой лентой, покрытой затейливой вязью арабских букв, АКМС и американский камуфляж «вудлэнд».

— И сюда «чехи», суки, добрались! — фыркнул один из полицейских, без труда, как и его командир, опознавший выходца с далеких склонов Кавказа.

— Не расслабляться, — напомнил почувствовавший, как клокочет в груди злость, Беркут. — В оба смотреть! Оружие к бою!

Закованные в кевларовую броню и титан полицейские двинулись к деревне, обходя дымящиеся воронки, меж которых можно было разглядеть обрывки ткани и какие-то обуглившиеся бесформенные куски, то немногое, что осталось от застигнутых ракетным залпом на открытом пространстве боевиков. Время от времени под ногами звенели стреляные гильзы, отмечавшие позиции сражавшихся тут чеченцев.

— Первое отделение, проверить вертушку, — приказал Беркут, указав на искореженный фюзеляж сбитого Ми-8, над которым поднимался столб черного дыма. — Искать выживших! Вперед! Остальные, за мной, к селу!

Несколько полицейских, постоянно прикрывая друг друга, двинулись к вертолету, уже горевшему. При падении фюзеляж пострадал мало, только отломилась хвостовая балка, да лопасти продолжавшего вращаться винта разлетелись множеством обломков. Тарас Беркут отвлекся лишь на миг, наблюдая за маневрами своих бойцов, и тотчас со стороны поселка ударил, заходясь длинной очередью, пулемет, а через секунду с грохотом выстрелил гранатомет. Мгновенно упав ничком, Беркут открыл огонь из «Абакана», и со всех сторон его поддержали остальные бойцы.

Когда с земли стали стрелять, Федор Смирнов инстинктивно дернул штурвал, уводя вертолет из-под огня. Ему никогда прежде не приходилось оказываться под зенитным огнем, но навыки, вбитые на тренировках, никуда не делись. Несколько пулеметных и автоматных очередей прошли стороной, лишь несколько пуль впилось в днище Ми-8, не причинив никакого вреда. А нависавший над пилотами чеченец, не ожидавший такого маневра, едва не свалился с ног, успев ухватиться за спинку пилотского кресла.

— Что делаешь, а?! — взревел боевик, вытаскивая из кобуры вороненую «Беретту-92». — Развернись бортом, чтоб пулеметчики видели этих шакалов!

— Пошел на хрен! На такой высоте нас из «калаша» можно завалить, если по кабине очередь дать! Это же не «крокодил», тут брони нет!

— Делай, что говорю, если хочешь жить!!!

Чеченец ткнул стволом пистолета в затылок Смирнову, крича в ухо и брызжа слюной. Федор видел, как дернулся его напарник, подался вперед, словно хотел наброситься на боевика, но в последний миг остановился.

— Ствол убери, — прорычал сквозь зубы бывший командир ракетоносного полка. — Или сам за штурвал сядешь! Ты умеешь «вертушкой» управлять? Нет?! Так и стой спокойно, мать твою!

— На земле я перережу тебе глотку, шакал!

Внезапно ожила рация, закрепленная на лямке разгрузочного жилета. Вместе с треском и шелестом помех из динамика донеслась смесь русских и чеченских фраз:

— Арби, здесь снайпер, к северу от деревни! Положил нескольких наших! Головы не поднять! Это засада! Прикройте нас с воздуха!

— Понял, амир! — ответил боевик, придавив тангету рации, и затем, обращаясь уже к пилотам, приказал: — Заходите с севера! Пройдете вдоль деревни! Опускайтесь еще ниже!

— Какого хрена ниже?! Нас же вдоль и поперек располосуют даже из стрелкового, а если у них ПЗРК?

— Выполняй, русская свинья!!!

В десантном отсеке пятеро боевиков возились с пулеметами, тяжелым «Утесом» и ПКМ, установленных кое-как в проемах иллюминаторов. Спотыкаясь о гильзы, щедро усыпавшие пол, Они как раз закончили заправлять снаряженные ленты, когда вертолет вышел на цель, оказавшись над кромкой леса, где укрывался безжалостный русский снайпер. Оба пулемета разом открыли огонь, выпустив рой пуль, накрывших заросли редкого кустарника. Бледные искры трассеров уходили к земле, гасли в кронах деревьев, перепахивая напитанную влагой землю.