Незапертая Дверь - Роксолана Коваль

— Договорились!

Алик глянул на меня и недоуменно заморгал, сомневаясь в моей вменяемости. Разве не этого ты добивался? Да, я сдалась, испугавшись за свою еще совсем неизношенную, бывшую в употреблении двадцать пять лет шкуру. И готова отдать за нее книгу, хоть видит небо, я словно отрываю от себя кровавый кусок плоти. Ты прекрасно понял, что запрятано под мой мелкий бизнес. Я отдам тебе земли с лягушками, рыбами, чародеями и лошадьми, лишь бы ты не помышлял больше о расправе со мной или еще с кем бы то ни было.

— Ты чем-то озадачен? — спросила я, привалившись к столу.

— Да, если честно. В нашу последнюю встречу мне показалось, что ты… мне не доверяешь?

— По-моему, вполне понятно. Как-никак я застала тебя в своей спальне, замершим над моей кроватью с подушкой в руках. Чего же ты от меня ждал? Я ведь просто трусливая девица.

Никогда прежде не замечала, чтобы Алик, вечно болезненно-бледный и мерзнущий, так заметно краснел. Вот уж не думала, что убийцы умеют смущаться. А крот, прижатый каблуком, стушевался, как невинная барышня. Но не такой отдачи я ожидала, дав ему понять, что мне известно о его намерении расправиться со мной.

— Признавайся, что ты делал в моей комнате той ночью? — продолжала я шутливо и, склонив голову, наблюдала за ним. — Никак придушить меня хотел?

— Да ты что, Надя! — возмутился крот, начав протирать рукавом внезапно вспотевший лоб. — Я просто не мог уснуть: не привык спать в чужом доме. Пошел на кухню покурить. Проходя мимо комнаты, увидел, что ты забыла погасить свечу. А рядом с ней лежала сдвинутая на тумбу подушка, что в любой момент могла загореться. Вот я и решился, опасаясь пожара, убрать ее и заодно потушить свечу.

Врешь, падла. Сочиняешь басни, Крылов, блин! Допустим, так и было. Ну подошел, задул свечу, забрал подушку и иди! А ты еще несколько минут стоял рядом и пялился на меня, вцепившись в орудие готовящегося преступления!

— Спасибо, ты такой заботливый, а я — жутко рассеянная! А почему же ты не вышел сразу, как только устранил опасность возгорания?

— Не пойму, ты мне что, не веришь? — занервничал Алик, начав, как обычно в таких случаях, наводить порядок.

— Да я пошутила, Алик! Неужели ты думаешь, что я могу заподозрить своего друга в том, что он и впрямь собирался меня удушить? Оно, конечно, есть за что… Кстати, ты зачем пожилых людей пугаешь? На невинных старушек среди ночи охотишься?

— О чем ты?

— А кто шугнул мою соседку из третьей квартиры? Не помнишь, как стоял среди ночи в темном подъезде, когда она на тебя наткнулась? У тебя в руках еще мой сотовый в тот момент зазвонил. Вспомнил?

Вот теперь я дождалась соответствующей реакции. Алик поднял на меня глаза, показавшиеся неживыми, и холодным взглядом впился в лицо. Стиснул свои мышиные зубки так, что заходили желваки. На меня уставился совершенно незнакомый тип, медленно сжавший лежавшую на коленке руку. Так, словно приготовил ее для удара. У меня по спине побежала струйка пота, похожая на спугнутую змейку. Ну, вот и все, нарвалась, ядрена вошь, со своим выпендрежем и играми в рейнджеров. А могло бы все закончиться тихо и мирно. Алик заполучил бы книгу, и надобность в моем убийстве отпала бы сама собой. Мы расстались бы чуть ли не лучшими друзьями, источая фальшивое радушие, поддерживая взаимную недосказанность и избегая прямолинейности. А теперь что?

— Что ты делал ночью в подъезде? Да еще с моим телефоном?

Алик медленно поднялся, глядя вниз, и я невольно попятилась, зажав за спиной увесистую банку с пивом.

— Мне нужно было позвонить. Я взял твой телефон, так как мой разрядился, ты же знаешь. И чтобы тебя не побеспокоить, вышел в подъезд. А тут эта тетка, откуда ни возьмись, вынырнула из темноты.

— И Либра позвонила следом. Не так ли? Почему ты не ответил?

— Она звонила не мне.

— Тогда отчего же не разбудил меня?

— Не хотел зря беспокоить.

— Хм, а тебя не насторожило, что она звонит среди ночи? Не натолкнуло на мысль, что с ней могло что-то случиться?

— Да ей нет ничто, звякать без всякого повода в любое время суток. Она ночами лазает по дискотекам и вообще не обращает внимания на время. Не впервой. Я подумал, что не стоит тебя будить из-за ее очередного приступа безрассудства.

Тут мне возразить было нечего. Либра действительно частенько нарушала все правила приличия, забывая о часах, когда была взбудоражена своими похождениями. К тому же, крот не знал, что мы с ней в ссоре.

