Отныне я – странник - Виталий Гавряев

Мохнатое бесформенное существо тоже решило игнорировать суслика, так как у него была своя цель, из-за которой оно находилось здесь и, этот грызун к ней не имел никакого отношения. Хотя долго её ждать не пришлось. Неспешно, почти с ленивой неспешностью, к медленно движущейся основной войсковой колонне, с северо-востока приближались четыре гружёные повозки. На которых везли какую-то утварь, а сопровождало их где-то тридцать всадников. Когда все они проезжали в метрах ста пятидесяти от егерских снайперских групп, (эти мохнатые существа были именно они) последние открыли по ним перекрёстный огонь. Поначалу обозники не могли понять, что происходит, и несколько секунд растерянно осматривались, стараясь понять причину происходящего. Почему? Без видимых на то причин, замертво падают их товарищи? Ведь врага негде не видно. Только когда на повозках не осталось не одного живого возницы, оставшиеся в живых конные степняки, бросив своё имущество, устремились к основной колонне. Инстинктивно желая поскорее раствориться в её массе. Но даже этот шаг, помог немногим, неведомая сила продолжала выбивать всадников из седла.

Но следом за этим, фортуна показала егерям свой капризный и взбалмошный нрав. Произошло то, что Юрий никак не ожидал. Видимо увидев, что рядом с повозками происходит что-то неладное. В направлении спасающихся всадников: от основной колонны отделилась довольно внушительная группа всадников. И развернувшись шеренгой, понеслась в направлении засады. Пришлось срочно переносить огонь на них, спешно прореживая их ряды. Но они, всё равно стремительно приближались. Уже на минимальном расстоянии, в бой вступили стрелки ППШ. и пара ДТ. Несущиеся галопом кони начали падать, как будто натыкались на невидимую преграду. В какой-то степени, это спасло тех, кто устроил эту засаду, но эта стрельба демаскировала местоположение стрелков. И привлекла внимание новых конников, чем враг сразу и воспользовался.

Новая, правда, не очень многочисленная группа конников, устремилась во фланг обороняющимся егерям. Поэтому, Гаврилов, заметив её, сразу перенёс огонь на них. Впереди этих воинов, скакал уже знакомый всадник. Тот молодой боец, который, вчера сыпал угрозы в адрес своего невидимого врага. И лихо демонстрировал поражённого стрелой зверька. Теперь он лихо скакал, держа наизготовку свой лук. С явным намерением применить оружие против врага, вот его Юра первым и наградил свинцом. Ещё пара выстрелов и перезарядка. Но всадники, слишком быстро приближаются и Юрий, просто не успевает их выбивать из седла.

Ситуацию спасают очереди из ППШ. это Степан, быстро сориентировавшись, подключается к обстрелу новой группы мчащейся конницы. Гаврилов, тут же воспользовавшись моментом, меняет оружие, откладывает «тигр» и берёт ППШ. (применение которого на данный момент более рационально). И неистово начинает «поливать из автомата» всадников, приблизившихся почти вплотную к его позиции. Как они не старались автоматчики, уничтожать по максимуму, но несколько всадников проскочило на позиции. Осознав это. Юра перекатом выкатился из — под защищающего его навеса. И став на колено, несколькими прицельными очередями поразил конных воинов, которые кружили по позиции спецов и были готовы затоптать копытами своих лошадей всё, что только увидят на земле. Почти сразу как он начал стрелять, по затылку пришёлся сильный удар, от которого каска почти наехала на глаза. Спасибо её застёгнутый ремешок, не позволил ей совсем упасть. Довернувшись в сторону, откуда прилетела стрела (в том, что это была именно она, он не сомневался), Юрий разрядил весь диск своего пистолета пулемёта в троицу, скачущую на него. Быстро окинув поле боя беглым взглядом, он упал на землю и перекатился назад, под навес своего укрытия. Это движение, отозвалось болью в левом плече. Оказалось, что боль вызывал обломок стрелы, так некстати угодивший в руку. Выдернув его, при этом, чуть не закричав от боли. Гаврилов успокоившись, пристально осмотрел поле недавнего боя, повозки исчезли, скорее всего, ими уже кто-то управлял в уходящей колонне. А по всему полю, небольшими холмами выделялись тела людей и животных. Были слышны стоны раненых, только понять своих или чужих было невозможно.

— Ещё одна такая атака и нам нечем будет на неё ответить. — Подумал Юрий, осматривая свои оставшиеся боеприпасы. — Это надо же так бездумно подставиться.

Его ошибкой было то, что он устроил засаду очень близко от основных сил противника. За что и поплатился — его отряд за малым не раздавили, помножив на ноль. И, слава богу, османы, увидев, как быстро полегли их храбрецы, больше не предпринимают попыток атаковать.

— Командир, ты как? — Раздался возбуждённый шёпот Степана.

— Я в порядке, а как ты? — Ответил Гаврилов.

— Я видел, в тебя две стрелы попало. — Не унимался Кокоря.

— Ну да, одна чуть каску не сбила и ушла в сторону, а другая, в балахоне маскхалата запуталась. Немного слукавил Юра. — Ты как? Не пострадал?

— Ногу продырявили злыдни. — Признался Стёпа. В его голосе, проскочили обидные нотки.

— Потерпи, сейчас подползу и перевяжу твою рану.

— Не надо Витальевич, я уже стрелу вынул и сам заканчиваю перевязку. Ты лучше смотри, чтобы врага не проморгать, если он опять в атаку пойдёт.

— Ты это, передай по цепи, пусть сделают перекличку, и если есть раненые, срочно окажут им помощь….

Результат переклички оказался неутешительным, из двенадцати человек четверо было ранено и двое было убито. Ими были Йикуно и Кондрат. Кондрату попали стрелою в шею, когда он, подражая Юрию, встал на колено, чтобы уничтожить прорвавшихся всадников. А Йикуно затоптали копытами прорвавшиеся конники, которых затем пристрелил Юра.

Дождавшись, когда колонна турецкого войска скрылась из вида, растворившись в облаке пыли, люди покинули свои укрытия, собрали весь свой скарб и, поймав в достатке коней, погрузили на них раненых и убитых. Затем, сами запрыгнули в сёдла и ускакали, в только им ведомом направлении. А суслик непонимающе смотрел им в след. Для него было загадкой, зачем странные существа здесь появились. Затем нашумев, оставили много трупов, как лошадей, так и себе подобных существ. А теперь, срочно ускакали вдаль. И во что они превратили окрестности его норы. Всё-таки он был прав, решив не приближаться к чужакам. Мало чего они могли с ним сделать, с их непредсказуемостью и нелепостью поступков.

Через два часа, конная группа егерей была уже у берега Дона. Намного ниже места, где враг предполагал его форсировать. Соблюдая все меры предосторожности, они связались по рации с катером, и договорились о встрече для пополнения боеприпасов, и о передаче раненых, и убитых на его борт. Теперь оставалось только ждать его появления и не быть замеченным разъездом неприятеля. Довольно таки скоро послышался звук мотора бронекатера и вскоре на водной глади показался он сам. Заметив ожидавших его появления людей, тот изменил курс, и с ходу ткнулся носом в берег. В следующую секунду, на нём выключили двигатели, и он замер как вкопанный. Какое-то время на нём не наблюдалось никакого движения, пока в носовой орудийной башни не открылся люк, и из него показалась голова улыбающегося Петра. Через пару секунд он высунулся из неё по пояс, а затем и вообще покинул башню.