Фамильное дело - Жаклин Санд

– Ничего не понимаю ни в кораблях, ни в торговле, – заявил Сезар. – И не желаю понимать. Разумеется, с моих бургундских виноградников продают вино – то, что не идет в мои погреба, – однако у меня, как и у вас, есть управляющий, который предоставляет мне отчеты. Лично я этим не занимаюсь. А ваш управляющий, мадемуазель, – он давно у вас служит?

– Два или три года. Отец взял Жоржа по чьей-то рекомендации и ни разу об этом не пожалел. Мы вовсе не беспокоимся о наших делах даже сейчас, когда все пришло в разлад со смертью папы. Порядок в доме не нарушен, и, насколько я знаю, управление поместьем осуществляется так же, как и раньше.

Ужин закончился, Сабрина предложила перейти в гостиную, однако Сезар и Ивейн отказались. Наметилось новое занятие, которое, возможно, таило в себе ключ к разгадке.

Глава 16

Легенды Жерома де Греара

– Ты подумал о том же, что и я? – спросила виконта графиня де Бриан, когда они поднимались в библиотеку.

– Конечно. Это же очевидно. И как мне раньше в голову не пришло взглянуть на план дома? Может, разгадка именно в этом, и лодку сюда привязать легче легкого.

– Сезар, не думаешь же ты, что Греары могут заниматься чем-то… недостойным?

– Не хочу никаких предположений больше. Только факты. А они говорят о том, что Мьель-де-Брюйер, кажется, сам по себе таит множество загадок. Если я ошибаюсь, разрешаю тебе требовать с меня что-либо за потерянное время, но я не верю, будто в доме, построенном контрабандистом, нет шкатулки с сюрпризом.

– Ты полагаешь, все дело в этом?

– Я не знаю. Но выясню.

Хорошо, что виконт захватил с собою из вестибюля канделябр с четырьмя зажженными свечами: солнце ушло за горизонт, и в библиотеке царила чернильная тьма, пропахшая старой кожей и бумагой, а еще пылью. Ивейн звонко чихнула. Сезар закрыл дверь и поставил канделябр на стол. Пляшущие огоньки осветили уходящие ввысь книжные полки и шкаф, набитый документами, в ближайшем углу. Бумажное месиво упиралось растрепанными краями в мутные стеклянные дверцы.

– Девушка сказала, что ключ здесь. – Ивейн методично выдвигала ящики стола, пока не отыскала нужный и не извлекла оттуда позеленевший от времени медный ключик. – Взгляни. Подходит?

Ключ подошел. Он провернулся так легко, как будто замок недавно смазывали, и освобожденные бумаги рухнули бы на пол, если б виконт их не придержал.

– Ну и беспорядок. То ли старик Гийом ленился складывать бумаги аккуратно, то ли здесь кто-то пошарил уже после его смерти. – Виконт сунул ключ в карман и снял с верхней полки растрепанную стопку листов. – Судя по их виду, это вполне может быть письмами Жерома. Просмотри, Ивейн, прошу.

Графиня де Бриан унесла документы на стол и принялась перебирать их.

– Да, похоже, это они, – сказала Ивейн минуту спустя. – Ужасающий почерк. Милейшая мадемуазель де Греар не упомянула, что авантюрист Жером был не слишком-то грамотен. Сколько ошибок! И это в тех словах, которые я могу разобрать.

– Он ведь контрабандой занимался, а не высокой словесностью, – усмехнулся Сезар, продолжая перекладывать оставшиеся на полке бумаги. Среди них попалась стопка, аккуратно перевязанная черной лентой. – Но мы не будем мучиться, читая оригинал. Я отыскал труд старика Гийома. «Легенды и предания Мьель-де-Брюйера, записанные Жеромом де Греаром, отредактированные и дополненные Гийомом де Греаром» – то, что нам нужно.

– Неси их сюда, дорогой. У меня в глазах рябит от этого жуткого пиратского почерка.

Они разложили бумаги на столе. Почерк у господина Гийома де Греара явно был лучше, чем у его предка. Листы, аккуратно исписанные, тщательно пронумерованные, оставляли приятное впечатление. Сезар пробежал глазами предисловие и отложил в сторону.

– Ничего полезного.

– Объясни хоть, что мы ищем, милый мой?

– Не знаю, – весело сказал виконт, – в этом-то и вся прелесть.

– Эта прелесть может затянуться надолго. Ты уверен, что здесь вообще есть то, что нам нужно?

– Бедная Ивейн. – Сезар легко прикоснулся губами к ее щеке. – Я совсем тебя замучил. Если хочешь, отправляйся спать.

– И оставить тебя одного отыскивать разгадку? Ни за что. Это приключение я не упущу. Давай разделим бумаги, так дело пойдет быстрее.

Усевшись рядышком на скрипучих неудобных старых стульях, они поделили пачку листов и углубились в ее изучение.

Гийом де Греар поработал на славу. Ошибки, которыми пестрели оригиналы, были тщательно исправлены, и в таком виде записки авантюриста Жерома изучались с большим интересом. Здесь оказались собраны легенды, переписанные из посланий к уехавшей Изабелле, и рядом с каждой проставлена дата, которая значилась и в письме, – Сезар отыскал несколько штук и сравнил на всякий случай.

Как понял виконт довольно скоро, предания сочинил сам Жером, адаптировав прибрежные сказания на свой лад. Кое-что из этого Сезар слыхал от знакомых моряков, вроде набивших оскомину историй о русалках, штормах и манящем пении, защититься от которого можно, лишь прочитав заклинание «Эмелиус тапос карикуюс». Выяснилось, что морские девы – тема весьма популярная; им было посвящено несколько страниц. Сезар с большим удовольствием прочел о том, как «один живший в Мьель-де-Брюйере человек» как-то встретил такую морскую деву и, поймав ее в сети, заставил жить с ним на берегу. Полюбив человека, она тоже хотела быть с ним, но море ее всегда манило. Только, чтобы жениться на морской деве, необходимо было украсть и спрятать ее корону, без которой пленница не могла вернуться в море. Если же она корону находила, то немедленно исчезала с ней в пучине морской. Так случилось и в этот раз, и дева утянула возлюбленного за собой, чтобы предаваться с ним любви в глубине вод. Виконт также с интересом прочел описание морского монаха, заключавшееся в нижеследующем: «Морским монахом называется чудовище в образе рыбы, а верх, как у человека; оно имеет голову, как у вновь постриженного монаха. На голове у него чешуя, а вокруг головы черный обруч выше ушей; который состоит из волос, как у настоящего монаха. Чудовище любит приманивать людей к морскому берегу, делая разные прыжки, и когда видит, что люди радуются, глядя на его игру, то еще веселее бросается в разные стороны; когда же может схватить человека, то тащит его в воду и пожирает. Оно имеет лицо, не совсем сходное с человеческим: рыбий нос и рот очень близко возле носа». Рядом с этим абзацем, на полях, Гийом приписал: «Жером взял сей отрывок из книги Мегенберга (3 шк., 2 п. сн.), нужно ли оставить?»

– Третий шкаф, вторая полка снизу, – проговорил Сезар вслух. – Похоже, иногда фантазия Жерому отказывала. Ужасающая древность этот Мегенберг, кто бы он ни был, если отрывки из его книг цитировал в своих письмах контрабандист два века назад.