— А тебя-то, блюститель порядка, что за срочность толкнула звонить кому-то в столь поздний час? Либре пеняешь, а сам?

— Меня ждала девушка. Я собирался провести с ней ночь, — начиная открыто злиться, продолжал оправдываться Алик. — Но ты упросила меня остаться. Должен же я был предупредить ее, что не приду? Иначе бы она всех на уши подняла. А раньше возможности не представилось.

— Я сорвала твое рандеву? Пардон! Если бы я только знала! А кто эта дама?

Сто пудов, твоя соумышленница — Лара Фобия. Что молчишь? Не знаешь, как отвертеться? Или ты слету это сочинил, и никакой бабы у тебя нет?

— Какое это имеет значение? К чему эти расспросы?

— Любопытно. Ну, так ты позвонил ей?

Алик вытащил из кармана телефон, потыкал по кнопкам и протянул мне, велев самой спросить об этом у некой Анны. Я для видимости отмахивалась, но быстро уступила. Анечка, поверив, что я сестра Алика, подтвердила, что крот ей и впрямь как-то звонил среди ночи. Они собирались встретиться, а когда он не пришел, она ему пыталась дозвониться, но абонент был вне зоны доступа. Потом Алик объявился. Она еще заметила, что он звонит с чужого телефона.

Подстава или правда? Может, крот подговорил эту девочку подтвердить все, если в этом появится необходимость? Уж больно охотно Анечка выкладывала нужную информацию гипотетической сестре приятеля. Впрочем, что это меняет? Он мог поговорить с ней, тем самым оправдав свой выход в подъезд. На самом же деле, он мог возвращаться от дома Либриной бабки, когда его нечаянно застукала тетя Глаша. Стоп! Если он уже побывал у Либры и организовал ей несчастный случай, как она могла после этого звонить? Кажется, я заигралась в детектива! Тоже мне, нашлась Настя Каменская! Пора завязывать. Аналитик из меня, как из ишака верблюд. И все же, не убедил ты меня, паучья морда! Слишком уж заметены следы. Все твои оправдания шиты белыми, сургучовыми нитками. Ладно, сделаю вид, что поверила.

— Ну что, успокоилась? — наведя порядок на столике, пробурчал Алик, избегая моего взгляда.

— Извини. Просто все эти события сводят меня с ума! Сама не знаю, что говорю. Ладно, я пойду.

— Проводить?

— Не надо. Спасибо.

— А что насчет завтра?

— Часов в десять буду у тебя. И кое-что расскажу. Возможно, это поможет нам разгадать еще одну загадку.

Алик с недоверием посмотрел на меня, и я подумала, что переигрываю. Прикидываться наивной простачкой, видно, мне не идет.

Забрав с собой одну банку пива, я выскочила из подвала и только сейчас почувствовала, как сладок вечерний воздух. О, звездное небо! Деревья, фонари! Я могла бы вас уже не увидеть. После усиленно скрываемой тревоги, я позволила себе расслабиться и вволю потрясти коленками. Ах, как они поплясали в нервозном ознобе!

Медленно двигаясь вдоль дороги, я случайно заметила крадущуюся вдоль обочины «девятку». Мне сразу показалось, что пасут именно меня, одиноко бредущую по пустынной площади. Не оглядываясь и не подавая виду, я ускорила шаг. «Девятка» ползла следом, держась на расстоянии. Я свернула на аллею погруженного в темноту парка, и машина завернула следом.

Ясно, значит, и впрямь хвост тянется за мной. Но кто? Сообщники Алика? Ванька, подозрительно смывшийся без объяснений? Ну все, мне кранты. Сейчас прижмут в подворотне, затолкают в машину и вежливо попросят отдать им книгу. Алик все же решил меня грохнуть? Но ведь у меня нет никаких доказательств, даже если он к чему-то и причастен! Ему с моих слов ничего не припишут. А-а, не хочет платить штуку баксов! О чем я думаю? Нашла время! Надо сматываться!

Меня колотило от ужаса, я чувствовала на себе взгляд сидящих в тачке, и тело сковывало от предчувствия, что меня вот-вот подрежут. Не зря же билась в окно птица? Должна же примета оправдать себя? Неспроста же их придумывают.

Я даже не поняла, когда мой быстрый шаг перешел в бег. Петляя по всем закуткам, я мчалась к дому бешеной козой. На ходу выискивая ключи, молила об одном — успеть открыть замок, заскочить в квартиру и закрыться изнутри.

Оглянувшись, я поискала свет фар, но поняла, что от меня отстали. Заблудились в этом лабиринте стоявших зигзагами домов? Значит, не местные. Вот он мой шанс! Отдышусь потом! Сейчас нужно брать дрожащие ноги в руки. Если за мной гонится не паранойя, то я успею скрыться.

Я выбежала из-за угла, намереваясь обогнуть палисадник, и вскрикнула при виде машины, остановившейся у подъезда. Внутри все оборвалось, когда я увидела выросшего на аллее высокого, крепкого парня. Земля размякла и ушла из-под ног.