Сердце прощает - Георгий Косарев

Вечером того же дня группа вышла в назначенное место. К полудню добрались к той самой межрайонной магистрали, которую указал им на карте Васильев. Время от времени мимо них проносились грузовые автомашины, мотоциклы, цокали копытами мохноногие немецкие битюги, впряженные в высокие пароконные повозки.

Виктор раздвинул кусты и увидел поодаль повозку с бидонами, направлявшуюся в сторону райцентра. Лошадью правила женщина. Виктор на мгновение задумался, а затем, поделившись своими мыслями с товарищами, решительно сказал:

- Сергей, держи автомат. Если моя задумка удастся, ждите меня где-нибудь здесь поблизости. А сейчас замрите... - Он натянул на рукав полицейскую повязку и уверенным шагом направился к большаку.

Когда повозка подъехала, он ступил на обочину и крикнул:

- Эй, гражданочка, постой!

Женщина остановила лошадь.

- Что везешь? Молоко?

- Молоко, - покосившись на его повязку, ответила женщина.

- На сыроваренный завод?

- Знамо, не в кузницу.

- Почему без охраны?

- А где я возьму ее, эту твою охрану? Наших деревенских полицаев всех куда-то угнали, - объяснила она.

- А если партизаны отберут молоко, кто тогда будет отвечать?

- Не знаю. И при чем тут я, если отберут? Не буду же я с ними воевать, - сказала женщина. - И что ты ко мне привязался? Подумаешь, начальник какой!

- Раз привязался, значит, нужно. - И, прыгнув на телегу, сказал: Давай, поехали!

Женщина удивленно глянула и, ничего не ответив, подхлестнула мерина концами вожжей.

При въезде в райцентр повозку остановил часовой, пожилой немец.

- Млеко? - шумно втягивая носом воздух, спросил и потянулся к бидонам. Потом открыл одну за другой крышки и заглянул внутрь.

Виктор заметил, как часовой облизнулся, и сказал ему:

- Котелок есть? Кохгешир...

- О, я, я! Данке! - пробормотал часовой и вынес из дежурной будки надраенный до блеска солдатский котелок.

Виктор, недолго думая, зачерпнул им из бидона молоко и протянул солдату.

- Данке, данке, - закивал довольный часовой и махнул рукой.

- Как же ты смеешь распоряжаться чужим добром? - спросила женщина, когда они отъехали от полосатой будки.

- Пусть жрет, - улыбнувшись, ответил Виктор.

- Смел же ты, парень! - не то с укором, не то одобрительно произнесла женщина и покачала головой.

На перекрестке путь им преградила колонна солдат. Когда она прошла, женщина, сплюнув, спросила:

- Сходить где будешь?

- Поезжай до конца, прямо к заводу.

Возле невзрачного одноэтажного здания повозка остановилась. У входа в помещение стояло двое мужчин, один из которых, лысоватый, полный, судя по описанию Сидора Еремина, походил на Бардина.

Виктор соскочил с телеги и готов был начать разгрузку подводы.

- Здесь же не сгружают, ты что, Варвара, не знаешь, - бросив на Виктора быстрый взгляд, сказал лысоватый мужчина.

Виктор подошел к нему.

- Скажите, а где мне можно повидать Александра Петровича?

- Я Александр Петрович.

- Я к вам.

- Пожалуйста, - сказал тот и повернулся к другому мужчине, - сходи, Егор, помоги Варваре сгрузить молоко.

Оставшись с Бардиным вдвоем, Виктор протянул ему руку и произнес:

- Здравствуйте, дядя Саша!

- С кем имею честь познакомиться? - спросил Бардин.

- Меня просили передать вам привет от дяди Феди и узнать, нельзя ли полакомиться сыром?

- Это можно, - сказал Бардин и, пристально посмотрев на Виктора, спросил: - Как добрался, без приключений?

- Как видите, попутно с тетей Варварой.

- Очень рад. Как звать?

- По паспорту и удостоверению я полицай - Захар Снегирев.

- Пошли ко мне в контору, - предложил Бардин и пропустил Виктора в дверь.

Контора была чисто выбелена, с широким, выходящим во двор окном. Небольшой стол по-домашнему был накрыт белой скатертью. Возле стола и по стенам стояли венские стулья.

- Присаживайся, - сказал Бардин, - а я на минутку выгляну.

Виктор насторожился. Однако опасения его были напрасны. Бардин вернулся через две-три минуты, плотно притянул за собой дверь, подсел к столу и спокойно заговорил:

- Слушай внимательно, запоминай и передай все Сидору Петровичу. В деревне Бурково размещен большой склад боеприпасов. Для их хранения использованы помещения зерносклада. Склад постоянно охраняют восемь солдат. Воинская часть, в ведении которой находится склад, расквартирована в деревне Утица. Запомнил? - спросил Бардин.

Виктор утвердительно кивнул.

- А это схема деревни, - развернув перед Виктором помятый листок бумаги, сказал Бардин. - Вот здесь, где пометки синим карандашом полицейский участок и склад. Эти крестики - посты.

Виктор взял листок, скатал его в трубочку и, отвернув голенище сапога, сунул в продырявленную подкладку.

- Передай еще Сидору Петровичу, что связь со мной можно теперь поддерживать через Ольгу Рыжонкову из села Кукушкино. Пароль старый.

- Ясно.

- Ну, и превосходно. Молодец! - похвалил Бардин и спросил: - Как намерен возвращаться?

- Если возможно, дождусь до вечера.

- Это опасно. Лучше вернуться сейчас же с Варварой. Ее действительно всегда сопровождал полицейский. Я предупредил ее. Передай еще Еремину, что в ближайшие дни я сообщу полные данные о местном гарнизоне.

Разговаривая, Бардин и Виктор не заметили, что к заводу подкатила легковая машина. Дверь конторы распахнулась, и в комнату вошел щеголеватый белокурый офицер. Он небрежно кивнул Бардину, высокомерно и холодно скользнул взглядом по лицу юноши и чисто по-русски сказал:

- Я прибыл за сыром.

Он достал из нагрудного кармана бумагу с лиловым кружком печати, бросил на стол.

Бардин быстро пробежал ее глазами.

- О, так много, господин Штимм, сто пятьдесят килограммов! Это почти все мои запасы...

- Это меня не интересует. Распорядитесь отгрузить, - ледяным тоном произнес Штимм, закуривая сигарету.

Бардин засуетился и, встав из-за стола, направился к выходу.

- Момент, - сказал офицер и указал дымящейся сигаретой на Виктора. А это что за субъект?

Бардин остановился.

- Господин лейтенант, он охраняет доставку молока.

Взгляд офицера смягчился.

- Запоминающееся лицо у вас, господин охранник.

- Таким уж родила меня мать, - улыбнулся Виктор и обратился к Бардину: - Господин Бардин, моя подвода освободилась?

- Думаю, молоко уже приняли. Пойдемте вместе.

Войдя во двор и встретив там Варвару, Бардин сказал ей:

- Можете ехать, Варвара. Только попрошу в следующий раз не доставлять так поздно молоко. Будьте здоровы... Всего хорошего, - кивнул он и Виктору, дав понять, что ему надо поскорее убираться восвояси.

Виктор как ни в чем не бывало вскочил на телегу и весело сказал: