Четыре жизни. 2. Доцент - Эрвин Полле

Возвращаюсь к цели. Появился в родительском доме в Талды-Кургане в предрассветном полумраке в день юбилея. Празднование в ресторане осталось в тумане, помню множество врачей, близко живущая родня само собой. По окончании банкета родственная молодёжь (сестра с мужем, кузены и кузины) долго «шарашилась» по весеннему городу, включая открытую танцплощадку, что-то ещё пили. Финал забыть невозможно, мама стоит у калитки часа в 4 ночи (южная кромешная тьма) и ждёт своего 33-летнего оболтуса: «Эрвин! Сейчас в городе так много убивают!»

Уважаемый читатель! Верите, вспоминаю, и слёзы наворачиваются, зачем обидел мать, ненароком заставив её так волноваться. Ныне подобные проблемы легко разрешаются с помощью мобильного телефона.

Пролетел ещё год. Цитирую дневник.

31.03.75….Нина с 17 февраля на ФПК в Ленинграде в технологическом институте. С 7.03 по 15.03 была в Тюмени. Перед уездом разругались. Слишком много якает. Мне в отместку по прилёту в Ленинград дала телеграмму в Бийск, чтобы выезжала тёща. А ведь я её просил по-человечески. С детьми всё было хорошо отрегулировано и отлажено. Тёща приехала 23 марта.

У детей сегодня последний день каникул. Игорь в первый же день каникул закашлял, а потом началась пневмония и ангина. Хотели положить его в больницу, я отказался и сам начал делать ему уколы (3 раза в день по 500 000 ед. пенициллина). Вчера вечером сделал последний. Вроде температуры нет, но вечером было 37.3*, утром сегодня 36.2*.

Мог ли я подумать, что в 34 года стану героем тривиального анекдота из серии «жена приходит к подруге и обнаруживает у неё в постели собственного мужа». Но так случилось. Прошло 33 года, пытаюсь проанализировать ситуацию, обнаруживаю ряд сопутствующих (не оправдывающих) обстоятельств.

Жена четыре месяца повышает квалификацию в технологическом институте Ленинграда. На ум приходит инверсия широко известной прибаутки «папа едет в Ленинград, мамин хахаль будет рад…».

Неожиданно для меня, в доме появилась тёща. С детьми (Эльвире 11, Игорю 9 лет) привык один справляться. Выше я уже писал, именно поведение тёщи стало последней каплей, вызвавшей заявление о разводе в 1971 г. По складу характера я домосед, но вечером деться некуда.

Идёт чемпионат мира по хоккею, вечерне-ночные репортажи в маленькой двухкомнатной квартире смотреть не комфортно (в то время спортивные зрелища не пропускал, газету «Советский спорт» выписывал со студенческих лет).

Все наши друзья знали о сложных взаимоотношениях в семье, движущейся к распаду. Как-то пригласила посмотреть хоккей разведённая подруга жены, жившая недалеко с 8-летней дочерью.

Подруга работала с нами на одном факультете, красивая женщина, развелась с начальником одного из крупных подразделений института, жила с дочкой. С некоторых пор сблизилась с Ниной. Не один раз пили вместе в игривой (скажем так) компании. Эти пьянки в среде блядей мне не нравились, однако показывали степень доступности участниц.

Телевизор. Бутылка красного вина. Понравилось. Стал заходить каждый вечер. Недели через три отношения перестали быть платоническими. Домой возвращался в два, полтретьего, не знаю, верила ли тёща, что я только хоккей смотрю. Связь старались скрыть, гуляли глубокой ночью в лесополосе вдоль железной дороги, удивлялся, что в апреле так прекрасно могут петь соловьи, да и вообще о тюменских соловьях раньше не слышал. Подруга откровенно взялась переманивать к себе на ПМЖ, по-видимому, слишком активно. Почувствовал, ради этой женщины (не та репутация, физическое удовлетворение есть, а душевного нет) бросать детей нельзя. Ожидая приезда жены на майские праздники, решил затормозить отношения, подкопить сил на семейную встречу. Подруга бросает в действие последний резерв, сама выставляет водку, подобного в моей жизни не было ни до, ни после.

30 апреля, Нина только что прилетела из Ленинграда, пошёл в институт проверять готовность транспарантов, портретов, флагов к завтрашней демонстрации (назначен председателем факультетской комиссии). Оттуда быстренько проехал к подруге предупредить (телефона в её квартире не было), чтобы она больше меня не ждала. Эмоции, слёзы…. Не устоял.

Раздаётся стук в дверь, мы затаились. Ещё и ещё. Стук прекратился, мы продолжили. Неожиданно с лестничной площадки раздаётся голос Нины и резкая кулачная очередь по двери: «Откройте, я знаю, что вы здесь!»

Всё тайное, рано или поздно становится известным. Нина решила показаться на работе, людей не обнаружила, кафедры закрыты, предпраздничный день, решила съездить поболтать к подруге. После первой попытки зайти к подруге села на лавочку перед подъездом. Увидела её дочку, та и сказала, что дядя Эрвин у мамы.

Одеться успел, пока жена вышибала дверь. Спрятаться в двухкомнатной «хрущёвке» негде, прыгать с четвёртого этажа несерьёзно. Трагикомический финал связи на стороне запомнился больше, чем всё остальное. Жуткая истерика, вызов «скорой помощи», моё враньё (этому искусству так до старости и не научился), болтовня про любовь…

Тёща уехала сразу же, после праздников Нина вернулась в Ленинград, я остался один с детьми, к подруге больше никогда не заходил.

Как понимать апрельскую историю? Попытка отвлечься, сбросить физическое и умственное напряжение? Влияние весны? Приятное времяпровождение? Общение с женщиной, которая смотрит (скорей, играет, но это не сразу поймёшь) на тебя влюблёнными глазами? Ясно одно, это не любовь! Похоже, просто приятный секс, опасный для репутации.

Осенью 1975 г. уже я «повышаю квалификацию» в Ленинграде. Занятия не нужны, важен диплом. С утра писал статьи, в свободное время скукотища. Основное развлечение — баня, ещё кино (минимум сотня просмотренных фильмов). На праздники слетал домой и вот запись в дневнике.

19.11.75 г…. Особенно сложно с Ниной. Уехал 10.11 с ощущением, что наелся говна. В доме кавардак, грязь, пол не моется, только веником вверх пыль поднимается. Гора грязного белья, нет, у меня так не было. Едят все, как попало и когда попало. Тот порядок, который годами я старался привить, по крайней мере, детям, рушится на глазах. И сознательно! Таким образом Нина утверждает себя. А амбиция! Считает себя центрипупом кафедры, по крайней мере в душе. Стремится проявить себя по научной части, не ударив палец о палец. Я понимаю, что ей тяжело физически, но зачем так пыжиться? Чего ей всега не хватало, а сейчас особенно, это чувства меры.

Продолжаю. Группа ФПКашников, проживавших в общежитии на Стрельне, отметила встречу Нового 1976 года в ресторане на Невском проспекте. Почувствовав внимание со стороны курсантки с «далёкого пролива Лаперуза «(Южно-Сахалинск), решил не препятствовать развитию событий, хотя большого смысла в этом не видел (через пару недель возвращение домой). Спустя два дня курсантка появилась утром в моей комнате (сожитель куда-то с вечера уехал) с откровенным предложением себя. Упираться не стал. Без прелюдии. Крупное бесчувственное женское белое тело, одна попытка, реплика: «У меня муж такой же!» И на этом всё закончилось. Последующие внутренние ощущения хуже, чем при контактах с беременной массажисткой летом 1971 г.