Накануне империи. Прикладная геополитика и стратегия в примерах - Валерий Коровин

Высокая оценка жителями Чечни деятельности Рамзана Кадырова обусловлена, во-первых, и это самое главное, реальным улучшением ситуации в Чечне, которое хорошо заметно. Хотя, конечно, кроме профессионального менеджмента администрации Кадырова, большую роль в этом улучшении сыграла как финансовая, так и политическая поддержка со стороны федерального центра. Была проведена колоссальная работа по стабилизации ситуации в республике — как экономической, так и социальной. И в этом смысле Кадыров выполнил роль «смотрящего» от Москвы. Он следит за справедливым и созидательным распределением тех финансовых ресурсов, которые поступают в Чечню все последние годы, выступая как доверенное лицо Кремля. Поэтому он лично заинтересован в том, чтобы процессы экономической и политической стабилизации проходили успешно, чтобы уровень коррупции и краж был минимальным. От этого зависит его статус и дальнейшая политическая судьба, поэтому-то он лично заинтересован в успехе. Весь период нахождения у власти рейтинг Кадырова в Чечне неизменно высок. Кроме того, растёт и укрепляется доверие к нему со стороны Кремля. Это те факторы, которые заставляли Рамзана полностью выкладываться и контролировать злоупотребления со стороны чиновников, работающих в его администрации. Наконец, нельзя забывать, что Рамзан Кадыров использует и традиционные способы контроля за ситуацией. Результатом становится то, что политические элиты Чечни в основном консолидированы вокруг его фигуры. Также всегда было известно и о влиянии Рамзана на бывших боевиков. Не секрет, что многие сотрудники МВД Чечни в своё время были участниками незаконнных бандформирований, которые затем сложили оружие. То есть у Кадырова есть серьёзный ресурс для переговоров и с теми, кто пытается с оржием в руках отстоять свою точку зрения.

Рамзану Кадырову удалось добиться стабилизации в военно-политической сфере жизни региона. И в этом отношении Чечня является сегодня чуть ли не образцовым субъектом Федерации. Именно в этом контексте следует понимать и его инициативы о проведении спецопераций в прилегающих к Чечне республиках — Ингушетии, Дагестане, Кабардино-Балкарии и т. д. Действительно, большая часть боевиков скрываются уже не в Чечне, где им отрезаны все пути к отступлению, а в прилегающих к Чечне регионах, используемых сейчас как перевалочные базы для оставшихся бандгрупп. Кроме того, налаживание мирной жизни является важнейшим фактором для боевиков. У всех у них есть семьи, родственники и кланы на территории Чечни. В ситуации, когда жизнь налаживается, им «есть что терять». Видя то, что идея борьбы с федеральным центром становится всё менее популярной среди населения региона, бывшие участники незаконных вооруженных формирований тоже принимают решение вернуться к мирной жизни.

Рамзан Кадыров, говоря на компьютерном сленге, выполняет функции «интерфейса» — взаимодействия между федеральным центром и чеченским обществом. Безусловно, личный вклад Рамзана Кадырова в восстановление чеченской экономики значителен. Однако не следует забывать и о тех колоссальных инвестициях в Чечню, которые осуществляет Москва.

(Опубликовано на мультипортале «KM.ru» 7 июня 2006 года и 16 июня 2006 года)

Чеченский порядок

Внутренняя свобода при сохранении единства

Окончание контртеррористической операции в Чечне ознаменовалось созданием на базе антитеррористического центра двух батальонов внутренних войск, укомплектованных из числа жителей республики. Военнослужащие этих батальонов будут проходить службу по контракту. В основном это сотрудники антитеррористического центра МВД Чечни, которые дислоцируются в Чечне на постоянной основе. Вслед за этим Владимир Путин подписал указ, который предписывал Министерству обороны РФ и МВД «представить в установленном порядке предложения по реорганизации Объединенной группировки, предусмотрев возможность поэтапного вывода подразделений Внутренних войск МВД и Вооруженных сил Российской Федерации, дислоцированных в Чеченской Республике на временной основе». Таким образом Путин обозначил основной вектор дальнейшего развития ситуации в Чеченской Республике, который подразумевает окончательную демилитаризацию этого в прошлом мятежного региона России и переход к обеспечению безопасности и правопорядка в нём силами республиканского МВД.

Безусловно, такой традиционный народ как чеченцы должен сам поддерживать социально-политическую стабильность в республике. То есть за отношениями внутри народа должны следить сами представители народа. Речь здесь идёт о самоорганизации — народ всегда сам устанавливает идеальную и гармоничную систему внутреннего порядка своего устройства. Именно это, а не размещенные для собдюдения порядка имперские войска, что возможно лишь в условиях усобицы или иного рода конфликтов, является наилучшей гарантией того, что люди, проживающие в данном регионе страны, останутся в рамках единого с остальной Россией пространства.

Традиционно в Чечне всегда существовали отряды самообороны, то, что в политологии обычно определяется понятием народная милиция. И только в советское время милиция приобрела собственно полицейские функции. На самом деле милиция — это организация народа для самообороны и поддержания правопорядка изнутри. Естественно, что традиционная саморегуляция наиболее эффективна и наименее затратна. Для русского Кавказа в целом функции милиции традиционно выполняло казачество — вооружённый народ, способный сохранить порядок, опираясь не столько на силу, что естественно, сколько на сложившиеся в той или иной местности традиции.

Другое дело, что Чечня является пограничным для России регионом, который может испытывать неблагоприятное дестабилизирующее воздействие со стороны внешних сил. Поэтому главное условие, которое должно быть соблюдено при выводе федеральных сил — это пребывание в составе России. При этом можно допустить максимальную внутреннюю социальную свободу для чеченцев. На федеральные же силы должна быть возложена охрана внешних границ. В этой связи следует развести функции местных правоохранительных органов и федеральных сил, которые должны продолжать охранять внешние границы Чечни, являющиеся в первую очередь границами российского государства. Задача же всех силовиков — следить за поддержанием целостности Федерации в этом регионе, пресекая попытки внешних вторжений и дестабилизирующего влияния. Функции же сохранения внутреннего порядка и разрешения локальных конфликтов в самой Чечне должны быть отданы на откуп силам чеченского правопорядка. Это, кстати, должно предусматривать большую гибкость в плане использования законодательства, что, безусловно, не может не учитывать местную специфику — обычаи, элементы коллективной ответственности, сложившиеся столетиями механизмы урегулирования внутренних конфликтов. Это не значит, что федеральное законодательство должно полностью игнорироваться, — тот, кто мыслит себя неотъемлемой частью Федерации, должен иметь возможность в любой момент опереться на её законы. Но реальность такова, что помимо федерального права должно допускаться использование обычного, т. е. основанного на обычаях права для тех, кто мыслит себя гармоничной частью своего народа. Такое наложение непривычно для европеизированного сознания, но вполне допустимо для имперского образования, которым, по факту остаётся Россия. Империя — это стратегическое единство многообразия, а значит, признаваться должно не только номинальное многообразие народов и этносов, но и многообразие их традиционных социальных укладов, без чего живой народ превращается в набитое соломой искусственное чучело.

В Чечне же более чем где-либо сохранились сильные и развитые формы внутреннего социального сдерживания. Собственно говоря, конфликты здесь всегда возникали из-за того, что Россия пыталась игнорировать право чеченцев жить по своим традиционным законам. Россия как бы навязывала чеченцам неприсущий им государственный строй. Из самой истории взаимоотношений с Чечнёй стоит сделать вывод о необходимости поиска формулы сосуществования, которая позволила бы сохранять стратегическое единство чеченского народа в составе России и при этом предусматривала максимальную внутреннюю свободу. Нет ничего предосудительного в том, что народ будет решать свои внутренние вопросы естественным путём при сохранении внешнего единства с Федерацией. И в этом вопросе России не следует уподобляться североамериканским Соединённым Штатам в их попытке стать «плавильным котлом народов», нивелирующим все этнические и культурные особенности и отличия.

(Опубликовано на мультипортале «KM.ru» 9 августа 2006 г.)

Угроза Грозного